6 мая в Нью-Гемпшире (США) умер поэт, эссеист и филолог Лев Лосев – автор грустных и проницательных стихотворных наблюдений над русской культурой, специалист по эзопову языку и биограф Иосифа Бродского. 15 июня ему исполнилось бы 72.
Коренной ленинградец, сын писателя Владимира Лифшица, он вырос в литературной семье. Окончив филфак ЛГУ, молодой словесник ушел в детскую литературу. Чтобы его не путали с отцом, Лев Лифшиц взял псевдоним Лосев, затем ставший для него и фамилией. Не имея возможности печататься в СССР как «взрослый» автор, в 1976 году Лосев эмигрировал на Запад по примеру Бродского, уехавшего четырьмя годами ранее. В США он работал в издательстве «Ардис», а окончив аспирантуру Мичиганского университета, стал преподавать русскую литературу в Дартмутском колледже.
Первые лирические стихи он написал в студенческие годы, но тогда не почувствовал себя достаточно самостоятельным автором и опыты прекратил. Возвращение к лирике произошло неожиданно, когда Лосеву было уже 37. Постепенно он выработал изощренный, но и органичный стиль лирика-филолога, живущего в непрерывной интеллектуальной рефлексии над своей судьбой, превратностями творчества, культурной памяти и истории.
Лев Лосев защитил диссертацию об эзоповом языке в русской литературе, написал работу по «Слову о полку Игореве» и ряд литературных биографий, в том числе Антона Чехова, Анны Ахматовой, Александра Солженицына и, конечно, Иосифа Бродского, чьим другом Лосев был на протяжении многих лет.
Поэт Александр Кушнер: «Он был скромный, не гениальничал»
Я помню его первые стихи. Вот это, например, запомнилось на всю жизнь: «В зоопарке умирает слон, он уходит, как корабль на слом». Он был человек скромный и интеллигентный, не гениальничал. Конечно, мы воспитаны на традиции классической русской поэзии. Но Лев Лосев смог привнести какой-то новый угол зрения – он то пародирует классику или советскую стилистику, то обращается к просторечию, и все это очень необычно. А на некоторые стихи Бродского, мне кажется, Лосев наложил как бы увеличительное стекло.