Белые слоны Олимпиады в Сочи

Выражение «белый слон» пришло в английский язык из юго-восточной Азии. В Бирме, Таиланде, Лаосе, Камбодже белых слонов, священных животных Будды, обычай запрещал эксплуатировать и вообще каким-либо образом использовать. Их можно было только кормить, холить и лелеять.

Получить белого слона от монарха было невероятно почетно. Он подчеркивал высокий статус обладателя слона, это был знак доверия и признания заслуг перед Его Величеством. Но при этом слон должен был процветать, чувствовать себя хорошо. Это требовало высоких расходов, а поскольку никакой материальной пользы слон не приносил, его владельцы часто оказывались на грани разорения. Избавиться от слона было нельзя.

Сейчас «белыми слонами» в английском называют проекты, которые стоят кучу денег, демонстрируют понты, но при этом совершенно бесполезны и становятся тяжким бременем для их инициаторов. Среди таких проектов немало спортивных сооружений.

Десятилетия проблем для Монреаля

Например, Олимпийский стадион в канадском Монреале, построенный для проведения летней Олимпиады 1976 года. Хотя его спроектировали еще в 1970 году, полностью завершить мегастройку удалось лишь в 1987 году, а расплатиться по долгам за проект только в 2006 году. По данным Wikipedia, смета стадиона выросла со 134 млн канадских долларов в 1970 году до 1,6 млрд в 2006-м. Когда выяснился размер проблемы, правительству провинции Квебек пришлось ввести специальный табачный налог для обслуживания стадиона.

Большой радости стадион не принес. До сих пор его рекордом посещаемости остается концерт группы Pink Floyd в 1977 году (78,3 тыс. зрителей).

Главными фишками стадиона стали раздвигающаяся крыша и огромная «падающая» башня высотой 175 м. К Олимпиаде их построить не успели, проект удалось закончить лишь к середине 1980-х. Впрочем, выяснилось, что из-за ошибок в проекте при сильных порывах ветра крышу нельзя раздвигать, поэтому в 1998 году ее заменили на постоянную и стадион стал крытым. На следующий год часть постоянной крыши упала на рабочих, которые готовили стадион к Монреальскому автошоу.

В 1986 году огромный кусок наклонной башни упал прямо на поле во время бейсбольного матча. До этого башня успела сгореть. В 1987 году от стадиона отвалилась 56-тонная бетонная балка и рухнула перед входом. Сейчас бетонные конструкции стадиона «мечты 1970-х» выглядят малопривлекательно: они покрыты грязью, потрескались, местами разрушены.

Двухнедельная радость от Олимпиады обернулась для монреальского стадиона и городских властей десятилетиями проблем.

Спортсмены предпочли уйти

Одна из основные проблем – использование стадиона. Местная футбольная команда Alouettes поиграла здесь несколько лет, но потом предпочла вернуться на старую домашнюю площадку поменьше. Бейсбольный клуб Montreal Expos, для которого стадион с 1977 года был домашним, в 2004 году перебазировался в соседние США, в Вашингтон.

Пытаясь угодить и футболистам, и бейсболистам, администрация стадиона, предназначенного для проведения церемоний открытия-закрытия Олимпийских игр, постоянно проводила мелкие улучшение, меняя разметку поля и конфигурацию зрительских кресел. Но это приводило к недовольству и тех, и других – в результате обе команды ушли со стадиона.

Всё снести

Среди неприятностей, которые доставляют бессмысленные спортивные сооружения властям, не только необходимость возвращать кредиты, потраченные на строительство, но и ежегодно тратить деньги на поддержку мало кому нужных стадионов в пристойном виде. В кризис эти бесполезные расходы стали, например, особенно раздражать португальцев, чья экономика числится в списке худших в Европе.

Бывший министр экономики Португалии Аугушту Матеуш предлагает вообще снести стадионы, построенные в стране к чемпионату Европы по футболу 2004 года, поскольку расходы на их содержание разоряют местные бюджеты. Португалия потратила более миллиарда государственных евро на проведение этого чемпионата, но две недели эмоций быстро прошли, а стадионы остались. Теперь выясняется, что муниципалитетам выгоднее снести спортивные сооружения и продать землю, на которой они стоят.

Надежды на то, что появление стадиона поможет привлечь новых туристов, создать новые рабочие места, оживить местную торговлю и промышленность (обычные трафаретные рассказы чиновников и их строительных подрядчиков, которыми они весьма успешно промывают мозг населению), не оправдались.

Приличная страна так бы не поступила

«Ни одна приличная страна не стала бы строить 10 стадионов для проведения одного чемпионата»,— цитирует португальская газета Publico мэра города Коимбра. За 40 млн евро в городе был сооружен стадион ради того, чтобы провести две проходных игры чемпионата. Теперь мэрия пытается найти покупателя на этот стадион, но он никому не нужен.

Доходы от пары крупных концертов в год (вроде Rolling Stones или U2) никак не помогают свести концы с концами, а местная футбольная команда «Академика», которая сейчас играет на стадионе, вынашивает планы построить новый, поменьше, чтобы сократить расходы на содержание поля в три раза.

Общенациональный размах бедствия со стадионами побудил журналистов Publico в начале года провести специальное расследование его причин, а заодно выяснить перспективы. Как выяснилось, готовых рецептов нет.

«Лучше бы мы остались в стороне»

Инициаторы гонки спортивных расходов вспоминают, что накануне чемпионата в стране развернулось настоящее соревнование между регионами за право принять у себя Евро-2004. «Большинство населения в то время не могло смириться с мыслью, что Лейрия может остаться без игр чемпионата»,— вспоминает бывший мэр этого португальского города Изабель Дамашсену.

Смета стадиона в Лейрии по мере развития событий увеличилась почти в 5 раз, с 20 млн евро до 90 млн. «Ошибка была не в стадионе, а в его цене. За эти деньги можно было построить целый спортивный город»,— возмущается в интервью Publico нынешний мэр Лейрии Паул Каштру. Дамашсену оправдывается тем, что первоначальная смета была «примерной», составленной лишь для успеха заявки Португалии на проведение чемпионата.

Стадион в Лейрии оказался единственным среди построенных к Евро-2004, где кроме футбольных игр проектом было предусмотрено проведение международных легкоатлетических соревнований. «Это помогает Лейрии оказаться в центре внимания, но не дает никакой финансовой отдачи»,— утверждает мэр города. Население, опрошенное газетой Publico, разочаровано проектом стадиона: «Лучше бы мы остались без чемпионата, потому что теперь за стадион приходится платить». На его содержание мэрии приходится тратить 8% бюджета ежегодно.

«Легко теперь говорить, что стадион был ошибкой,— оправдывается бывший мэр города Авейру.— Но вспомните, что решение принималось в 2000 году. Тогда всё выглядело очень убедительно, все политические силы были единодушны. Никто же не думал, что наступит кризис».

В Авейру, городе с население 60 тыс. человек, за 58 млн евро появился стадион вместимостью 30 тыс. человек. Здесь нет футбольной команды высшего дивизиона. Кроме того, местное население раздражено тем, что новый стадион построили далеко от центра города, в то время как старый в центре закрыли и он уже начал деградировать.

Колоссальный потенциал

Стадион в городе Фару стоимость 60 млн евро также стоит практически все время пустым. Лишь по выходным сюда приезжают на тренировки дети. Местные футбольные команды третьего дивизиона не могут себе позволить игры на евроарене.

Фару находится в центре курортной зоны Португалии — Альгарве, поэтому местные власти рассчитывают привлечь в застройку территории вокруг стадиона инвесторов и тем самым снизить непосильное бремя долгов за стадион.

«У нас колоссальный потенциал. Всего 2 км от аэропорта, рядом пляжи и крупная автострада. Через 30 лет эта земля будет золотой»,— уверяет португальских журналистов мэр города Лоуле, спустя шесть лет после проведения Евро. Этот город финансировал строительство стадиона вместе с мэрией Фару. Все, что пока придумали местные власти,— открыть на стадионе ресторан.

Все на курорт

Этот международный опыт помогает иначе взглянуть на проект «Сочи-2014». Наша Олимпиада – первая в истории, когда абсолютно все спортивные объекты возводятся с нуля. Для проведения трех недель соревнований в 15 видах спорта предстоит воздвигнуть 11 спортивных сооружений.

Согласно федеральной целевой программе «Сочи-2014» (ее официальное название «Развитие г. Сочи как горноклиматического курорта (2006–2014 годы)»), подготовка и проведение Олимпиады обойдется примерно в $10 млрд. Это первоначальная смета.

Доля государства в этих расходах составляет около 60%, доля местного краснодарского бюджета и бюджета города Сочи — около 3%, остальное оплатят инвесторы. Однако инвесторы помогают не за идею. Как выяснила в середине апреля газета «РБК Daily», государство заманивает их в олимпийский проект фантастически привлекательными условиями кредитования.

Инвесторы получают долгосрочный (до 15 лет) кредит от государственной корпорации ВЭБа в размере до 70% от стоимости проекта по льготной ставке (0,4–1,4% плюс ставка рефинансирования Центробанка, что по нынешним временам означает меньше 10% годовых). Всего ВЭБ готов раздать 50 млрд рублей.

При этом другая госкорпорация, «Олимпстрой», выступает гарантом по кредитам. В случае, если инвестор не справится с проектом, кредиты ВЭБу будет возвращать «Олимпстрой». Ему же придется доводить стройку до конца. А что ему останется делать, ведь Олимпиаду придется проводить в любом случае.

Кроме ВЭБа Олимпиаду кредитуют и другие контролируемые государством банки — Сбербанк, ВТБ. Один объект строит «Газпром», в котором контроль также принадлежит государству.

Подобными стимулами в Олимпийские игры правительству удалось привлечь нескольких частных инвесторов, в частности Владимира Потанина, Искандера Махмудова, Олега Дерипаску. Единственное исключение из этого громкого списка имен участников «Золотой сотни Forbes’» — малоизвестная фирма «Славобласть», которая согласилась в прошлом году построить арену для керлинга.

Оппозиция оживляется

Интересно, что, хотя основные расходы Краснодарского края на подготовку к Олимпиаде и на содержание построенного после ее окончания еще впереди, местная оппозиция в лице коммунистов уже начала протестовать против выделения денег на Игры из кубанского бюджета.

«Не так давно в повестку дня (Законодательного собрания Краснодарского края) включался вопрос об урезании ряда социальных программ, жизненно важных для края, в частности газификации отдаленных поселений,— цитировала в прошлом году „Новая газета Кубани“ секретаря краевого комитета КПРФ Павла Соколенко.— Сокращение финансирования где на десять, где на тридцать, а где и на девяносто процентов. Коммунисты выступали против этого, но докладчики нам доказывали, что эта мера – вынужденная, поскольку сейчас в бюджете нет необходимых средств. А тут вдруг оказывается, что на социальные программы у нас денег нет, а вот на покупку акций миллионы находятся».

Речь шла о выделении нескольких сотен миллионов рублей на выкуп допэмиссии акций ОАО «Центр „Омега“, которое на 100% принадлежит администрации края и является „инвестором“, строящим конькобежный стадион, а также пресс-центр для спортивных журналистов.

Кладбище стадионов

Хорошо, что российские власти понимают, что жителям Сочи и гостям города не нужно столько стадионов, вмещающих в общей сложности почти 200 тыс. зрителей. В отчете оргкомитета Игр за 2009 год говорится, что в Сочи проживают более 400 тыс. человек. Но это тот же самый город, в котором, по данным оргкомитета, протяженность пляжей составляет 147 км. То есть посчитали всех, кто живет на этом довольно длинном берегу Черного моря. Ясно, что тысячи местных жителей не будут ездить за 150 км на соревнования по керлингу.

Депутат Госдумы от ЛДПР Дмитрий Свищев уже окрестили сочинский проект «кладбищем стадионов», вернее, пообещал, что город таким кладбищем не станет. У проблемы нашлось частичное решение — строить временные стадионы. Конькобежный стадион превратится в торгово-выставочный центр. Холодильное оборудование для подготовки льда, а также трибуны «будут утилизированы». Арену для керлинга, а также Малый хоккейный дворец предполагается демонтировать и перенести в другие города. Со слов того же Свищева, керлинг переедет в Тверскую область, от которой он был избран в парламент.

Для малой хоккейной площадки обещал подобрать новое место «на какой-то территории, где работает компания» холдинг УГМК Искандера Махмудова, согласившийся стать инвестором проекта.

Дворец для фигурного катания, который строит государство, потому что инвестор не нашелся, тоже планировалось перенести куда-нибудь. Но в феврале 2010 года главный архитектор «Олимпстроя» Олег Харченко заявил в интервью «БН.ру», что «есть 50-процентная вероятность того, что дворец останется как сооружение. Только будет рассчитан не на фигурное катание, а на велотрек».

Оценки стоимости переноса или переустройства стадионов пока никто не называл. Кроме того, изначально правительство планировало переносить их в регионы со схожими климатическим условиями, а Сочи – единственное место России с субтропическим климатом.

В случае миграции ледовых дворцов на север, где расположена вся остальная страна, их придется утеплять, то есть полностью менять проект, а значит, стоимость демонтажа, перевозки демонтированных частей и нового монтажа в утепленном варианте может стоить столько же, сколько их сооружение в Сочи. Во сколько обойдется Краснодарскому краю перепрофилирование конькобежного стадиона в торговый центр, пока также не известно.

От зимней Олимпиады останется футбольное поле

При этом в Сочи кое-что останется. Во-первых, Олимпийский стадион на 40 тыс. мест. Его строят только для церемоний -открытия, закрытия и награждений. После Олимпиады он превратится в футбольный стадион, поэтому «Олимпстрой» пытается построить его одновременно и по требованиям Международного олимпийского комитета и по требованиям международной футбольной федерации ФИФА, что, как пожаловался в том же интервью Олег Харченко, вызывает некоторые сложности.

Предполагается, что на этом стадионе будут проводится игры национальной сборной по футболу. А если Россия получит право провести чемпионат мира по футболу в 2018 году, то в Сочи пройдет полуфинал. Но, кстати говоря, Португалия также подала совместно с Испанией заявку на проведение этого чемпионата, потому что у этой страны классных стадионов уже выше крыши и им нужно найти какое-то применение.

Смогут ли десятки тысяч фанатов из Москвы и Петербурга часто мотаться в Сочи на игры сборной России, большой вопрос. Местный футбольный клуб «Жемчужина» на стадион пока претендует, да и местные жители вряд ли обрадуются необходимости ездить на его игры за десятки километров. Под вопросом окажется и элитность соседнего со стадионом жилья: после Олимпиады инвесторы получат право распродать ненужные гостиницы и здания Олимпийской деревни в качестве апартаментов. Шаговая доступность всех объектов Олимпиады во время игр – большой плюс, но понравятся ли покупателям квартир за миллионы долларов гуляющие под окнами толпы футбольных фанатов, пока не известно.

Сочи заиграет в хоккей

Во-вторых, останется Большой хоккейный ледовый дворец. По своей вместимости (12 тыс. зрителей) он равен Ледовому дворцу в пятимиллионном Петербурге. По плану правительства после игр дворец станет «многофункциональным спортивным, концертным и развлекательным центром». В плюс к уже имеющемуся олимпийскому стадиону.

Начиная с 2007 года Владислав Третьяк неоднократно предлагал создать в Сочи первоклассную хоккейную команду уровня суперлиги, чтобы использовать этот дворец. Идея отличная, но кто будет ходить на игры этой команды, а главное, кто будет оплачивать ее содержание, особенно если вспомнить, сколько уже существующих хоккейных клубов в стране сидят без денег и без дворцо?

Останутся и расположенные в горах несколько стадионов лыжных видов спорта (лыжи, биатлон, фристайл, сноуборд, прыжки с трамплина, горные лыжи), а также санно-бобслейная трасса. Эти объекты демонтировать и перенести в другое место нельзя, поэтому они станут частью горнолыжного курорта и местом тренировок для национальной сборной.

На случай, если вдруг во время игр снег растает, правительство согласилось выделить из бюджета 468 млн рублей на «Систему искусственного оснежения горнолыжного центра на северном склоне хребта Аибга». Но это касается только горнолыжников. Как будут оснежаться другие горные склоны, отданные остальным видам спорта, федеральная целевая программа умалчивает.

Для очень важных персон

Стадионы – это только вершина айсберга. Из миллиардов долларов, в которые оценивается подготовка к Олимпиаде, на спортивные объекты приходится не более $1 млрд. Примерно треть всех расходов (около $3 млрд) — это обеспечение олимпийского транспорта, в первую очередь строительство новых шоссе и скоростной железной дороги.

Качество выполнения транспортной части федеральной программы «Сочи-2014» правительство будет оценивать по нескольким целевым индикаторам: «пропускная способность» (значимость в общей оценке — 40%), «протяженность альтернативных путей» (25%), «выделенная полоса для очень важных персон протяженностью 217 км» (35%).

Предполагается, что прекрасные шоссе и скоростные дороги пригодятся Сочи и после Олимпиады. Согласно федеральной программе, ее реализация приведет к росту «расходов туристов в городе Сочи» в 10–15 раз: с 4,7 млрд рублей в 2006 году до 41 млрд рублей в 2013 году и до 64,6 млрд рублей в олимпийском 2014-м.

Пассажиры не прилетели

На этих расчетах строятся планы будущего бурного экономического роста Краснодарского края. Точно также думали и канадцы, когда затеяли перед Олимпиадой 1976 года амбициозный проект монреальского аэропорта «Мирабель». Он открылся в октябре 1975 года и стал самым большим аэропортом в мире по размеру территории. Лишь в 1999 году его смог превзойти аэропорт Короля Фахда в Саудовской Аравии.

Мирабель задумывался как воздушные ворота Канады на атлантическом побережье. Потенциально он мог обслуживать 50 млн пассажиров в год. Но эти планы окрыленных олимпийскими надеждами чиновников и бизнесменов не реализовались.

Сейчас аэропорт Мирабель, когда-то предмет гордости канадцев, используется только для грузовых перевозок, а в бывшем пассажирском терминале проводятся автогонки. В 2006 году здесь хотели устроить парк развлечений, но удаленность от города остановила инвесторов.

Огромные территории, экспроприированные под проект государством у местных жителей и предназначенные под застройку коммерческой недвижимостью, долгие годы пустовали, пока в 1989 году правительство не вернуло их обратно собственникам, в основном фермерам.

В канадской прессе Мирабель часто называют «мертвым аэропортом». Он обошелся стране в сотни миллионов долларов.

А потом хоть потоп

Заканчивая наконец эту затянувшуюся статью, хочется сделать простой вывод. Сочинский проект на сегодня — это проект по подготовке к Олимпийский играм 2014 года и только. Это проект по освоению строительными подрядчиками нескольких миллиардов долларов, в основном государственных.

Правительство не то чтобы совсем не задумывается о дальнейшей судьбе всей этой мегастройки, но мысли о будущем пока какие-то смутные. Не случайно, федеральная целевая программа «Сочи-2014» рассчитана только до 2014 года. Кто и сколько будет платить за олимпийские амбиции после 2014 года, правительство еще не считало. Как показывает неудачный опыт других стран, иногда эти платежи могут оказаться разорительными.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU