Зачем козе баян

"Эйфория" в кинотеатрах Режиссер Иван Вырыпаев очень дальновидно назвал свой дебют в большом кино. Автор, судя по всему, имел в виду бурю чувств, которые охватывают его героев. Однако и у части публики фильм вызывает форменную эйфорию. Причем без особых на то оснований, а иногда и вовсе до просмотра оного произведения.

Фильм представлял Россию в конкурсе Венецианского фестиваля, был в явном фаворе у тамошнего директора Марко Мюллера и, несмотря на невесть кем пущенные слухи о возможном премировании фильма "Золотым львом", довольствовался малым «Львенком» от студенческого жюри. Репутация, заработанная Вырыпаевым в драматургии и театре, бежит впереди «Эйфории» и подогревает интерес к ней у отечественного зрителя. Но не стоит ждать от фильма слишком многого. Не больше, чем от аэрофотосъемки бескрайних степей под надрывный баян.

Персонажи картины обитают на донских просторах, но в странном отчуждении от окружающей природы. И постановщику нравится наблюдать за царящей в природе и человеке дисгармонией с высоты птичьего полета в музыкальном сопровождении баяниста Айдара Гайнуллина.

В главной женской роли Иван Вырыпаев снял свою очаровательную супругу Полину Агурееву - артистку "Мастерской Петра Фоменко", чей кинодебют в «Долгом прощании» выглядел мощным и многообещающим. К сожалению, в «Эйфории» Агуреевой играть почти нечего. Ее героиня Вера в застиранном кумачовом платье от начала и до конца фильма просто пребывает в смятении. У Веры есть добротный дом, муж и дочка. Но место семьи в ее жизни еще до первых кадров «Эйфории» оказалось занято другим мужчиной. Новый знакомый уверен, что их с Верой связывает любовь с первого взгляда, и мучает возлюбленную вопросом: «Что же мы будем делать?». «Не знаю», - честно отвечает молодая женщина - и уходит в поля, смотря вдаль.

О присутствии заявленной внебрачной страсти скорее догадаешься по действиям третьего лишнего - Вериного мужа: тот беснуется, вымещая отчаяние на безвинных домашних животных - собаке, козах, буренках. В конце концов муж возьмет в руки ружье и, сфокусировавшись на истинной цели своего гнева, откроет стрельбу. Любовная лодка пойдет ко дну как в буквальном, так и в переносном смысле. Ряд толкователей склонен искать в «Эйфории» параллели с греческой трагедией. Что ж, если руководствоваться известной формулой «все умерли», то эта теория имеет право на существование. Но стулья ломать в экстазе от увиденного точно не следует.

05.10.2006 / ЕКАТЕРИНА ЧЕН Материал опубликован в "Газете" №182 от 06.10.2006г.