Долговая дама

«Ленком» открыл сезон «Визитом дамы» Несколько лет назад болгарин Александр Морфов принес «Ленкому» удачу, поставив спектакль по роману Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом». Ничего удивительного, что театру захотелось продолжить сотрудничество с режиссером, который сейчас вроде бы на подъеме. Свой новый сезон «Ленком» открыл постановкой Морфова по мотивам трагикомедии Фридриха Дюрренматта «Визит старой дамы».

Между «Затмением» (так назывался спектакль по роману Кена Кизи) и «Визитом дамы» много общего. Обе морфовские постановки в первую очередь сильны своим социальным подтекстом, и обе так или иначе говорят о слабости человеческой природы. Изрядно переделав и подсократив Дюрренматтову притчу, Александр Морфов попытался сделать спектакль о Страшном суде, на который обречены жители захолустного германского города Гюллен. В роли вершителя правосудия выступает миллиардерша Клара Цаханассьян (Мария Миронова), явившаяся на родину после долгого отсутствия.

У Дюрренматта фреска с изображением Страшного суда на стенах Гюлленского собора упоминается лишь однажды, да и то мимоходом, но, сочиняя инсценировку, Морфов эту тему усилил. В декорациях латвийского художника Андриса Фрейберга страшные фрески, впрочем, затерты до такой степени, что невозможно разглядеть решительно ничего. Да и вообще неясно, то ли собор перед нами, то ли заброшенный полустанок. Просто нечистые стены в желтоватых разводах, да и все тут.

Все захолустные города одинаковы, и, глядя на провинциальную дыру, показанную в ленкомовском спектакле, можно вспомнить хоть Догвилль Ларса фон Триера, хоть Гедлиберг из рассказа Марка Твена «Человек, который совратил Гедлиберг», хоть безымянный город, вверенный попечению гоголевского Городничего в «Ревизоре». Все вышеперечисленные населенные пункты похожи хотя бы тем, что каждый из них в какой-то момент подвергся искушению со стороны какой-нибудь заезжей птицы, и каждый доказал, что заслуживает быть стертым с лица земли.

Ревизовать жителей города Гюллен Дюрренматт, в отличие от Гоголя, ниспослал не вертлявого франта, а могущественную женщину, которая пообещала Гюллену самую малость - миллиард условных единиц в обмен на безусловное убийство человека, который когда-то совершил подлость по отношению к ней. Альфред Илл (Александр Лазарев) обесчестил Клару Цаханассьян и подкупил свидетелей на суде, отрицая отцовство их общего ребенка. Ребенок умер, Клара стала проституткой. Но теперь у нее есть миллиард на отмщение.

«Визит дамы» (ставя на главные роли Миронову и Лазарева, Морфов омолодил персонажей на четверть века и выкинул слово «старый» из заглавия) - это что-то вроде следственного эксперимента по мотивам молитвы «Отче наш». Если в молитве сказано «Не введи нас во искушение и остави нам долги наши», то здесь все наоборот: после искушения, ниспосланного городу, все жители Гюллена моментально залезают в долги, ожидая, что кто-нибудь другой рано или поздно убьет Альфреда.

Именно Гюллен, а не какая-то там дама - главный герой пьесы Дюрренматта. "Как спел хор?" - время от времени беспокоятся персонажи спектакли и получают мрачный ответ Учителя (Иван Агапов): "Хор спел хорошо". Трагикомический образ хора в спектакле Александра Морфова действительно получился лучше всего. Суетливая толпа во главе с комическим Бургомистром (Александр Сирин), который вечно подтягивает штаны, по мере продвижения к финалу демонстрирует уверенный подъем своего благосостояния, а также рост местного ВВП за счет активного кредитования. Мода на желтые ботинки и пиджаки (здесь сразу вспоминаются красные пиджаки новых русских в 1990-е годы) постепенно сменяется более респектабельными вкусами, и, глядя на народонаселение Гюллена, ленкомовский зал, кажется, узнает в нем самого себя. Все бы хорошо, но кроме почти античного хора в спектакле присутствует еще пара главных героев в исполнении Александра Лазарева и Марии Мироновой, и как только они появляются на сцене, трагедия сменяется чувствительной мелодрамой. "Ничто не может так сильно повредить этой пьесе, как убийственная серьезность", - считал Фридрих Дюрренматт. Избежав искушения убийственным серьезом, Морфов в какие-то моменты впадает в убийственный мелодраматизм. Увы, пьесе это вредит.

02.10.2008 / ГЛЕБ СИТКОВСКИЙ Материал опубликован в "Газете" №188 от 03.10.2008г.