Экономика «зеленой революции»

Сегодня, когда до открытия климатического саммита ООН в Копенгагене остались считаные дни, по-прежнему нет уверенности в том, что страны-участницы успеют выработать единую позицию по сокращению антропогенных выбросов в атмосферу. Есть сомнения, что в результате этой встречи удастся достичь соглашения, которое сможет заменить Киотский протокол, особенно с учетом того, что лидеры ключевых экономик мира, например США, Германии, Великобритании и Китая, не примут участия в мероприятии. По мнению Александра Мирчева, ведущего эксперта по глобальной экономики и президента Krull Corp., «одним из основных препятствий в достижении нового международного соглашения по вопросу атмосферных отходов можно считать вопрос финансирования развития альтернативных источников энергии. Эти источники будут основным элементом будущих международных договоренностей и мер, а их практическое применение основывается на решении вопроса их экономической состоятельности. На данном этапе эта состоятельность невозможна без существенных государственных субсидий, кроме того, в нынешней экономической ситуации непонятно, откуда они появятся».

Пока позиции США и ЕС относительно конкретных решений саммита не совпадают, отсутствует необходимое согласие внутри Евросоюза и США, а также нет конкретных позиций у ведущих развивающихся стран. «То, что подготовка соглашения оказалась более трудным делом, чем представлялось, не должно удивлять, учитывая значение посткиотского протокола для международных экономических отношений, — считает Мирчев. — Копенгагенский саммит может задать новые условия для развития экономик как развитых, так и развивающихся стран, но прежде всего для стремительно растущих экономик и при условии, что все ключевые игроки сумеют договориться о параметрах принимаемых на себя обязательств».

Мировой финансовый и экономический кризис отнюдь не способствовал сглаживанию этих противоречий. «Результатом Копенгагенской встречи станет, скорее всего, некоторый компромисс, временное решение, которое затем будет дорабатываться и дополнительно согласовываться, — считает Мирчев. — Это касается главным образом помощи развивающимся странам в борьбе с промышленными выбросами, объем которой может составить $100 млрд в течение 10 лет. С точки зрения быстрорастущих экономик этот объем не полностью компенсирует ограничения в росте, связанные с необходимостью обеспечить параметры сокращений, на которых настаивает западный мир, тогда как в Европе и США далеко не все уверены в том, что в условиях рецессии развитые страны могут позволить себе такой объем расходов».

Не спешат подтверждать количественные характеристики своих обязательств многие страны — как развитые, так и развивающиеся. При этом они активно развивают «зеленые» технологии: государственные программы развития энергосберегающих технологий и альтернативных источников энергии дополняются корпоративными инициативами. По мнению Мирчева, важные процессы решения вопроса финансирования «зеленых» технологий происходят сейчас в Китае. Есть основания говорить о том, что сегодня энергоэффективность, развитие возобновляемых источников энергии там рассматриваются в контексте задач построения современной экономики. Кроме того, наметился существенный прогресс в деятельности компаний развитых экономик. Американская компания General Electric планирует увеличить объем инвестиций для разработки и исследований «зеленых» технологий до $1,5 млрд в год, а шведская IKEA в течение пяти лет планирует вложить $77 млн в «зеленые стартапы». «Экологические ориентиры занимают значительное место и в стратегии национального развития стран с быстрорастущей экономикой, — отмечает Мирчев, — в той мере, в какой это укладывается в общую концепцию модернизации национальных экономик».

Эти процессы уже вызывают интерес инвестиционного сообщества. Инвестиционные банки, управляющие компании и фонды прямых инвестиций, которые придерживаются инвестиционной стратегии ограниченного риска и высокой потенциальной доходности, уделяют большое внимание предприятиям с чистыми технологиями и их стратегиям коммерциализации этих технологий на растущих рынках. При этом, как отмечает Мирчев, «инвестиции в „зеленые технологии“ нигде не дают немедленной отдачи, а программы по переходу на возобновляемые источники энергии требуют активной государственной поддержки. Достижение конкретных соглашений в Копенгагене могло бы дать дополнительный импульс как расширению государственных программ в этой сфере, так и частным инвестициям в экологически чистые технологии». Однако, по мнению Мирчева, «вне зависимости от того, насколько успешным будет „климатический саммит“ в Копенгагене, развитие альтернативной энергетики и энергосберегающих, экологичных технологий неизбежно станет одним из основных векторов развития глобальной экономики».