Новые свидетели в деле Литвиненко

Лондон накрыла тень холодной войны Первые признаки недомогания 43-летний Александр Литвиненко, бывший подполковник ФСБ, почувствовал вечером 1 ноября. До сих пор у него не было проблем со здоровьем. Когда у бывших российских разведчиков, имеющих основания подозревать, что за их голову назначена награда, вдруг начинает болеть живот, то в отличие от простодушных англичан они не жалуются на плохое качество суши. Они начинают анализировать, где и когда их могли отравить.

Когда боль усилилась и началась тошнота, Литвиненко рассказал о своих подозрениях близкому другу Алексу Гольдфарбу. Шесть лет назад тот помог ему укрыться в относительно безопасной Великобритании.

В тот день у бывшего шпиона было две встречи - никаких других событий, которые могли вызвать его болезнь, Литвиненко не припоминал. За обедом в японском ресторане Itsu на Пикадилли он встретился с итальянцем по имени Марио Скарамелла, который предоставил бывшему россиянину, месяц назад ставшему счастливым обладателем британского паспорта, сведения, поставившие под угрозу жизни обоих.

Речь шла об убийстве в Москве журналистки Анны Политковской, ответственность за которое Литвиненко публично возложил на ФСБ. И это стало одной из причин, почему разведчик стал для своих бывших хозяев persona non grata. По иронии судьбы, Литвиненко лишь посмеялся над опасениями, которые высказал Скарамелла. Последний же начал скрываться.

Однако Скотленд-Ярд больше заинтересовала другая встреча. Она произошла утром 1 ноября в одном из отелей в центре Лондона. На ней присутствовало двое русских. Они остаются вне подозрений, но могли бы дать важную информацию в качестве свидетелей.

Один был хорошо известен Литвиненко. Это был высокий плотный мужчина, бывший сотрудник девятого управления КГБ - подразделения, которое отвечало за охрану политических лидеров. Его звали Андрей Луговой.

Когда Луговой был госслужащим, он работал с Борисом Березовским, в то время заместителем главы Совета безопасности России. Он был одним из его личных телохранителей и сопровождал его во время по крайней мере одной опасной поездки - на переговоры с чеченскими боевиками. Миллиардер Березовский был ключевым союзником Путина, а потом превратился в его врага. Луговой также получал зарплату от Березовского за выполнение обязанностей главы службы безопасности телеканала ОРТ, принадлежащего олигарху.

На встречу в отеле Луговой пришел вместе с другим человеком по имени Владимир, которого Литвиненко не знал.

По словам Гольдфарба, из-за болезни Литвиненко не смог вспомнить детали встречи. «Как и все мы, он думал, что находится в безопасности, потому что живет в Великобритании», - пояснил Гольдфарб. Но в отличие от других у Литвиненко был опыт агента ФСБ. Бывший офицер КГБ и друг Литвиненко Олег Гордиевский подчеркивает: «Он говорил мне, что чувствует себя в безопасности, потому что за милю заметил бы любой «хвост». Можно сказать, что он пал жертвой собственной гордости».

Александр Вальтерович Литвиненко родился в Воронеже. В 18 лет окончил школу и был призван в армию. Он прослужил 20 лет, получив звание подполковника. В возрасте 26 лет начал работать в контрразведке КГБ. С 1991 года работал на центральный аппарат ФСБ, специализируясь на борьбе с терроризмом и организованной преступностью. На пресс-конференции в Москве в ноябре 1998 года он заявил, что ему было поручено организовать убийство Бориса Березовского. В марте 1999 года его арестовали и поместили в тюрьму ФСБ в Лефортово, а в ноябре 1999 года он был оправдан судом. В 2000 году - новый арест и новое оправдание. Когда было возбуждено третье уголовное дело, Литвиненко покинул страну и попросил в Британии предоставить ему политическое убежище. Заочно ему вынесли обвинительный приговор.

Так кто же Литвиненко на самом деле - жертва российских спецслужб или внутренних распрей? Конечно, за шесть лет власти президента Путина влияние ФСБ в российском обществе возросло, а демократия в этой стране существенно ослабла. Однако многие россияне полагают, что если отравление Литвиненко в Лондоне было задумано в Москве, то власти зашли слишком далеко.

«Трудно понять, почему нацелились на Литвиненко. Теоретически это может быть предупреждением для тех, кто выступает против режима, - сказал один россиянин, тесно связанный с разведслужбами. - Те инакомыслящие, кто опасался за свою жизнь, всегда могли уехать из страны. Но сегодня власти как бы говорят: мы достанем вас повсюду».

Если эта теория верна, она эффективна. Хотя многие аналитики, занимающиеся деятельностью ФСБ, стали в последнее время осторожнее в высказываниях, отравление Литвиненко заставит их замолчать. «Разговаривать на эту тему - все равно что подавать заявку на собственное убийство», - сказал один из них. С другой стороны, многие эксперты лишь усмехаются, когда Литвиненко представляется мишенью действий властей. В Москве сторонники Путина говорят, что он был слишком мелкой сошкой, чтобы нанести вред режиму.

«Мне трудно себе представить, кто мог быть заинтересован в устранении Литвиненко, который не представляет для нас никакой угрозы, - сказал радио «Эхо Москвы» член комитета Госдумы по безопасности Геннадий Гудков. - Конечно, Литвиненко не заслужил особого доверия своими утверждениями о том, что за событиями 11 сентября 2001 года в США стоит ФСБ или что лидеры "Аль-Каиды" были агентами российской разведки. Но иногда он делал сенсационные признания по поводу своих бывших начальников».

В 1998 году, сразу после того, как его уволили из ФСБ, он провел пресс-конференцию, на которой рассказал о заговоре с целью убийства Березовского. Эти утверждения были встречены с некоторым скептицизмом. Затем Литвиненко обвинил ФСБ во взрывах жилых домов в Москве в 1999 году. Ранее вину за это приписывали чеченцам, и эта версия была ключевым элементом для оправдания действий России, начавшей вторую войну в Чечне.

Еще одним скептиком стал Найджел Вест, эксперт британской разведки. Он сказал, что был бы очень удивлен, если бы узнал, что ФСБ попыталась убить Литвиненко, поскольку это противоречит советской и российской практике последних 65 лет. «Ни ФСБ, ни КГБ никогда не убивали перебежчика на территории иностранного государства. Их предшественники, даже когда Сталин был у власти, сделали это лишь раз, когда в 1941 году в Вашингтоне убили Вальтера Кривицкого. В ряде случаев КГБ выслеживал диссидентов вроде Игоря Гузенко в Канаде или Владимира Петрова в Австралии в 1950-е годы. Их нашли, но на самом высоком уровне было принято решение оставить их в живых».

Известны два случая, когда агенты спецслужб стран соцлагеря использовали яд для устранения диссидентов. Первый касается болгарина Георгия Маркова, убитого пулей с рицином, которая была выпущена из устройства, замаскированного под зонтик. Второй случай связан с убийством трех румынских диссидентов, работавших на радиостанции «Свободная Европа» в Вене. Агенты службы безопасности Румынии проникли к ним в офис и посыпали их столы плутониевой пылью. Через несколько месяцев все трое скончались от рака легких.

30 лет спустя этот мир шпионажа остается таким же грязным, как и прежде. Меняются лишь действующие лица и яд.

21.11.2006 / БЕН ФЕНТОН / ЛОНДОН Материал опубликован в "Газете" №214 от 22.11.2006г.