Тридцатилетние выжидают

Михаил ОСИН

Михаил ОСИН НАРКОМАНИЯ. Оргпреступность. Непрекращающаяся бойня на Кавказе. Паралич промышленности. Эпидемия давно забытых детских болезней. Коррумпированная экономика. Засилье западной морали, и одновременно - повсеместный кризис морали отечественной. Все это - реалии сегодняшнего дня. Третье тысячелетие на пороге. Цивилизованная Европа смотрит с эдаким брезгливым любопытством - как, дескать, мы собираемся расхлебывать унаследованное болото? И испытанные кадры красно-феодальной эпохи злорадствуют - что, мол, слабо? Развели, понимаешь, демократию, да на ней и поскользнулись. А мы что? Мы - молчим покуда... Бесспорно, наследство оставлено непростое, запутанное и запущенное. Однако главная проблема не в этом. Бывало и хуже - справлялись. Вот только - на этот раз - кто справляться будет? Наследники - какие они? Мы, рожденные в конце 60-х - начале 70-х, помаленьку начали осознавать окружающую действительность в 80-х. Мы застали ту власть уже старчески добродушной, без особого напора, без бьющего в глаза насилия. Мы не увидели (по возрасту не успели) темной стороны советской эпохи. И напротив: все положительные стороны устоявшегося государственного строя - увидели и оценили вполне. Я отлично помню то ощущение чистоты, доброты, справедливости жизни, творящейся вокруг нас. Хотелось - скорее участвовать, влиться, гордиться нашим общим делом. Со временем, конечно, заметили: что-то все-таки неладно. Оглянулись с недоумением - как же так? Неужели?.. И тут - очень кстати - грянула горбачевская оттепель, и все сомнения разлетелись в прах. И когда в 91-м издыхающий зверь огрызнулся на нашу свободу - разметали в три неполных дня! Такая эйфория бушевала, что мало кто понял - что, собственно, произошло. Мы начинаем новую жизнь! Летим, ребята! И - мордой в грязь. И - зубами об колено. Хрустнули крылышки... Хроническая болезнь моего поколения - вот эти переломы при попадании в узкий зазор между мечтой и действительностью. И уж тут о крыльях жалеть не приходится. Тут - зубы хрустят, ногти ломаются. Сразу оговоримся - здесь не пойдет речи ни о стопроцентных идеалистах, ни о тех, кто "прочно стоит на земле" и "понял жизнь правильно". Первые - поэты, романтики, искатели недостижимого - вымерли практически все, и нам остается только помянуть их добрым словом. А о вторых, т.н. "новых русских" сказано уже более чем достаточно. От себя лишь добавлю - я не считаю их не только новыми, но и русскими не считаю. Эти люди вненациональны, и, повторяю, здесь не о них. Попробуем рассмотреть тех, кто оказался в средней части спектра и, соответственно, ищет для себя в жизни некоторую промежуточную позицию, третий путь. Словом, речь пойдет (надеюсь) о большинстве, к которому принадлежу и я. Долгие годы наши учителя сеяли истово-разумное? доброе? вечное? Нет, сеяли ветер. Так почему сегодня они отказываются пожинать бурю? Новая детская болезнь (Оруэлл удачно назвал ее "двоемыслием") оказалась пострашнее чумы. К счастью, с исчезновением главного источника инфекции эпидемия пошла на убыль, и многие выжили. Однако о выздоровлении говорить пока рано. Убежденные злодеи бывают только в мексиканских мелодрамах. В реальной же жизни встречаются лишь более или менее удачные компромиссы с собственной совестью. И мы - не исключение, мы тоже хотим хорошего. Значит, остаться - попытаться сделать добро из зла, раз больше его не из чего сделать. Вопрос: в какой пропорции необходимо смешать деготь и мед, чтобы полученная смесь пошла в дело? Некоторые избирают для себя стезю непротивления, их главная заповедь - "не навреди". В основном это молодежь, тяготеющая к искусству, творчеству, к научным изысканиям. В другое время и в другом месте они могли бы образовать слой интеллектуальной элиты, сегодня же обречены вести полурастительное существование. Многие из них по-настоящему талантливы, но любой талант, будучи не взысканным, рано или поздно начинает угасать. Кто-то находит в себе силы работать прямо на улице, рисовать, петь для любого желающего и таким образом поддерживать свое существование. Другие, такой возможности не имеющие, постепенно замыкаются в себе, иногда спиваются, иногда - далеко не самые худшие - уходят в наркотики и гибнут. Источники их доходов не всегда ясны, зато хронически нестабильны. Очевидно одно: это - не выход. Большинство все-таки работают, однако буквально из-под палки, только-только обеспечивая себе минимальный прожиточный уровень. Этой категории свойственны следующие взгляды: а) устойчивая неприязнь к руководителям; б) безразличие к выполняемой работе; в) нежелание делать что-либо сверх установленного минимума. Но какой мне интерес в чужом бизнесе? Отсюда этакий перманентный бунт угнетенных: спереть все, что возможно, а остальное пропадай пропадом. Такой вот подход. Одобрить его нельзя. Понять мотивы - можно. Однако это опять-таки дорога в никуда. Наконец, существуют те, кто пытается бороться с окружающей мрачной действительностью. Этот путь неизбежно ведет во власть: политика, армия, правоохранительные структуры. Одиночке пробиться трудно. А пробившись, надо еще и удержаться. А для того, чтобы удержаться там, необходимо изрядно закалиться и огрубеть. Возможно, о ком-то я не вспомнил. Недопонял некоторые нюансы. Где-то погорячился. Но в целом картина, кажется, прояснилась. Нет, как ни смешивай мед с дегтем, не получается в результате ни хорошей пищи, ни даже приличной смазки для колес. Получается лажа. А дело - стоит. Честно говоря, я не знаю, какие сказки читают сегодняшние малыши. Но очень не хочется, чтобы они повторяли наши ошибки. Мы начинали с Золотой рыбки и Царевны-лягушки, верили в скатерть-самобранку и щучье веление. Оказалось - сказка. Позже зачитывались Мальчишом-Кибальчишом и прочими тимуровцами, оказалось - даже не сказка. А кое-кто и поныне продолжает верить, например, в популярную сказочку об МВФ, наивно уповая - придут, положат в рот. Не придут. Не положат. А если и положат - горек кусок окажется. Общее мнение тридцатилетних: надо переждать. Раз не видно никакой перспективы впереди, значит, сейчас надо - день простоять да ночь продержаться, а дальше поглядим. Пока нет возможности спланировать что-либо наперед (все равно обманут, обжулят, подведут), значит - хватай что можешь, прячь под матрас и ложись сверху. Солдат спит - служба идет. Хочешь остаться цел - не доверяй никому. Да только нашему человеку это невыносимо: никому не верить. И думаю, не ошибусь, сказав: многие ждут лидера, у которого слова не расходятся с поступками. И когда он появится, за ним пойдут и поддержат - вне зависимости от того, какие средства будут предложены для достижения конечной благой цели. Как в анекдоте - лишь бы человек хороший попался. А - попадется плохой? Тогда читайте мое сочинение сначала...

НАРКОМАНИЯ. Оргпреступность. Непрекращающаяся бойня на Кавказе. Паралич промышленности. Эпидемия давно забытых детских болезней. Коррумпированная экономика. Засилье западной морали, и одновременно - повсеместный кризис морали отечественной.

Все это - реалии сегодняшнего дня. Третье тысячелетие на пороге. Цивилизованная Европа смотрит с эдаким брезгливым любопытством - как, дескать, мы собираемся расхлебывать унаследованное болото? И испытанные кадры красно-феодальной эпохи злорадствуют - что, мол, слабо? Развели, понимаешь, демократию, да на ней и поскользнулись.

А мы что? Мы - молчим покуда...

Бесспорно, наследство оставлено непростое, запутанное и запущенное. Однако главная проблема не в этом. Бывало и хуже - справлялись. Вот только - на этот раз - кто справляться будет? Наследники - какие они?

Мы, рожденные в конце 60-х - начале 70-х, помаленьку начали осознавать окружающую действительность в 80-х. Мы застали ту власть уже старчески добродушной, без особого напора, без бьющего в глаза насилия. Мы не увидели (по возрасту не успели) темной стороны советской эпохи. И напротив: все положительные стороны устоявшегося государственного строя - увидели и оценили вполне. Я отлично помню то ощущение чистоты, доброты, справедливости жизни, творящейся вокруг нас. Хотелось - скорее участвовать, влиться, гордиться нашим общим делом.

Со временем, конечно, заметили: что-то все-таки неладно. Оглянулись с недоумением - как же так? Неужели?.. И тут - очень кстати - грянула горбачевская оттепель, и все сомнения разлетелись в прах.

И когда в 91-м издыхающий зверь огрызнулся на нашу свободу - разметали в три неполных дня! Такая эйфория бушевала, что мало кто понял - что, собственно, произошло. Мы начинаем новую жизнь! Летим, ребята!

И - мордой в грязь. И - зубами об колено. Хрустнули крылышки...

Хроническая болезнь моего поколения - вот эти переломы при попадании в узкий зазор между мечтой и действительностью. И уж тут о крыльях жалеть не приходится. Тут - зубы хрустят, ногти ломаются.

Сразу оговоримся - здесь не пойдет речи ни о стопроцентных идеалистах, ни о тех, кто "прочно стоит на земле" и "понял жизнь правильно". Первые - поэты, романтики, искатели недостижимого - вымерли практически все, и нам остается только помянуть их добрым словом. А о вторых, т.н. "новых русских" сказано уже более чем достаточно. От себя лишь добавлю - я не считаю их не только новыми, но и русскими не считаю. Эти люди вненациональны, и, повторяю, здесь не о них. Попробуем рассмотреть тех, кто оказался в средней части спектра и, соответственно, ищет для себя в жизни некоторую промежуточную позицию, третий путь. Словом, речь пойдет (надеюсь) о большинстве, к которому принадлежу и я.

Долгие годы наши учителя сеяли истово-разумное? доброе? вечное? Нет, сеяли ветер. Так почему сегодня они отказываются пожинать бурю?

Новая детская болезнь (Оруэлл удачно назвал ее "двоемыслием") оказалась пострашнее чумы. К счастью, с исчезновением главного источника инфекции эпидемия пошла на убыль, и многие выжили. Однако о выздоровлении говорить пока рано.

Убежденные злодеи бывают только в мексиканских мелодрамах. В реальной же жизни встречаются лишь более или менее удачные компромиссы с собственной совестью. И мы - не исключение, мы тоже хотим хорошего. Значит, остаться - попытаться сделать добро из зла, раз больше его не из чего сделать. Вопрос: в какой пропорции необходимо смешать деготь и мед, чтобы полученная смесь пошла в дело?

Некоторые избирают для себя стезю непротивления, их главная заповедь - "не навреди". В основном это молодежь, тяготеющая к искусству, творчеству, к научным изысканиям. В другое время и в другом месте они могли бы образовать слой интеллектуальной элиты, сегодня же обречены вести полурастительное существование. Многие из них по-настоящему талантливы, но любой талант, будучи не взысканным, рано или поздно начинает угасать. Кто-то находит в себе силы работать прямо на улице, рисовать, петь для любого желающего и таким образом поддерживать свое существование. Другие, такой возможности не имеющие, постепенно замыкаются в себе, иногда спиваются, иногда - далеко не самые худшие - уходят в наркотики и гибнут. Источники их доходов не всегда ясны, зато хронически нестабильны. Очевидно одно: это - не выход.

Большинство все-таки работают, однако буквально из-под палки, только-только обеспечивая себе минимальный прожиточный уровень. Этой категории свойственны следующие взгляды: а) устойчивая неприязнь к руководителям; б) безразличие к выполняемой работе; в) нежелание делать что-либо сверх установленного минимума. Но какой мне интерес в чужом бизнесе? Отсюда этакий перманентный бунт угнетенных: спереть все, что возможно, а остальное пропадай пропадом. Такой вот подход. Одобрить его нельзя. Понять мотивы - можно. Однако это опять-таки дорога в никуда.

Наконец, существуют те, кто пытается бороться с окружающей мрачной действительностью. Этот путь неизбежно ведет во власть: политика, армия, правоохранительные структуры. Одиночке пробиться трудно. А пробившись, надо еще и удержаться. А для того, чтобы удержаться там, необходимо изрядно закалиться и огрубеть.

Возможно, о ком-то я не вспомнил. Недопонял некоторые нюансы. Где-то погорячился. Но в целом картина, кажется, прояснилась.

Нет, как ни смешивай мед с дегтем, не получается в результате ни хорошей пищи, ни даже приличной смазки для колес. Получается лажа. А дело - стоит.

Честно говоря, я не знаю, какие сказки читают сегодняшние малыши. Но очень не хочется, чтобы они повторяли наши ошибки. Мы начинали с Золотой рыбки и Царевны-лягушки, верили в скатерть-самобранку и щучье веление. Оказалось - сказка. Позже зачитывались Мальчишом-Кибальчишом и прочими тимуровцами, оказалось - даже не сказка. А кое-кто и поныне продолжает верить, например, в популярную сказочку об МВФ, наивно уповая - придут, положат в рот. Не придут. Не положат. А если и положат - горек кусок окажется.

Общее мнение тридцатилетних: надо переждать. Раз не видно никакой перспективы впереди, значит, сейчас надо - день простоять да ночь продержаться, а дальше поглядим. Пока нет возможности спланировать что-либо наперед (все равно обманут, обжулят, подведут), значит - хватай что можешь, прячь под матрас и ложись сверху. Солдат спит - служба идет. Хочешь остаться цел - не доверяй никому.

Да только нашему человеку это невыносимо: никому не верить. И думаю, не ошибусь, сказав: многие ждут лидера, у которого слова не расходятся с поступками. И когда он появится, за ним пойдут и поддержат - вне зависимости от того, какие средства будут предложены для достижения конечной благой цели. Как в анекдоте - лишь бы человек хороший попался.

А - попадется плохой?

Тогда читайте мое сочинение сначала...