Гонки по горизонтали

Корреспондент "Газеты" разгадывал природу украинского политического бурлеска Вопреки всему тому, что происходило на Украине в последние месяцы, в опровержение всех прогнозов "оранжевые" революционеры снова объединились.

Около здания киевской мэрии продавали «Чайки». Сверкающие символы былого величия, когда-то по еще не знающим пробок, но все равно перекрытым маршрутам возившие всесильного первого секретаря украинского ЦК Владимира Щербицкого (и следовавшего за ним по партийной вертикали секретаря киевского горкома). Лица прохожих, привлеченных невиданным аукционом, отражали всю гамму чувств нынешнего социально-политического момента. Мэр Киева, неизменно и приветливо улыбающийся Леонид Черновецкий решительно поднял цену со стартовых 100 тысяч гривен (которые еще летом равнялись $20 тысячам, а сегодня уже едва дотягивают до $13 тысяч) до миллиона. Глава одной из районных администраций пытался бороться. «Миллион двести!» - сказал он, но после ответа мэра про полтора миллиона сдался. Впрочем, один из народных депутатов Киевсовета купил ему другую «Чайку». Как и положено, историческим рангом поменьше.

Кризис как депрессия

Есть, как объясняют психологи, кризис, а есть депрессия. Кризис - это то, что для всех и вроде бы ни для кого. Депрессия - это когда 80% украинцев сообщают социологам, что кризис уже ощутили на себе в полной мере, и странно, что еще не все 100.

Гривна за четыре месяца уже опустилась в полтора раза, а ведь украинцы не хуже россиян, научились жить в кредит, причем, разумеется, в долларовый.

Повсеместно возвращающаяся мода платить зарплату в конвертах, конечно, отчасти спасает, но, споря о полномасштабном бюджетном кризисе, специалисты расходятся только в сроках.

И все с ужасом ждут февраля, когда, как считается, наступит окончательный коллапс, и, как призналась знакомая, все идут утром на работу, готовясь услышать неизбежное: сокращаем. Или вовсе с Нового года закрываемся.

А еще дождь без солнца, киевское «Динамо» проигрывает, бензин почти не дешевеет, и недельная продуктовая тележка в полтора раза дороже. Власть, как положено, помогает банкам наличностью, требуя от них, чтобы они торговали валютой, не слишком отклоняясь от официального курса. Он, правда, процентов на 10-12 ниже того, что стихийно образовался на вернувшемся черном рынке. И гривна снова растет вместе с депрессией.

Телевизор не выключается ни на минуту. Правда, про кризис там только во вторую очередь. Есть вещи поважнее. По телевизору показывают сериал под названием «Коалициада», который явно обходит по рейтингу регулярный сериал «Выборы».

«Коалиция в раде необходима? - методом от противного объяснял мне парламентскую диспозицию депутат от Партии регионов и сам отвечал: - Необходима. Коалиция оранжевых возможна?» Мы оба улыбнулись. «Кто еще может составить большинство? Только мы с Юлей. Подождите до четверга...»

Политическая Украина уже научилась ждать, заседания верховной рады в последнее время не продолжаются больше 8-10 минут: открыть заседание, убедиться в том, что обсуждать нечего, и, назначив очередной сбор, разойтись. Нет ни спикера, ни большинства, а президент, хоть и грозится реанимировать свой указ о роспуске рады, все будто бы ждет коалиции, которой нет уже несколько месяцев.

И, похоже, не будет. Депрессия.

Тяжелый клиент

Кажется, еще вчера Юлия Тимошенко, вся в белом, ослепительно улыбалась иностранному журналисту, в волнении от побеждающей революции все перепутавшему и назвавшему ее «госпожой Ющенко». «Моя фамилия - Тимошенко, но ради революции я готова на все!» Прошло четыре года, и оранжевые соратники на праздновании юбилея украинской Академии наук, выдержали четыре часа, сидя плечом к плечу в президиуме, как раньше, так ни разу и не скосив друг на друга взгляда. Кто мог в тот момент заподозрить возрождение оранжевой коалиции?

Олесь Доний, известный украинский политолог и культуролог, которого судьба пару лет назад еще занесла и в депутаты, за день до сенсационного воссоединения «оранжевых» именно такую схему вместе с «Народной самообороной», входящей в блок с президентской «Нашей краиной», президенту и предлагал: «Наша Украина - Народная Самооборона», БЮТ, Блок Владимира Литвина. Президент наотрез отказался, в связи с чем Доний в сердцах назвал тактику Ющенко «недостойной». Терять ему все равно было уже нечего. Еще несколькими днями раньше, когда все было еще не так серьезно, он приподнял в своем кабинете покрывало с некоей инсталляции, на которой обнаружился стоящий на четвереньках младенец, а к полотну прикреплена банка с надписью: «Жертвуйте на развитие украинской державности».

Фотографию президента в младенчестве, говорят, за 80 гривен некто удачливый прикупил у селян из Хоружевки, родного села главы государства, и вся экспозиция называлась «Презентация памятника третьему президенту Украины». Героем предыдущего хеппенинга был экс-спикер рады Арсений Яценюк, который отнесся к презентации с пониманием и даже пожертвовал несколько медяков. Ющенко обиделся, и теперь, хоть формально Доний состоит во фракции «Наша Украина - Народная самооборона», относятся к нему в окружении президента не лучше, чем к самой Тимошенко.

А к президенту Ющенко в стране большей частью относятся так, как относятся забывшие про церковь крестьяне к истовому проповеднику. Кто с раздражением, кто с ехидцей. На любом его начинании заранее лежит оттенок комизма, идет ли речь о внеочередных выборах или печальных торжествах по поводу голодомора. «Тяжелый клиент», - говорят о президенте те, кто ковал ему победу в прошлом и продолжает работать над его политическим выживанием сегодня. «А про Грузию, про голодомор кто советовал?» - «Все отговаривали. Ни в какую...»

При этом отношение к блаженности включает в себя и оттенок определенного, можно сказать, уважения. На фоне циничного прагматизма, под знаком которого протекает бурная украинская интрига, президент остается единственной фигурой, искренность которого, пусть и такая своеобразная, не подвергается сомнению.

«Он ведь на самом деле считает свое президентство миссией», - объясняют и те, кто продолжает с ним работать, и те, кто уже давно счел за благо эвакуироваться с его треснувшего дредноута. Он на самом деле верит, что призван спасти Украину от ее неизбывного восточного прошлого и привести в Европу и НАТО. Он должен создать Украинскую поместную церковь и, к вящему веселью граждан, устраивает празднование странной даты, 1020-летия украинского православия, с приглашением патриарха Константинопольского Варфоломея. А Олесь Доний на чеканку монет с изображением президента и патриарха отвечает своей серией монет со своими парами, где есть даже Юлия Тимошенко с верным помощником Александром Турчиновым, который, между прочим, тоже пастор.

Рейтинг президента опустился до 4% - вместе с рейтингом его партии. «Его не интересует мнение избирателя», - то ли с горечью, то ли с некоторым восторгом говорят о нем его советники. Но при этом все равно надо жить по правилам интриги. И даже самое искреннее начинание с поместной церковью доверить только родному брату - Петру Ющенко, который, конечно, епископ, но при этом вся Украина знает, в честь кого называется фирма «Петрогаз», готовая, по уверениям аналитиков, в отличие от Юлии Тимошенко, работать и с «Росукрэнерго».

Миссия миссией, но надо как-то со своим миссионерским рейтингом спасаться, и Ющенко действует вполне знакомыми методами. «Да, все знаем, 4% и так далее, - смеются в мозговых трестах президента. - Но административный ресурс у кого? У кого бизнес?»

Даже в пору организации несостоявшейся победы в 2004 году Януковича пресловутый административный ресурс, по самым оптимистичным подсчетам, мог добавить ему 10-15%. А рейтинг у Януковича был тогда куда весомее. Сегодня же коалиция Тимошенко с Януковичем грозила стать для Ющенко почти похоронной командой. Собеседник, близкий к президенту и все про нынешний расклад понимающий, устав от моих попыток найти рациональный смысл в президентской стратегии, расслабился и выдохнул: «Да я все понимаю. Но заметьте, Ющенко хоронят уже не первый год. А он все президент. Я подсознательно чувствую: как-то он все равно выкрутится...»

За любовь и против НАТО

Одновременно с очередным закрытием парламентского заседания в Брюсселе второй раз за год решалась натовская судьба Украины. Решалась вполне предсказуемым образом, политики смело и заранее давали комментарии, потому что никто никаких иллюзий не питал, а ответственные за евроатлантическое будущее страны уже готовили тексты про то, что, как бы кому ни казалось, на самом деле Украина уже почти в НАТО принята. По серым от непрерывной мороси улицам Киева бродили яркие антинатовские процессии. «Кого представляете?» - «Не поверишь - сам не знаю...» Не знала о постановщике задачи и девушка-студентка, устало пытавшаяся всучить прохожим пакет с антинатовскими материалами, выдержанными в жанре «Добро пожаловать в Украину, NATO - go home!».

Карта Киева, календарик и даже презерватив: «NATO - go home, а мы за любовь!» Но даже те, кто мог быть похож на постаревших хиппи, от даров отмахивались будто бы в некотором раздражении от смешения жанров: про НАТО, как и про коалицию, должно быть по телевизору, но не на улице, где и без всего этого промозгло и депрессивно.

В российско-грузинском конфликте процентов 20 были на стороне России. Процентов 20 - на стороне Грузии. Но подавляющее большинство, в том числе охватывающее и эти 20 плюс 20, уверено в том, что Украина ни во что не должна вмешиваться. За НАТО - меньшинство, хоть и медленно растущее; за Евросоюз - небольшое большинство, но и это без пассионарности. Более того, по разным исследованиям, от 40 до 60% желали бы находиться одновременно и в Евросоюзе, и в едином экономическом пространстве с Россией. Около 70% относится к России с симпатией, примерно 60% после конфликта с Грузией полагают, что следующей может оказаться Украина.

Социологи улыбаются и разводят руками. Депутат от Партии регионов, горячий сторонник коалиции с Юлией Тимошенко, на прощание в шутку попросил: «Вы там, в Москве, скажите своим: пусть еще сильнее надавят и на наших, и на Юлю. А то ведь опять сорвется...»

Коалиции не будет

А ведь еще не прошло и года с тех пор, как Юлия Тимошенко о возможности такого союза говорила с той кокетливостью, с которой красивые женщины рассказывают не совсем приличный анекдот...

Нет ничего невозможного - вот в чем штука. Сама идея так называемой большой коалиции, Блока Юлии Тимошенко (БЮТ) и Партии регионов была еще ранней весной инициирована человеком, про которого после победы оранжевых говорили однозначно: не жилец.

Виктор Медведчук, глава администрации президента Кучмы, трудившийся при нем серым кардиналом, - злейший враг Юлии Тимошенко и в бизнесе, и в политике. Он, казалось бы, должен был исчезнуть из украинской интриги. Но именно он стал тем посредником, который сумел объединить усилия тех, для кого Виктор Ющенко по разным причинам стал врагом.

Мысль о большой коалиции заинтересовала всех: и Москву, и Тимошенко, и Януковича. Именно это, как утверждают знающие люди, было главным на встречах (все более частых) двух идейных антагонистов с разными собеседниками в Москве. И только потом, говорят, газ.

Президенту Ющенко уже пришлось почти смириться с тем, что «Росукрэнерго», ставшее ему едва ли не дружественным, ушло (хотя, как полагают некоторые аналитики, еще может вернуться, потому что кроме политики есть и элементарный бизнес с его законами). И он совсем не случайно чередует обвинения Тимошенко и Янковича в сговоре с Москвой с посулами собственного вмешательства в решение газовой проблемы, коли правительство настолько бездарно. И, конечно, у очередного обострения газовых отношений есть немало вполне объективных и весьма многослойных экономических резонов. Просто по иронии судьбы оно пришлось буквально день в день на окончательное сообщение: коалиции не будет. По крайней мере, той, которую строили с весны. Настоящие коалиции, как выяснилось, делают в настоящем секрете. Чтобы они выглядели созданными за час.

Как ловят мартышек

Раньше союз кого-то из оранжевых с регионалами вполне успешно представлялся предательством революционного дела, чем поочередно, в ритме попыток переговоров и в опасениях оказаться за бортом парламентского большинства, занимались то «Наша Украина», то БЮТ. Но по мере постреволюционного разочарования выясняется, что никто и ничего больше не боится.

«Весной и осенью от коалиции с Тимошенко отказались регионалы. И напрасно, они-то рисковали меньше: среди их избирателей 80% были готовы им простить союз с Юлей, а у нее таких было только 60», - объясняет один из тех, кто трудился и продолжает трудиться над большой коалицией.

Ядро президентского электората - суперидейный запад Украины, но поскольку все это ядро в самом оптимистическом варианте едва достигает 10-15%, а на деле, как уж сказано, сократилось до 4%, играть приходится, пренебрегая статистическими погрешностями. Тем более страна уже понемногу догадалась, что совершенно напрасно драматизировала глубокие идейные расхождения между своими немного опостылевшими, но все равно безальтернативными кумирами. Препятствием для коалиции стало совсем другое...

«Вы знаете, как ловят мартышек? - неожиданно спросила Ирина Бекешкина, известный украинский социолог. - В дереве делают специальные дырки, а другой стороны кладут банан. Засунуть руку в дырку можно, а обратно с бананом вытащить уже нельзя».

А я-то всего-навсего задал вопрос, который спустя четыре года оказался главным в теории оранжевой революции: почему, разрушив систему политической монополии, наследники так и не научились договариваться друг с другом, веселя мировую публику и разочаровывая сочувствующих?

Мартышки не в состоянии отпустить банан. По ряду причин. Во-первых, пока не слышно голодного дыхания приближающегося тигра. Во-вторых, если вдруг и захрустит угрожающе трава поблизости, не факт, что тигр выберет именно тебя. И, наконец, в-третьих, опыт предыдущей жизни подсказывает, что с тигром можно поделиться злополучным бананом, а опыта, говорящего об очевидном обратном, пока нет.

Все собеседники, посвященные в перипетии переговоров регионалов о коалиции с президентом или с Тимошенко, исчерпав все аргументы в пользу симпатичного им варианта, признавали: рассматривать все равно надо самый реалистичный сценарий - без коалиции. В коалицию, похоже, с самого начала не верил никто. По одной простой причине: она просто никому не нужна.

То есть она никому бы и не помешала. Отстранение от реальной власти всех раздражающего президента. Избавление от неудобств в виде очередных, то есть внеочередных, выборов. Тимошенко непреложным условием ставила свое премьерство, и это было бы неплохим заделом в свете будущих преобразований, в соответствии с которыми президент становился моральным авторитетом нации, и в этом случае его фамилия уже никого бы не интересовала, в отличие от фамилии премьера, к которой бы наконец пришлось постепенно привыкать всем. Знающие Януковича люди уверяют, что он уже от всей этой бесплодной борьбы подустал и вполне готов удовольствоваться ролью спикера.

Однако Янукович - лишь топ-менеджер того акционерного общества, которым является Партия регионов, хоть и контролирует некоторый пакет, оцениваемый наблюдателями процентов в 40. И если он готов к союзу, то главные спонсоры, такие как Ринат Ахметов или совладелец "Росукрэнерго" Дмитрий Фирташ, более других заинтересованные в стабильности, меньше всего для себя связывают эту стабильность с именем Юлии Тимошенко.

Ось Ахметов - Тимошенко по своей напряженности и непримиримости - это почти былая ось Тимошенко - Медведчук, для примирения которых, как помнится, потребовалась целая революция. Ринат Ахметов знает, что при премьере Юлии Тимошенко ему придется не слаще. И никаких перспектив у Фирташа. «И Тимошенко не дает никаких гарантий?» - «А кто ж поверит ее гарантиям?»

Но, судя по всему, никаких гарантий она и не предлагала. Незачем. Коалиция того не стоит. Что она теряет? Ну распустит Ющенко раду. Так все повторится снова, и снова начнется коалициада, а меньше, чем сегодня, она уж точно не получит.

Регионалы тоже к выборам готовы всегда: они лидеры, хоть кризис бьет в первую очередь по их электорату, занятому в той же металлургии и потому частично вспоминающему подзабытых коммунистов. А главные бои впереди, и совершенно ни к чему ради сомнительного союза рисковать сплоченностью партии, внутренний раскол в которой известен и без того всем и давно.

В общем, коалиция в нынешних условиях не является критичной необходимостью ни для кого. Но возвращаемся к отношениям тигра с рукой мартышки, в которой судорожно зажат банан.

Сценарий «Тигр»

В каком ресторане обычно по-дружески обедают глава секретариата президента Виктор Балога и один из лидеров регионалов Борис Колесников, знает, кажется, весь Киев. В Донецке знают, как совместно проводят часы досуга гостящие в городе бютовцы и функционеры Януковича. «В том-то и дело, что по горизонтали у нас все хорошо», - усмехнулся известный украинский политолог Вадим Карасев, имея в виду замечательные личные отношения публичных антагонистов. А иногда не только отношения, но и бизнес.

Если не считать отдельных регионалов, убежденных в том, что оранжевые все за Бандеру, и часть оранжевых, полагающих, что дом для половины донецких - тюрьма, во всех украинских партиях по большей части заседают люди, которых только политический случай развел по разные стороны кажущихся идейными границ.

Возможно, это и есть основная проблема. Возможно, поэтому не получается коалиций и элементарных договоренностей. Простого и казавшегося неизбежным естественного отбора. В отличие от вертикальной России украинская политика абсолютно горизонтальна, в том числе и в смысле равносильности административных ресурсов. Горизонтальна до такой степени, что избиратель и избранники пересекаются только на выборах.

«Спустя четыре года выяснилось, - объясняет эксперт, дававший советы и Ющенко, и Тимошенко, - что Ющенко, по сути, воспроизвел модель Кучмы. Только она была заточена под сильного модератора, а сегодня мы ее наблюдаем со слабым президентом».

Договариваться не о чем. Главный пост в стране один, и он не делится, как бы ни назывался. Страна по-прежнему чиновная, значит, надо быть поближе к бюджету, и здесь тоже надо не торговаться, а побеждать, а если и торговаться, то с пониманием того, что завтра все равно придется кидать - или кинут тебя.

При горизонтальности политического процесса структура власти остается вертикальной, вот в чем вся загвоздка. Это еще называется отсутствием разделения властей. А тигра, самого мощного фактора естественного отбора, все нет и нет.

Хотя некоторые подозревают, что его поступь уже слышна. Сегодня в президентском штабе просчитывают февраль: коллапс, значит, совершенно не обязательно распускать раду, можно дать поработать до этого февраля правительству меньшинства под руководством Тимошенко, а там или сама с позором и уже без шансов уйдет, или этот позор можно будет блестяще устроить совместно с регионалами. Или все-таки распустить раду и ждать февраля и новых сиюминутных построений.

Только сам по себе этот февраль может опрокинуть любые дальнейшие расчеты. Скажем, уже давно не гремели касками по киевским мостовым разъяренные шахтеры. А ведь дело может обернуться так, что их никто даже не успеет сорганизовать - придут сами, обрастая по дороге не менее разъяренным пролетариатом, студентами, разобьют, как положено, палатки...

Так полагают оптимисты. Или, если угодно, пессимисты. В общем, сценарий «Тигр». Который потребует отставки всех и вся, назначения нового правительства, которое можно будет даже назвать правительством национального спасения - пусть даже так.

Только что-то подсказывает, что заседать в нем все равно будут те же самые люди. Или те, которые заседали вчера. А мэром Киева выберут снова счастливого обладателя «Чайки» Щербицкого Леонида Черновецкого. А кого еще?

А потом снова выборы. И снова коалициада. И ничего, на самом деле, смешного. В том числе и в том, что коалиция все-таки, вопреки ожиданиям, расчетам и прогнозам, все-таки сложилась. Опять оранжевая.

09.12.2008 / ВАДИМ ДУБНОВ / КИЕВ - МОСКВА Материал опубликован в "Газете" №235 от 10.12.2008г.