Дополнительные материалы

В Америке казнили женщину. Произошло это в штате Вирджиния, пропустившем вперед по количеству приведенных в исполнение смертных приговоров только Техас, что лично меня ни разу не удивляет. Много мрачных событий может произойти в штате, где и через 33 года после сексуальной революции запрещен оральный секс, занятия любовью при свете и все позы, кроме миссионерской.

Терезе Льюис ввели смертельную инъекцию в тюрьме маленького американского городка Джаррат. На фото - комната, где приводится в исполнение казнь через инъекцию.

Источник: Daily Mail

Лилия Гущина

Лилия Гущина – Кэрри Брэдшоу "московского Манхэттена". Только в отличие от героини "Секса в большом городе", Лилия – не выдуманный, а настоящий журналист. Автор книг "Когда любовник моложе...", "Мужчина и методы его дрессировки", соавтор (вместе с Ириной Хакамадой) бестселлера "Sex в большой политике", поэтесса, эссеист, эксперт программы "Я сама", создатель двух документальных фильмов, Лилия с подросткового возраста много и плодотворно думала о любви и сексе. Накопленными мыслями, наблюдениями, опытом готова поделиться с посетителями www.gzt.ru

А с другой стороны, каким еще быть штату Вирджиния, если он назван в честь английской королевы Елизаветы Первой, ханжи и фарисейки, выдававшей себя за девственницу и рубившей головы своих пожилых сестер и молодых фаворитов.

То ли дело ее полная династическая тезка— русская императрица, тоже Елизавета, тоже Первая, тоже незамужняя девушка, но не скрывавшая от подданных, что живет полноценной интимной жизнью!

С ее легкой руки почти за сто лет в России казнили смехотворное количество преступников. На официальный запрет она не отважилась, а подписала 30 сентября 1744 года высочайший указ— все смертные приговоры присылать на утверждение в Сенат, где их клали под сукно и напрочь про них забывали.

Вдобавок в начале царствования Елизавета Петровна повелела, чтобы каждая из русских столиц обзавелась тремя штатными палачами, каждый губернский город— двумя, каждый уездный— одним, с годовым жалованием в 9 рублей 95 копеек, и по милосердию это повеление не уступало мораторию на высшую меру. Телесные-то наказания отменены не были, а дочь Петра диалектику учила не по Гегелю (ее батюшка практиковал во время публичных экзекуций приглашение добровольцев из толпы), и знала, что неумелый кат может причинить телу много лишних мук.

Вот и верь после этого педагогическим догмам про влияние семьи и среды. «Медный всадник» за 19 лет дочернего царствования наверняка извертелся в своем петропавловском саркофаге в рецидиве застарелого подозрения: его ли семя? Но, хотя вопросы крови, как известно, самые сложные вопросы в мире, я б на месте Петра Алексеевича не стала напрягаться на эту тему.

Я б лучше вспомнила, например, про голову Виллиама Монса на прикроватной тумбе супружеской спальни, куда пятнадцатилетнюю Елизавету приводили перед сном для родительского поцелуя и благословения. Ослепительный красавец-камергер, мамин круглосуточный друг, дочкино первое сердцебиение, и в банке со спиртом!

Это чересчур даже для ребенка, выросшего не на ромашковом лугу среди бабочек и эльфов, а при дворе лютого производителя евроокон, где куда ни пойдешь— хоть налево, хоть направо, хоть прямо,— непременно упрешься в перекладину с государевым недругом на разной стадии разложения или в колья, с насаженными на них хорошо если черепами, а не цельными людьми.

Кстати, о черепах. Я уверена, что и гуманную мысль— убрать, наконец, через 30 лет после казни, с Лобного места останки мятежных стрельцов и виселицы с их скелетами с кремлевских стен— вложила в гулкие мозги своего племянника, Петра Алексеевича, неравнодушного к своей сексапильной тетушке, тоже она, Елизавета. Царь-подросток за свое скоропостижное правление подписал не много указов, а насчет стрельцов распорядился аж дважды: в июне и в сентябре 1727 года.

Концы всех благородных и гадких дел земных правителей когда-то были спрятаны внутри их интимных зон. Прививает Екатерина II первой в своем государстве оспу себе и наследнику. С чего вдруг? Пожалуйста, картинка из тьмы былого: миловидное лицо ее жениха, за месяц до неузнаваемости изуродованное болезнью. Лицо, которое юной невесте пришлось целовать. «Он стал безобразным, при виде него у меня холодела кровь, а когда назначили день свадьбы, меня охватило огромнейшее отвращение»,— признается уже взрослая женщина себе и истории.

Сочиняет Иван Васильевич опричнину, орган, наделенный беспредельными полномочиями и правом хватать кого ни попадя и выпытывать, что душа пожелает,— на дне глаз его хоронятся не мальчики кровавые, но сводный брат Георгий, законный наследник московского престола.

Правление Ивана Грозного (немецкая гравюра XVI века)

Источник: Wikipedia

Затевает Николай Александрович «маленькую победоносную войну» с Японией— и, что бы ни писали газеты и историки, но багровеет на макушке злопамятного императора шрам от меча японского городового Цуда Сандзо, которому не понравилось, что сидел цесаревич в коляске, везущей его по древнему городу Оцу без уважительной улыбки, положенной благодарному гостю, будь он каких угодно царских кровей.

Николай Александрович посещает японский город Нагасаки

Источник: Wikipedia

Нынешние государи, мэры, президенты вряд ли слеплены из другого теста. У всех, что надо— вдоль, что надо— поперек. И в том, что губернатор Вирджинии проигнорировал настойчивые просьбы граждан о помиловании Терезы Льюис, тоже, может быть, виноват, какой-нибудь микроскопический нарывчик на биографии.

И вот что я давно думаю: у нас, слава тебе Господи, власть не наследственная, при которой кого родили, тот и правит, и никакой Фрейд соломку под историю не подстелит. А если подвергать в законодательном порядке подробной душевной экспертизе каждого, кто просится порулить какой-нибудь административной территорией любого размера? Это ж даже не автомобиль, к управлению которым без справки из психдиспансера не допускают.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU