Следствие и последствия

Российский бизнесмен отсудил у МВД 107 млн рублей Беспрецедентное судебное решение вынесено в Новосибирске. Местный предприниматель Сергей Бурков должен получить 107 млн рублей компенсации за материальный ущерб, причиненный сотрудниками правоохранительных органов. Из-за их многолетней волокиты бизнесмен фактически лишился своего бизнеса - деревообрабатывающей компании, имущество которой в ходе милицейского расследования было приобщено к делу как вещественное доказательство и опечатано, но оставленное без охраны, разграблено и уничтожено мародерами.

Бурков намерен предъявить еще один гражданский иск к МВД на 250 млн рублей за моральный вред. Впрочем, предприниматель вряд ли без проволочек получит свои деньги. Минфин, обязанный изыскать средства для выплаты, как правило, не торопится исполнять такого рода судебные решения, и поэтому истцам зачастую приходится вновь обращаться в суд. О проблеме волокиты говорил вчера и председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев. На совете судей России он заявил, что подготовлен проект закона, который позволит гражданам получать компенсацию в случае затягивания рассмотрения их дел, а также неисполнения судебных решений, не обращаясь для этого в Европейский суд по правам человека.

Теряют даже останки В июне 2004 года в суд с иском к ГУВД Кемеровской области о возмещении материального ущерба обратилась Наталья Рахматулина. В начале 2004 года оперативники проверили два ее торговых павильона и изъяли около 2,5 тысячи CD и DVD, телевизоры, акустические колонки, видеомагнитофоны и прочую бытовую технику. Но в ходе проверки на контрафактность милиционеры не смогли доказать пиратское происхождение продукции. Прокуратура отказала в возбуждении уголовного дела, а суд постановил вернуть изъятое имущество владельцу, однако этого сделано не было. Сумму ущерба женщина оценила в 1,5 млн рублей. В ноябре 2005 года арбитражный суд Архангельской области взыскал с Минфина, как ответчика по иску у УВД области, более 2 млн рублей материального вреда в пользу ООО "Хозторг". В 2003 году в рамках расследования уголовного дела по статье "Мошенничество" у ООО было изъято и передано на хранение другим фирмам товаров на 2,5 млн рублей. Позже в суде фигурант дела был оправдан, однако арестованное имущество в полном размере возвращено не было. 3 апреля 2007 года Центральный районный суд Читы обязал Министерство финансов России выплатить 30 тысяч рублей жительнице украинского поселка Рауховка за вред, причиненный сотрудниками прокуратуры. 20 тысяч рублей моральной компенсации и почти 10 тысяч рублей материального ущерба Галина Броника получит за то, что следователи потеряли останки ее убитого сына Александра.

История вокруг принадлежащего Сергею Буркову ООО "Фирма КиД" (заготовка леса) длится более пяти лет. Все началось в октябре 2002 года с кражи четырех тракторов с территории лесопилки в поселке Курундус. Дело по статье 158 УК ("Кража") главное следственное управление при ГУВД Новосибирской области возбудило на основании заявления руководителя компании. На период расследования следователи приняли решение описать все движимое и недвижимое имущество КиД, приобщив его в качестве вещдоков. Это было мотивировано тем, что право на активы предприятия в то время оспаривались в арбитражном суде.

А было ли имущество?

В итоге деревообрабатывающее предприятие, на котором трудилось около 150 человек, было вынуждено остановить работу. Расследование затянулось. Дело неоднократно прекращали, потом возобновляли, отдельные эпизоды превращали в самостоятельные уголовные дела, а затем снова объединяли их. К тому же уголовное дело неоднократно передавали от одного следователя к другому, несколько раз материалы истребовала прокуратура Новосибирской области. Как писали местные СМИ, после нескольких лет хождений по инстанциям из дела исчезли подлинники бухгалтерской и финансовой документации ООО, фотографии и пленки с видеозаписью активов предприятия и другие материалы, что позже дало возможность поставить вопрос о том, а было ли имущество.

Пока шла следственная волокита, имущество предприятия было разграблено и сожжено (кем, установить так и не удалось). Многочисленные попытки Буркова вернуть утраченное имущество оказались безрезультатными. Один из следователей ГУВД Новосибирской области спустя три года после возбуждения уголовного дела написал в постановлении об отсутствии возможности возвращения вещественных доказательств. Поскольку "было установлено: отсутствуют конструктивные части зданий, дверные и оконные коробки, отопительная система, составные части агрегатов, полностью уничтожена электрическая разводка и т.п. Ряд станков, иное оборудование, товарно-материальные ценности отсутствуют".

Компенсация за "железки"

Тогда руководитель разоренной фирмы подал иск к Минфину, Министерству внутренних дел, ГУВД по Новосибирской области, прокуратуре Новосибирской области, управлению Федерального казначейства. Он потребовал взыскать за утрату собственности 160 млн рублей, уточнив, что из этой суммы 54 млн рублей составляет упущенная выгода. Суд признал требования предпринимателя законными, но в качестве ответчика определил только МВД. Такое решение было принято в связи с тем, что в ходе разбирательства суд установил причинно-следственную связь между неправомерными действиями и бездействием следственных органов области и причинением вреда истцу. В то же время суд постановил взыскать с МВД за счет бюджета меньшую сумму, чем требовал предприниматель: 107 млн рублей.

На суде Сергей Бурков заявил, что это компенсация только за "железки" - пришедшее в негодность и исчезнувшее оборудование. В ближайшее время он намерен заявить новый иск, на этот раз - о возмещении морального вреда в сумме 250 млн рублей. "Там же еще было несколько цехов, кузница, железнодорожный тупик, где можно было зарабатывать на погрузке-выгрузке вагонов", - отметил он.

"Ставить точку в этом деле пока рано. В вышестоящую инстанцию нами направлена жалоба об отмене решения суда", - между тем сообщили корреспонденту "Газеты" в областном ГУВД, уточнив, что милиция не согласна с позицией суда о том, что имущество разоренной фирмы было утрачено по вине следователей.

Деньги еще нужно получить

Даже если вынесенный вердикт устоит, Бурков может столкнуться волокитой уже с другого рода - процедурой получения денег от государства в лице Минфина. Как показывает практика, путь этот не менее долгий и требует значительных усилий.

Как пояснила корреспонденту «Газеты» адвокат межрегиональной ассоциации правозащитных организаций "Агора" Ирина Хрунова, после того как судом принимается окончательное решение, нужно написать заявление в Минфин с указанием своих реквизитов: "По закону отводится три месяца, чтобы деньги были перечислены. Но этот срок повально не соблюдается. Год, полтора, а то и два может длиться исполнение решения. Впрочем, сейчас Бюджетным кодексом России установлена процедура, согласно которой можно направить по месту нахождения ответчика (Минфина. - "Газета") в Тверской районный суд Москвы заявление о признании таких действий незаконными. И сроки в исполнении решений заметно сокращаются".

Именно так поступил 42-летний житель Казани Андрей Карташов, отсудивший 17 июля прошлого года у Минфина 150 тысяч рублей за пять месяцев незаконного содержания под стражей. Деньги он получил лишь в конце ноября 2007 года, после того как обратился с иском в Тверской суд Москвы.

С подобными проблемами столкнулись и бывшие фигуранты дела об убийстве журналиста Дмитрия Холодова, добившиеся в суде права на компенсацию за незаконное уголовное преследование. В итоге многие из них получили деньги со значительной задержкой. Результатом стала подача новых исков. В частности, Константин Мирзаянц, уже получивший 9,77 млн рублей, требует с Минфина дополнительно 2,68 млн рублей.

Российский суд вместо европейского

На волокиту в российских судах обратил внимание и председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев на открывшемся вчера заседании совета судей России. По его словам, для борьбы с этим явлением, с которым сталкиваются тысячи россиян, Верховный суд подготовил проект закона, который позволит российским гражданам получить компенсацию в случае затягивания рассмотрения их дел, а также неисполнения судебных решений, не обращаясь в Европейский суд по правам человека.

Отметим, что нормы международного законодательства гарантируют гражданам право на справедливое судебное разбирательство в разумные сроки. Однако зачастую в России они не соблюдаются. "Сейчас в Европейском суде находится огромное количество жалоб на такие нарушения, - признал Лебедев. - Но проблему нужно решать внутри страны".

По его словам, концепция проекта нового закона с рабочим названием "О возмещении государством вреда, нанесенного гражданину нарушением разумных сроков рассмотрения дела и неисполнением судебных актов, вступивших в законную силу" направлена в Совет Европы на согласование. В документе оговаривается, в каких случаях может быть выплачена компенсация.

"Предварительное обсуждение этого законопроекта получило поддержку", - сказал Лебедев, отметив, что к концу этой недели ожидается окончательное решение в Совете Европы. "Если оно будет положительным, то, может быть, в декабре мы внесем этот законопроект в Госдуму", - пояснил глава Верховного суда. Лебедев напомнил, что жалобы граждан на нарушение сроков судебного разбирательства могут рассматриваться и сейчас российским правосудием: "Суд не имеет право отказать гражданину в рассмотрении такой жалобы".

Он также подчеркнул, что подготовленный Верховным судом законопроект не лишает граждан России возможности обращаться в Европейский суд по правам человека. "Если человек будет недоволен суммой компенсации или же российский суд отклонит его требования, он вправе обратиться в Европейский суд", - указал Лебедев, отметив также, что рассчитывает с принятием законопроекта на заметное сокращение числа обращений россиян в заграничные инстанции.

Вас в суде "волокитили"?

Павел Крашенинников, депутат Госдумы четвертого созыва, председатель комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству (фракция "Единая Россия"):

Лично меня - нет. Но когда в начале 1990-х я представлял в суде интересы граждан, то такие ситуации, конечно, были. Это были в основном гражданские дела - семейные, жилищные и тому подобное, и все решалось очень медленно - с бесконечными переносами заседаний, беспричинными откладываниями и «в связи с загрузкой». Было, когда дело затягивали потому, что судья ушла в отпуск по беременности. А один раз, помню, вообще дело просто потеряли.

Возможно, если этот закон примут, то затягиваний станет меньше.

Юрий Скуратов, завкафедрой административного и муниципального права Российского государственного социального университета, генпрокурор России в 1995-1999 годах:

Меня во многих судах "волокитили", и это дело привычное. А Европейский суд по правам человека вообще три года мою жалобу рассматривал.

Идея принятия подобного закона правильная, только Лебедеву надо было не этим заниматься, а делать все, чтобы исключить само понятие волокиты в судах.

Конечно, есть объективные причины неспешной работы наших судов, поскольку обращений много и перегрузки большие. Но встречается и просто нежелание как следует работать. А сейчас выходит, что Верховный суд, инициировав этот законопроект, расписался в собственном бессилии, сказав, что будет, как унтер-офицерская вдова, наказывать себя сам.

Из своей практики могу вспомнить: скажем, кто-то совершил кражу. Следствие закончилось, и дело направлено в суд. Но заволокитили его так, что человек пять лет сидит в следственном изоляторе, и максимальный срок, предусмотренный законом за данное преступление, истекает. Само собой, в этом случае оправдательного приговора быть не может, потому что это будет удар по самому суду. Так что для того, чтобы выйти из такого положения, обвинительные приговоры и штампуют по максимуму. И таких случаев - масса. О каком правосудии тут может идти речь?

Генри Резник, адвокат:

Думаю, этот законопроект является реакцией на постановление Европейского суда, считающего нарушением статьи 6 конвенции по правам человека рассматривание дел в неразумные сроки, причем обязательно по вине государства. Это еще и перемещение центра, чтобы реакция на волокиту была в пределах нашего национального законодательства. Видимо, гражданин будет обращаться с иском, а государство ему компенсирует вред. Правда, не совсем понятно, как это у нас будет реализовано на практике.

Виктор Илюхин, депутат Госдумы четвертого созыва, зампред комитета Госдумы по безопасности (фракция КПРФ):

Я судился с Гайдаром по делу о защите чести и достоинства более трех лет и на четвертом году все-таки добился справедливого решения. То есть ему отказали в иске ко мне, где он просил, чтобы я перед ним извинился. Удивительно, но районный суд последовательно четырежды принимал решение о том, что я должен извиниться, а Мосгорсуд четырежды его отменял и в конце концов принял решение сам. Наверное, все могло кончиться гораздо раньше, но когда суд кассационной инстанции в первый раз отменил решение райсуда, то свое решение все равно в него и направил. А дальше в райсуде и начала проявляться, мягко говоря, судейская солидарность. Ведь все его судьи друг друга прекрасно знали и все события вместе отмечали.

Владимир Спицин, директор Московского зоопарка, член-корреспондент РАЕН:

Суды - это дело долгое. Сейчас мы боремся за дома, которые нам переданы по решению правительства Москвы, и пока, к сожалению, проигрываем. Нам нужен независимый суд, и все об этом говорят. В нашем случае (я лишь предполагаю, а не утверждаю) он не совсем независимый и уже заранее не на нашей стороне. Возможно, если за затягивание рассмотрения введут некие санкции, то ситуация и улучшится.

У нас вся страна на санкциях, да и характер у народа такой, что везде нужен кулак. А коррупция на всех уровнях какая! Слава богу, у нас в зоопарке такого нет.

04.12.2007 / МИХАИЛ МАРЧУК / НОВОСИБИРСК; ВАЛЕРИЙ КУРНОСОВ, МАРИЯ ЛОКОТЕЦКАЯ, опрос подготовил АЛЕКСАНДР САРГИН Материал опубликован в "Газете" №228 от 05.12.2007г.