Российская общественность уговорила президента РФ вернуть в Санкт-Петербург прах императрицы Марии Федоровны, жены Александра III и матери Николая II. Общественность мотивировала свое челобитие той глубокой патриотической мыслью, что комплект захоронений в Петропавловской крепости без Марии Федоровны неполон, ибо это единственная коронованная особа, упокоившаяся за пределами России, в Роскилле, фамильной усыпальнице датских королей, и подобный непорядок надо бы во имя национального согласия и примирения исправить. | "В XXI веке, стало быть, вышла от начальства такая линия – имитировать процесс гражданского примирения собирательством костей" | Несчастной принцессе Дагмар, дочери короля Дании Христиана IX, и после смерти нет покоя, поскольку бренные ее останки обречены послужить наглядным пособием торжества новой государственной идеологии. Судьба ее поистине была страшна. В 18-летнем возрасте Дагмар потеряла горячо любимого жениха, наследника русского престола цесаревича Николая, и, повинуясь интересам династии, вышла замуж за его младшего брата – Александра Александровича, будущего императора Александра III. В браке с этим мужиковатым любителем горячительных напитков, вешателем, губителем реформ Александра II, учеником обер-прокурора Святейшего Синода Победоносцева, зоологическим ксенофобом Дагмар родила четырех сыновей, двое из которых умерли. После смерти мужа, которого властитель дум Никита Михалков считает идеалом русского самодержца, корона досталась не любимому сыну Михаилу, а Николаю и его жене, ненавистной невестке Алисе Гессенской. Вдовствующую императрицу, укрывшуюся в Гатчине, шепотом называли «злобствующей императрицей» и «гневной»; однако все семейные неурядицы обратились в ничто после революции. Мария Федоровна оказалась под домашним арестом, начальник конвоя именовал ее «гражданка бывшая императрица», отбирал драгоценности и грозил расстрелом; в 1918 году «гражданка Романова» получила известие о расстреле большевиками обоих сыновей, четырех внучек и внука. Британский военный корабль доставил ее в Копенгаген, ко двору племянника, короля Христиана X. Вплоть до самой смерти в 1928 году она запрещала в своем присутствии даже произносить слово «Россия». Настал день сегодняшний – и мать последнего императора, испытавшая самую большую трагедию, какая только может выпасть на долю женщины, оказалась, как нынче говорят, «востребованной». Объявлено о том, что она завещала похоронить себя рядом с мужем, однако это неправда и правдой быть не может. Правда, к сожалению, заключается в другом. Мы живем в Зазеркалье, в государстве, страдающем хронической подменой понятий, тароватым на создание муляжей, макетов, имитаторов, моделей реальной жизни. И общество-то у нас не гражданское, и пластиковые карты – не кредитные, и милиция – та же ОПГ, только при погонах, и казаки – ряженые в крестах, выпиленных из железной болванки. В XXI веке, стало быть, вышла от начальства такая линия – имитировать процесс гражданского примирения собирательством костей. Опять же и видимость кипучей деятельности создается, и то, что в России именуется, прости Господи, «политической, интеллектуальной и бизнес-элитой», - при деле. 11.10.2005 Материал опубликован в "Газете" №193 от 12.10.2005г.
|
