Классики настоящего

Manhattan Transfer выступил в Москве Джазовый квартет Manhattan Transfer давно бы мог почивать на лаврах: за 40 лет существования у него были и премии "Грэмми", и золотые и платиновые диски, и дикая популярность. Но перед москвичами Manhattan Transfer предстал в такой форме, словно ему еще только предстояло завоевывать то, что давным-давно завоевано. Между тем Тиму Хозеру, лидеру группы, 67 лет.

Популярность пришла к Manhattan Transfer в начале 1970-х. Тогда четырем вокалистам удалось вернуть моду на подзабытую джазово-эстрадную классику первой половины ХХ века. Став коллективом успешным - в том классически-американском смысле, в каком успешными были оркестр Глена Миллера, джаз-трио Оскара Питерсона или фортепиано Дэйва Брубека, Manhattan Transfer пошел в фарватере старого доброго джаза с небольшими отклонениями в латиноамериканскую босанову.

Нынешний состав - это Тим Хозер, Алан Пол, Дженис Сигель и Черил Бентайн плюс участники бэнда в лице двух гитаристов, клавишника и барабанщика.

Четверка вышла на сцену в элегантных костюмах и, сгрудившись у микрофонных стоек в центре зала, начала с легкомысленной «Java Jive» о любви к кофе и чаю. Далее, пройдясь по главным хитам, включая «Birdland» и «Candy», преподнесла номер из «бразильского» репертуара. Но были и соло, благо индивидуальные номера есть почти у каждого участника Manhattan (Тим Хозер, Дженис Сигель и Черил Бентайн даже выпустили по сольному альбому).

Первый выход был, конечно же, Хозера. Плотный, импозантный, улыбчивый, он демонстрировал пару вещей из коллекции любовных песен с его сольного диска "Love Stories" ("Истории о любви", 2008). Во время исполнения он поглаживал, будто любимую женщину, микрофонную стойку.

Блондинка в очках Дженис Сигель оптимистично спела песню о тысяче прекрасных вещей. Рыжеволосая Черил Бентайн вокально имитировала саксофонный тембр. А Алан Пол предстал ответственным за самую экспрессивную и динамичную часть концерта: перед сольным выступлением он в первую очередь поинтересовался у зрителей, любят ли они блюз, после чего принялся это самый блюз петь и танцевать одновременно.

Впечатление Manhattan Transfer произвел двойственное: таких людей видишь за соседним столиком в дорогом ресторане, таких же - в классических голливудских фильмах 1950-х. Вроде бы ничего особенного, но не отделаться от чувства, что им удается то, что сейчас даже на джазовых фестивалях в дефиците: их азарт, удовольствие от исполняемого и завидная энергетика так далеки от скучновато-интеллигентской музыки, которая считается солидной, но слушать ее неинтересно.

Manhattan Transfer без лишней экспрессии добивается особого рода драйва - драйва пусть и сдержанного, но искреннего дружелюбия. Когда ненадолго голоса вокалистов умолкали, уступая инструментальным партиям, Черил Бентайн трясла опущенными руками. И один этот жест (раж нетерпения) был бесспорным доказательством того, что эти люди выходят на сцену не только затем, чтобы получить очередной гонорар.

11.12.2008 / МАРИНА ЗЕНКИНА Материал опубликован в "Газете" №237 от 12.12.2008г.