Тайны медиации

Три предпринимательских союза не могут найти третейского судью Большинство корпоративных споров можно решить в досудебном порядке. За океаном 90% споров, которые в России рассматривают государственные мировые суды, решаются при помощи альтернативных методов - частного третейского арбитража и медиации. Отличие первого от второго состоит в том, что в первом случае принимается некое решение, не обязательное к исполнению, а во втором даже до необязательного решения еще далеко: стороны с помощью переговорщика-медиатора только ищут возможный компромисс.

Активному внедрению медиации в российскую действительность была посвящена конференция предпринимателей, которая состоялась в пятницу. Глава РСПП Александр Шохин напомнил о «заинтересованности бизнеса в основанных на компромиссе способах разрешения экономических споров и, в частности, на медиации». Ирония в том, что развитие института медиации неожиданно натолкнулось на препятствие. Причем не административное.

Искусство саморегулирования В последний день работы Думы депутаты приняли в третьем чтении закон «О саморегулируемых организациях» (СРО). Напомним, идея передачи ряда функций от правительства к СРО - cоставная часть административной реформы 2003-2004 годов. Cаморегулирование включает в себя и элементы, близкие к третейскому суду. Закон предусматривает, что государство, отказываясь от отраслевого регулирования в пользу СРО и сохраняя за собой функцию надзора за поведением участников рынка, одновременно предъявляет к саморегулируемым организациям повышенные требования через реализацию принципа материальной ответственности их участников перед потребителями производимых товаров (работ, услуг). СРО, некоммерческая организация, которая объединяет не менее 25 предпринимателей или 100 частнопрактикующих профессионалов, "должна разрабатывать стандарты и правила профессиональной деятельности и следить за тем, как они исполняются членами СРО». Предусматривается обязательная материальная ответственность членов СРО, страхование персональной ответственности (сумма страхового возмещения не может быть менее 30 тысяч рублей в год) и создание компенсационного фонда для дополнительного покрытия ущерба. Четыре года понадобилось парламентариям, чтобы убедить правительство в необходимости закона, который бы регулировал деятельность CРО. Сегодня в России зарегистрировано лишь в производственных отраслях и сфере услуг около 15 тысяч объединений (ассоциаций, союзов). Чиновники уверяли, что нельзя одним законом регулировать деятельность, например, хлебопеков и банковской сферы. Полгода назад разногласия были урегулированы. С Центробанком, Минфином и ФСФР достигнута договоренность о том, что создание и работа СРО в банковской деятельности, на страховом рынке и рынке ценных бумаг будут регламентироваться специальными законами. «Принятый документ является законом прямого действия для всех нерегулируемых профессий -молочников, инженеров, хлебопеков, врачей и создает рамочные условия для лицензируемых видов деятельности - аудиторов, оценщиков, строителей», - сказал председатель думского комитета по собственности Виктор Плескачевский.

Худой мир лучше доброго суда

Медиация - способ досудебного урегулирования конфликтов, в том числе и деловых. Медиация применяется для разрешения споров как внутри одной компании, так и между несколькими компаниями. Для этого привлекают независимого эксперта (медиатора), который помогает конфликтующим сторонам прийти к консенсусу. Медиатор не выносит вердикта по делу, а лишь помогает сторонам выработать совместное решение. Это принципиальное отличие медиации от судопроизводства, в том числе третейского. Плюсы медиации - низкие по сравнению с судебными финансовые издержки, конфиденциальность и сохраненные нервы. Медиатор, в отличие от судьи, ищет решение, которое удовлетворило бы обе конфликтующие стороны.

На Западе решение деловых споров посредством медиации широко распространено. При этом в каждой западной стране есть специальный закон о медиации. В России его нет. В конце 2006 года в Госдуму был внесен законопроект «О примирительной процедуре с участием посредника (медиации)». Однако документ не прошел и первого чтения и был отправлен на доработку. Авторов законопроекта попросили дописать требования к квалификации медиаторов и четко объяснить юридические последствия, которое будет иметь решение, выносимое медиатором.

Спор трех богатырей

Доработать законопроект до окончания работы Госдумы четвертого созыва не удалось Между тем внедрение медиации, по сути, выгодно всем. Для бизнеса это возможность не ввязываться в долгий судебный спор. Давно не тайна и наличие коррупции внутри судебной системы, что делает судебное разбирательство бессмысленным. Для государства это выгодно тем, что можно самоустраниться от тех проблем, которые бизнес в состоянии решить самостоятельно. По различным оценкам, внедрение медиации уменьшит нагрузку на суды на 30%.

Однако развитие института медиации натолкнулось не на административный барьер, а на расхождения внутри бизнес-сообщества. Предприниматели не могут договориться, по какому пути должно идти развитие не только медиации, но и института внесудебного урегулирования корпоративных споров вообще. В предпринимательских организациях «Деловая Россия» и «ОПОРА России» уверены, что нужно создать общую площадку для решения корпоративных споров. Сделать это предлагается на базе Координационного совета предпринимательских союзов России, куда помимо «Деловой России» и «ОПОРЫ России» входит РСПП. Однако в РСПП ни с кем объединяться не хотят.

Глава РСПП Александр Шохин объясняет это тем, что при РСПП уже действует эффективный механизм решения корпоративных споров. Во-первых, это созданная в 2002 году комиссия по корпоративной этике (сейчас ее возглавляет глава ВТБ Андрей Костин). С недавнего времени в нее могут входить представители малого и среднего бизнеса. Во-вторых, созданные в 2006 году Объединенная служба медиации и третейский суд при РСПП. «Вся эта система хорошо работает, и менять мы ничего не планируем», - заявляет Шохин.

В «ОПОРЕ» на это отвечают, что общий орган для решения корпоративных споров сэкономит человеческие, административные, финансовые ресурсы. "Кроме того, это позволит поднять престиж предпринимательского сообщества в глазах всей российской общественности", - полагает глава «ОПОРЫ» Сергей Борисов. А это значит, что механизм досудебного решения споров, предлагаемый РСПП, удовлетворяет не всех предпринимателей. Борисов, правда, признает, что переубедить Шохина вряд ли получится. «У РСПП очень жесткая позиция по этому поводу. Идея коллегиального органа для корпоративных споров вряд ли будет реализована. По крайней мере, в ближайшем будущем совершенно точно», - уверен Борисов.

Чем третейский суд лучше официального?

Александр Шохин / президент РСПП:

У третейского суда есть по крайней мере три потенциальных конкурентных преимущества. Первое заключается в том, что период рассмотрения вопросов может быть намного меньше. Второе - в том, что издержки могут быть также ниже, чем в официальных судах. Наконец, третье: можно избежать негативных имиджевых последствий, которые зачастую возникают при публичном рассмотрении дел в обычных судах (если стороны договорятся о сохранении конфиденциальности).

Юрий Скуратов / завкафедрой административного и муниципального права Российского государственного социального университета, доктор юридических наук:

Прежде всего, в случае третейского суда будет больше доверия. Потому что вопрос решается факультативно и все определяется с учетом воли сторон, а официальный суд - это принудительная система. Кроме того, мы будем иметь более быструю процедуру, так как сейчас многие судебные процессы тянутся очень долго и существует возможность цепляться за процессуальные моменты. Потом, третейский суд, как правило, не связан с телефонным правом. Конечно, там тоже есть cвои инструменты давления и подкупа, но все же формально такие суды не включены ни в какую единую систему с административным началом. Плюс к этому есть высокие шансы прийти к согласию и заключить мировое соглашение, когда ты поглубже изучил ситуацию. Поэтому мне такая ориентация бизнеса кажется правильной. Так как вообще суд - это тормоз развития рынка, ведь он во многом коррумпирован, ангажирован и неквалифицирован.

Степан Сулакшин / гендиректор Центра проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования:

Третейский суд - это элемент джентльменской бизнес-культуры. А в этом смысле он очень важен как воспитующий фактор. Такой процесс принципиально отличается от настоящих судебных процедур, ведь основывается на добровольном признании прав партнеров. Кроме того, вырабатывается уточненная роль моделирующих бизнес-структур, таких как ТПП, ассоциации бизнеса и так далее. Россия сейчас находится в самом начале этого пути. И мне кажется, что нужно приветствовать развитие такой системы, понимая, однако, что она не подменяет арбитража и гражданских судов.

Владимир Энтин / директор Центра правовой защиты интеллектуальной собственности, адвокат:

Когда стороны хотят договориться полюбовно, но не хватает собственных экспертных знаний, третейский суд позволяет оформить договоренности. Хотя у него тоже есть изъяны. Во-первых, экономически более сильная сторона, как правило, все же преобладает (хотя существуют попытки это исправить). Во-вторых, если одна из сторон недовольна итогом, она может пойти в государственный арбитраж и оспорить решение. Поэтому, чтобы система работала, нужно за третейскими спецсудами либо признать особый статус и ограничить количество оснований для пересмотра или обжалования в государственной системе.

18.11.2007 / МАКСИМ ТОВКАЙЛО, МАРИНА СОКОЛОВСКАЯ, опрос подготовил АЛЕКСЕЙ СМИРНОВ Материал опубликован в "Газете" №216 от 19.11.2007г.