Побег из армии

Полвзвода сбежало из-за "дедовщины" Все 13 солдат-срочников, сбежавших в ночь на пятницу из расположения части внутренних войск МВД на западе Москвы, вернулись к месту прохождения службы. Большинство из них через несколько часов после побега обратились в столичную военную прокуратуру, двоих в тот же день задержали патрульные милиционеры. Солдаты утверждают, что на столь отчаянный шаг их толкнули издевательства старослужащих. Похоже, в данном случае бойцы сходили в самоволку не зря: военная прокуратура уже предъявила обвинения в неуставных взаимоотношениях и превышении должностных полномочий двоим рядовым и сержанту той же части. Самих беглецов наказывать не будут, а в части, которая до недавнего времени считалась одной из лучших в МВО, начата масштабная проверка.

13 бойцов покинули в/ч № 5126, дислоцированную на Рябиновой улице в Западном округе столицы, после отбоя. Каким образом самовольщики миновали КПП, сейчас выясняют прокуроры. Наиболее вероятно, что они либо перелезли через забор, либо договорились с дежурными.

Так или иначе, на следующее утро шестеро беглецов, переночевав в московской квартире одного из них, связались с городской военной прокуратурой и заявили, что причиной побега стала банальная 'дедовщина': по словам бойцов, их регулярно избивали старослужащие и сержанты. Они также заявили, что вовсе не собирались уклоняться от службы, а хотели таким образом привлечь внимание к невыносимым условиям, которые им создают 'деды'-сослуживцы. Бойцы сообщили свои координаты и стали дожидаться представителей прокуратуры. Вскоре самовольщиков доставили в штаб округа, где они дали показания представителям прокуратуры и главкомата ВВ и указали на конкретных лиц, повинных в солдатских бедах. В течение дня властям добровольно сдались еще пятеро, двух бойцов задержал милицейский патруль.

Среди бежавших - одни первогодки: трое отслужили по полгода, а 10 - около года. Все русские, призваны из Москвы и ближнего Подмосковья, а также Липецкой, Нижегородской, Ярославской, Тульской, Тюменской областей, Сургута и Чебоксар.

Следователям военной прокуратуры копать глубоко не пришлось: первые результаты проверки показали, что есть все основания для возбуждения уголовного дела о превышении должностных полномочий и нарушении уставных правил взаимоотношений как минимум против троих военнослужащих. Военный прокурор Москвы Владимир Мулов сразу дал понять, что самих беглецов наказывать никто не собирается: 'Какого-либо состава преступления в их действиях не имеется. Их признают потерпевшими, и они будут дальше проходить военную службу'. Впрочем, это было очевидно: солдаты ушли без оружия, не разбежались по городу, сами обратились в прокуратуру. К тому же они отсутствовали в расположении части менее двух суток и, стало быть, дезертирами считаться не могут. А самоволка в армии наказывается в худшем случае 'губой', да и то на усмотрение командования.

В другую воинскую часть (хотя такие просьбы звучали) никого из беглецов переводить не будут: в военной прокуратуре считают, что проще устранить источник их тягот, то есть наказать виновных в издевательствах. Для этого в образцовой в/ч № 5126 продолжают работу 10 следователей, которые подробно изучают, хорошо ли солдат кормят, обеспечивают ли должностные лица части 'уставные условия прохождения службы', не покрывают ли они 'дедовщину'.

Следует отметить, что массовый исход из воинских частей как способ привлечь внимание к той или иной проблеме становится среди солдат все более популярным. Последний громкий побег был совершен 20 сентября прошлого года из специальной моторизованной воинской части № 3792 ВВ МВД РФ, расположенной на Дорожной улице, 56 (Южный округ Москвы). Тогда расположение части покинули семеро рядовых - ингуши и дагестанцы. Активное участие в возвращении бойцов к месту службы приняли дагестанская и ингушская диаспоры. Беглецы утверждали, что командиры якобы предъявляли к ним завышенные требования. Между тем, по данным главкомата ВВ, самовольщики были переведены из других частей Московского округа внутренних войск, где у них уже возникали схожие проблемы с командованием на почве невыполнения хозяйственных работ.

13.02.2005 / Ярослав Зорин