В зале Чайковского состоялась мировая премьера сочинения Шостаковича Московская филармония представила одно из главных событий фестиваля, посвященного столетию со дня рождения Дмитрия Шостаковича - мировую премьеру неизвестного симфонического фрагмента 1945 года. Под управлением Геннадия Рождественского прозвучали также поэма "Казнь Степана Разина" и сюита из музыки к спектаклю "Условно убитый". "Три года назад в Москве случилось необычайное происшествие" - так, в духе повести "Нос", Геннадий Рождественский начал рассказ о недавней находке в архиве Шостаковича. Очевидная отсылка к Гоголю напомнила сразу о многом: Николай Васильевич был любимым писателем Дмитрия Дмитриевича, и письма Шостаковича полны типично гоголевских фраз; по мотивам "Носа" написана опера Шостаковича, возрожденная Рождественским после нескольких десятилетий забвения. Да и рядом с находкой 2003 года явно витала тень Гоголя. Ведь нотный текст, содержащий 322 такта (более 10 минут звучания), был обнаружен Ольгой Дигонской в автографе клавира неоконченной оперы "Игроки", в основу которой также легла гоголевская пьеса.
Симфонический фрагмент и впервые прозвучавшие в 1978 году "Игроки" - лишь две из многочисленных премьер Шостаковича, осуществленных Рождественским. Огромная часть творческой жизни этого выдающегося музыканта и просветителя посвящена наследию Шостаковича, и концерт в зале Чайковского - уже второе событие юбилейной осени, связанное с именем Рождественского. Первым была опера "Леди Макбет Мценского уезда", представленная в Большом театре в день столетия Шостаковича. Досадно, что больший резонанс вызвал концерт Мстислава Ростроповича, состоявшийся в тот же день, хотя историческое значение "Леди Макбет" под управлением Рождественского ничуть не менее велико.
Войдет в историю и первое исполнение фрагмента 1945 года; известно, что Шостакович говорил о намерении написать грандиозную Девятую симфонию, посвященную победе. Та Девятая, что получилась в итоге, более чем далека от подобного замысла, и найденный автограф, возможно, - как раз отражение попыток создания "победной симфонии". По первому впечатлению фрагмент охарактеризовать нелегко, хотя почерк Шостаковича абсолютно узнаваем; здесь есть и торжественные фанфары, и беспокойные темы, предвещающие вокальный цикл "Из еврейской народной поэзии". Рукопись обрывается "на полуслове", и Геннадий Рождественский взял на себя ответственность завершить ее, чтобы сделать возможным концертное исполнение. Оркестр Государственной академической симфонической капеллы России не в первый раз показал, что в сотрудничестве с Рождественским может творить чудеса, и звучал так, как того и требовала торжественность момента.
Фрагменты музыки к эстрадно-цирковому ревю "Условно убитый" - полная противоположность как симфоническому фрагменту, так и тяжеловесной "Казни Степана Разина" (сольную партию в ней исполнил Александр Киселев). Премьера "Условно убитого" состоялась в 1931 году, кроме Шостаковича в ней принимали участие Исаак Дунаевский, Леонид Утесов, Клавдия Шульженко и даже дрессированная собака Альфа. Музыка к спектаклю во многом близка балету "Болт", созданному в то же время, хотя многие ее страницы носят куда более гротескный, парадоксальный, а часто и зловещий характер. Особо следует отметить вальс с засурдиненными трубами, мало похожий на другие вальсы Шостаковича, а также фрагмент "Петрушка", представляющий собой развеселое соло на гармошке. Отдельным удовольствием было наблюдать за Геннадием Рождественским, который то делал вид, что перестает дирижировать, то начинал пританцовывать, то совершал неожиданный прыжок к микрофону, готовясь объявить следующий номер. В целом, вклад Рождественского в празднование столетия Шостаковича кажется одним из наиболее весомых.
21.11.2006 / ИЛЬЯ ОВЧИННИКОВ Материал опубликован в "Газете" №214 от 22.11.2006г.