Сила инерции

Поставить себя на место человека, долго готовившегося к поездке в Таиланд, зарабатывавшего на нее деньги и оказавшегося лицом к лицу с лелеемым и наконец приблизившимся путешествием, довольно легко. Какие, к черту, политические или иные проблемы, если кто-то к чему-то столько готовился? Какие волнения, какая нестабильность, если кто-то запланировал съездить в Таиланд с семейством, да хоть бы и без него?

Допустим, этот кто-то - я. Но, допустим, этот кто-то - мэр Лондона Борис Джонсон; фигура представителя консервативной партии островного государства к серьезному разговору все-таки более подходящая. Если вы думаете, что я говорю о Таиланде, - ошибаетесь. Я о консерватизме. Консервативные намерения консервативного человека, по-моему, не сдвинет с мертвой точки ничто. Ничто. Не сдвинет. И это прекрасно. Потому что зачем сдвигать несдвигаемое? Намерение отдохнуть в такое-то время где-то с кем-то - оно из несдвигаемых. Оно - восторг! Потому что оно - консерватизм. И вот только в случае реализации этакого подлинного, шкурного, так сказать, выражения консерватизма понимаем мы свою замороченность (если не замученность) либерализмом. Только тогда, когда на хвост песне нашего планируемого путешествия в тот же Таиланд наступит какое-то не предполагавшееся нами условие - вот тогда мы пищим, что все плохо. Если вы думаете, что я об отдыхе, ошибаетесь. Я о культуре. Культура - тот же Таиланд, куда с пожитками, с семействами, с потомками мы норовим угодить. Потому что земля обетованная. И хоть бы временно оказаться бы нам в ней. Сила желания (назовем его отпускным) вызвана силой сопротивления (назовем его будничным) тому, что окружает.

Кажется, запуталась. Но выпутаться мне поможет мэр Лондона Борис Джонсон, на днях объявивший решительный разворот всей подведомственной ему системы ценностей Лондона в сторону академической культуры. Если говорить по совести, не он, Борис Джонсон, этот разворот объявил, объявила его советница Мунира Мирза, так напрямик и сказавшая: "Слишком часто стало звучать мнение, что молодым людям нравятся произведения искусства, с которыми они непосредственно связаны. Детей из семей рабочих направляют в русло популярной культуры, в сторону хип-хопа, новых медиа и кино, поскольку считается, что старые формы, опера или балет, к ним не имеют отношения".

Сказала и добавила: "У меня есть ощущение, что некоторые считают Шекспира слишком страшным для рабочего класса".

Умница, Мунира Мирза! Потому что нельзя больше делать вид, что культура делится на академическую и современную, на молодежную и взрослую, на христианскую и какую-то иную. В каком-то самом общем выражении культура - это привитая воспитанием способность не сморкаться к скатерть, не вытирать руки о занавеску и не ковырять пальцем в носу. И незачем делать вид, что гундосые хипхоперы - это культура поактуальнее шекспировской. Быть или не быть - вот в чем вопрос культуры. И подготовка к ответу на этот вопрос, честно говоря, стоит не меньших усилий, чем сборы, как у Чехова: «В Москву, в Москву!» - или как у не теряющих надежды отпускников: «В Таиланд, в Таиланд».

26.11.2008 Материал опубликован в "Газете" №226 от 27.11.2008г.