На три столетия вперед

В зале им. П.И. Чайковского состоялся очередной абонементный концерт Российского национального оркестра (РНО), основанного Михаилом Плетневым. Вечер австро-немецкой музыки разных эпох оказался на удивление цельным и стройным. В этом заслуга швейцарского маэстро Кристофа Мюллера, выступавшего с РНО уже во второй раз. Однако главным героем программы стала британская певица Джоан Ланн, исполнившая сочинения Моцарта и Малера.

Кристоф Мюллер впервые выступил в России около двух лет назад. Тогда он представил за пультом РНО программу из сочинений Моцарта. И сейчас этот композитор оказался одной из удач Мюллера. Ведь стилистически корректное исполнение музыки Моцарта до сих пор представляет для отечественных оркестров непростую задачу. Мюллер с ней справился. Скрипач по первому образованию, он учился дирижированию в США. Там он стажировался у таких мастеров, как Сейджи Озава, а позже был ассистентом Владимира Ашкенази в Немецком симфоническом оркестре Берлина, где и дебютировал как дирижер.

Позже маэстро работал вместе с Клаудио Аббадо в Малеровском юношеском оркестре и на Люцернском фестивале. В последние годы дирижирует крупнейшими европейскими коллективами, а с 2005 года возглавляет Геттингенский симфонический оркестр. Программа из сочинений Моцарта, Брамса и Малера в Москве звучала у Мюллера как единое целое. Каждый из этих композиторов принадлежит австро-немецкой традиции, и в то же время каждый и сам по себе – эпоха.

Мотет Моцарта “Exsultate, jubilate” написан в 1773 году, “Вариации на тему Гайдна” Брамса – спустя столетие, а Четвертая симфония Малера – еще через четверть века, в 1899-1900 годах. Составление подобных произведений – увлекательная интеллектуальная игра. Если искать общее между тремя номерами, то среди сочинений Брамса и Малера, поздних романтиков, именно “Вариации” и Четвертая симфония в наибольшей степени обращены к классицизму – к Моцарту и Гайдну. С другой стороны, в своем сочинении Брамс заложил традицию оркестровых вариаций, расцветшую в ХХ веке. А симфония Малера, начатая еще в XIX столетии, по сути, принадлежит уже новой эпохе, предвещая музыкальные открытия Шостаковича, Шенберга и самого Малера. Так удалось протянуть нить от Моцарта почти на три столетия вперед.

Дополнительную интригу внесло участие певицы Джоан Ланн. Если эпоха Моцарта ей близка (Ланн специализируется в первую очередь на репертуаре XVII и XVIII столетий), то о Малере с такой же определенностью этого не сказать. Закончив Королевский колледж музыки в Лондоне с золотой медалью, певица постоянно выступает и записывается с ведущими коллективами и дирижерами-аутентистами, такими как Джон Элиот Гардинер, Роджер Норрингтон и другие. Ее стихия – Бах, Гендель, Вивальди, Зеленка, Гайдн, однако теперь к этому списку можно уверенно добавить Моцарта и Малера.

Джоан Ланн вышла на сцену, словно вундеркинд, отчасти сам удивленный своим талантом и умением, однако внешность оказалась обманчива. Мотет “Exsultate, jubilate”, фактически маленький концерт для сопрано с оркестром, поразил несоответствием между голосом певицы и ее необыкновенно скромным сценическим образом. Ланн продемонстрировала красивое, сильное сопрано, не потеряв ни одной верхней ноты. В финале Четвертой симфонии Малера певица чувствовала себя даже более уверенно, и вполне вероятно, что скоро в ее коронном репертуаре займет место и ХХ век. А Российский национальный оркестр уже второй раз за год показал, что Малер ему все ближе.