Оригинал материала
Кто под "Маской"?
Драма: впервые без Гинкаса
В афишу попали самые громкие премьеры сезона: «Вишневый сад» Эймунтаса Някрошюса (Фонд им. К.С. Станиславского), который объявили событием еще до появления на сцене; «Правда – хорошо, а счастье – лучше» - второй удачный опыт Сергея Женовача в Малом театре; «Двенадцатая ночь» Деклана Доннеллана, открывшая Чеховский фестиваль, и спектакль Нины Чусовой «Мамапапасынсобака», который укрепил положение молодой режиссуры на сцене «Современника». Ну и, конечно, Петр Фоменко («Египетские ночи», «Мастерская П. Фоменко») и Лев Додин («Дядя Ваня», МДТ – Театр Европы, Санкт-Петербург), который, как говорят в Питере, поставил спектакль «гениальный».
Впервые за много лет в афише «Золотой маски» нет спектакля Камы Гинкаса, а его «Сны изгнания» внимания достойны. Для московской публики будет лишь несколько сюрпризов: «Дачники» Омского театра драмы и «Наваждение Катерины» Минусинского молодежного театра (оба – спектакли большой формы). А «Дядю Ваню» Льва Додина москвичи увидят еще до начала «Маски» – в январе спектакль привезут в рамках гастролей МДТ. Нина Чусова выдвинута сразу по двум номинациям – спектакль большой формы «Мамапапасынсобака» и малой – «Вий». По двум номинациям выдвинут и Дмитрий Черняков («Двойное непостоянство» новосибирского театра «Глобус» – как лучшая работа режиссера и лучшая работа художника).
Спектакль «Пленные духи» Владимира Агеева претендует на «Маску» в номинации «спектакль малой формы».
Таким образом, в афише фестиваля есть и те, кто давно заслуживал признания, и те, кого называют «модными» и «культовыми», - Кирилл Серебренников, Нина Чусова, Дмитрий Черняков, Иван Вырыпаев.
Опера: бодался повеса с Зигфридом
В опере бороться за целый букет премий будут два самых громких и единодушно признанных критиками оперных проекта - четырехчастное вагнеровское «Кольцо», наконец поставленное целиком в России усилиями Валерия Гергиева и Георгия Цыпина в Мариинке, и куда менее пафосная, но едва ли не более смелая премьера «Похождений повесы» Стравинского в Большом, где режиссером и сценографом выступил дважды лауреат «Золотой маски» Дмитрий Черняков. В частных оперных номинациях закономерно фигурируют Елена Вознесенская и Виталий Панфилов («Повеса») и Лариса Гоголевская и Михаил Петренко («Кольцо»). Третий фаворит оперного списка - заморская «Чародейка», копродукция Мариинки и Лиссабонской оперы, поставленная знаменитым оперным хулиганом Дэвидом Паунтни, - по значимости вполне сопоставим с очень красивым сценографически и очень крепким музыкально спектаклем Большого «Турандот» в постановке Франчески Замбелло и того же Георгия Цыпина.
До этого момента выбор номинантов кажется бесспорным, но уже с «Турандот» возникает вопрос: почему Александра Ведерникова, по-настоящему удачно дирижировавшего этой оперой Пуччини, нет в числе избранных? Почему и Геннадий Рождественский, осуществивший в России премьеру шедевра Яначека «Средство Макропулоса», сумевший построить ужасный геликоновский оркестр, выпал из поля зрения экспертов? Как-никак крупнейший во всей Европе специалист по Яначеку. И то, что в списке на лучшую женскую роль нет Натальи Загоринской (Эмилия Марти), это прямо-таки конфуз. Странно также, что аккуратная, но скромная премьера оперы Наймана «Человек, который принял свою жену за шляпу» в Маленьком мировом театре показалась экспертам более ярким событием, нежели «Средство Макропулоса». Два спектакля из провинции - новосибирская «Жизнь с идиотом» Шнитке и башкирский «Кахым-Туря» - пока остаются terra incognita, и чем был обусловлен этот выбор, мы, будем надеяться, узнаем на фестивальных показах.
Балет: семь раритетов и три хореографа
Афиша балетов, выдвинутых в номинации «лучший спектакль», впервые изобилует таким количеством восстановленных шедевров. Три из них – Мариинского театра: «Весна священная» Вацлава Нижинского, впервые поставленная в России (не прошло и века), «Свадебка» Брониславы Нижинской и «Этюды» Харальда Ландера. Последний спектакль, по жанру класс-концерт, открывал триумфальные гастроли Opera de Paris в пятидесятые годы. Еще один редкий текст – танцсимфония «Величие мироздания», поставленная Федором Лопуховым в 1923 году. Это произведение, в котором танцевал восемнадцатилетний Баланчин, было настолько революционным, что исчезло из репертуара после первого представления и долгие годы считалось потерянным. Танцсимфонию восстановили в Театре оперы и балета Санкт-Петербургской консерватории. Второй бессюжетный балет – никогда раньше не исполнявшийся в России «Ballett Imperial» Джорджа Баланчина - поставлен в Пермском театре оперы и балета (третий после Мариинки и Большого театр, активно сотрудничающий с американским Фондом Баланчина). «Дон Кихот» Новосибирского театра оперы и балета – работа известного реставратора Сергея Вихарева: у публики есть шанс сравнить этот спектакль с теми, что он видит на других сценах, и найти несколько отличий.
С этими шедеврами, поставленными давно почившими хореографами, придется конкурировать единственному спектаклю с оригинальной хореографией, а именно балету «Светлый ручей» Алексея Ратманского (Большой театр). Единственный в балете, выдвинутый в номинации «лучший хореограф», Алексей Ратманский соревнуется не с Петипа или Нижинским, а с коллегами по цеху, но из раздела «современный танец». Там в номинации "лучшая работа балетмейстера" представлены Татьяна Баганова («Полеты во время чаепития», «Провинциальные танцы», Екатеринбург) и француз Режис Обадья, поставивший в театре "Русский камерный балет "Москва" оригинальную версию «Весны священной» (которую интересно будет сравнить со спектаклем Нижинского). Их спектакли, также выдвинутые в номинации «лучший спектакль современного танца», соревнуются с русско-эстонским «Лебединым озером» (театр «Кинетик», Москва, и Von Krah, Таллин).
Новация: "кислорода" нам только и не хватало
Традиционный конкурс, в который эксперты основных разделов - драмы, оперы, балета - норовят сослать все, что им непонятно. Новаций на сей раз оказалось не так уж много. "Золото нартов" - костюмированное действо театра "Арвайден" с оригинальной музыкой современных композиторов, стилизованными народными танцами и пением. И совершенно этому зрелищу не сомасштабный "Кислород" Ивана Вырыпаева - камерный спектакль, в котором на двоих разложен, по сути, один монолог, исполняемый в стиле рэп. Впрочем, здесь тоже немного танцуют и чуть-чуть поют.
10.12.2003 / Ольга Гердт