47 лет вне Тибета

В 1959 году далай-лама XIV нарушил многовековую традицию. Его святейшество стал первым земным воплощением Ченрезига, Будды сострадания, выехавшим за пределы Тибета. Он покинул родину и укрылся в Индии, когда другого выхода не осталось: оккупировавший страну Китай жестоко подавил народное восстание и начал массовые репрессии. Далай-лама, несмотря на открытое осуждение любых проявлений насилия, возглавил список лиц, подлежавших аресту и уничтожению.

Через 30 лет, в декабре 1989 года, его святейшество получил Нобелевскую премию мира. Специальный корреспондент "Газеты" Василий Гулин посетил столицу тибетцев в изгнании в очередную годовщину вручения далай-ламе награды, присужденной с парадоксальной формулировкой: за ненасильственную борьбу за свободу.

"У нас не было выбора, - говорит Церанг Гьял. - Если бы остались, то в лучшем случае оказались бы в тюрьме. За политическую деятельность нам полагалось лет по десять, не меньше".

Церанг был в Тибете учителем, преподавал математику. Его политическая деятельность по большей части сводилась к встречам с друзьями, строго говоря - кухонным разговорам. К несчастью, кто-то донес властям, начались обычные в таких случаях неприятности: беспричинные увольнения, прослушивание телефонов, слежка. Когда стало понятно, что со дня на день следует ждать ареста, Церанг и его товарищи решили бежать из страны, хотя побег означал многодневный пеший переход через Гималаи.

На девятнадцатый день пути группа беженцев подошла к зоне вечных снегов, государственной границе Китая. Две девушки не выдержали тяжелого пути, были в тяжелом состоянии, их приходилось нести - в этот момент беглецов и настигли пограничники.

"Счастье: они потеряли бдительность, решили, что мы не будем сопротивляться, - вспоминает Церанг. - А нам удалось разоружить солдат и сбежать".

Везение скоро закончилось - группу снова обнаружили. Одна из девушек сказала, что ей надоело быть обузой и лучше она прикроет отход остальных. Вместе с ней на перевале остался ее парень и Церанг: пять часов они отстреливались, не давая китайцам продолжить преследование.

"Думаю, мы бы погибли, у нас кончались патроны, но опять повезло, - рассказывает учитель математики. - В какой-то момент китайцы сказали, что отпустят нас, если мы оставим винтовки. Представляете - оказывается, больше всего на свете они боялись нагоняя от начальства за потерю оружия!"

Китайцы сдержали слово, четыре года назад Церанг благополучно добрался до индийского городка Дхарамсала. На 47 лет раньше здесь поселился далай-лама XIV, основав своеобразную тибетскую колонию. Сейчас в эмиграции живет около 134 тысяч тибетцев, шесть миллионов остаются на территории Китая. По данным правозащитных организаций, с 1949 по 2006 год более миллиона граждан Тибета погибло из-за репрессий.

Курорт колониального масштаба

Дхарамсала - город беженцев. Впрочем, в России о его существовании чаще вспоминают не столько «левые» и правозащитники, сколько представители продвинутой, можно сказать, просветленной общественности. Ударившись в буддизм, они едут в горы, а после с восторгом описывают местную экзотику. К таковой относятся собственно предгорья Гималаев, многочисленные школы астрологии, курсы повышения квалификации для любителей медитаций, школы тантры и кинотеатры, больше напоминающие постсоветские видеосалоны. Говорят, бешеным успехом в них пользуются ленты Тарковского и Бергмана.

В Израиле лучше всего осведомлены о местонахождении резиденции Далай-ламы военные: в армии считается высшим шиком отгулять дембель не где-нибудь, а именно в Северной Индии. Есть все основания полагать, что одна из причин такой славы - «легкие» наркотики. Они, что греха таить, здесь куда более доступны, чем говядина.

Случаются в Дхарамсале и американцы, по большей части кинозвезды: главный голливудский буддист Ричард Гир регулярно навещает своего наставника, заглядывает Стивен Сигал, а прошлым летом Далай-ламу за какой-то надобностью проведала жена Арнольда Шварценеггера Мария Шрайвер.

В путеводителях, помимо прочего, говорится: Дхарамсала - горный курорт, во времена британского правления англичане спасались здесь от изнуряющей индийской жары. Курорт, может, и неплохой, но в наследство от исключительно летнего отдыха эксплуататоров ему досталось полное пренебрежение каким бы то ни было отоплением. Будучи коренными жителями, менеджеры отелей искренне удивляются, когда постояльцы испытывают дискомфорт в пятиградусных апартаментах. Максимум, на что может рассчитывать турист зимой или осенью, - дополнительное одеяло и электрический обогреватель, способный в минуту сжечь пару носков, но никак не протопить помещение.

Тем не менее Дхарамсала - в первую очередь именно город беженцев. Перебравшись из Тибета в Индию, они попадают в так называемый Центр по приему и реабилитации вновь прибывших. Так что не удивляйтесь, когда в Дхарамсале вам не смогут объяснить, как пройти в тот или иной ресторанчик, запутаются в названиях гостиниц. Зато дорогу к Центру покажет любой прохожий.

Монашеская песня свободы

Едва ли не каждый четвертый совершеннолетний обитатель Центра по приему и реабилитации вновь прибывших формально считается уголовником. Если судить по срокам, город населен отпетыми головорезами и записными проходимцами. Например, совсем недавно, в июне, здесь оказалась Рингзин Чокьи, проведшая в китайских тюрьмах 12 лет.

До суда 36-летняя монахиня-буддистка и ее подруги наряду с духовными пела сугубо мирские песни собственного сочинения. В текстах неоднократно упоминался далай-лама, свободный Тибет - магнитофонные записи «поющих монахинь» стали хитом № 1 в подпольных чартах. Не заставило долго себя ждать и государственное признание: женщинам дали по семь лет, обвинив в подрывной деятельности. Потом, учтя отказ от перевоспитания, добавили еще по пять.

Перед входом в новый, временный дом Рингзин расклеены плакаты с просьбой сообщить любые подробности о пропавшем без вести. На фотографии шестилетний мальчик - это последний снимок Чокьи Нима, сделанный десять лет назад. Тогда слухи о родившемся в Китае чудесном ребенке дошли до Индии, и далай-лама признал маленького Чокьи 11-й реинкарнацией панчен-ламы, второго лица в буддистской духовной иерархии. Сразу после этого и ребенок, и его родители бесследно исчезли. Коммунистическая партия Китая утвердила на ответственный пост другого, проверенного мальчика - Гьялцена Норбу. По сей день его не признает ни один уважающий себя буддист, зато новоиспеченного лже-панчен-ламу исправно приглашают на официальные мероприятия в Пекине.

С момента исчезновения Чокьи Нима даже сложилась печальная традиция: журналисты всеми правдами и неправдами добиваются встречи с государственным оракулом Тибета, после чего задают ему один и тот же вопрос: какова судьба настоящего панчен-ламы? Нынешний визит представителя прессы не стал исключением во всех смыслах: оракул в очередной раз сказал, что мальчик скорее всего жив, находится под охраной, но ничего более определенного он сказать не может, даже будучи профессиональным провидцем.

Красота протеста

В Дхарамсале пятый год проходит конкурс красоты. Его идейный вдохновитель Лобсанг Вангьял человек молодой, можно сказать, продвинутый, в свободное от организации дефиле время - фотожурналист. Будучи профессионалом в области масс-медиа, Лобсанг рассуждал просто: чтобы привлечь внимание мировой общественности к проблеме Тибета хороши все средства, и если рок-группа U2 прославила абстрактную «Мисс Сараево», то почему бы не явить миру вполне реальную «Мисс Тибет»?

Народ пока не понимает всей важности моего мероприятия, - сокрушается Лобсанг. - В самом начале вообще всего одна участница была, хотя это объяснимо: не «Мисс Америка» все-таки. Да и приз небольшой - я всего две тысячи долларов наскрести могу, конкурсантки приезжают за свой счет и выступают в своей одежде. Но с другой стороны - резонанс. Прошлым летом мне удалось отправить победительницу в Малайзию, на «Мисс туризм». Так Китай устроил скандал, требовал либо снять девушку с конкурса, либо заставить ее выступать под титулом «Мисс Тибет - Китай». Хорошо ведь - все крупнейшие газеты мира об этом написали, и неважно, что в конце концов пришлось отказаться от участия, главная цель была достигнута, о Тибете снова заговорили".

В этом году на звание первой красавицы Тибета претендовало рекордное количество участниц - пять человек. Большинство присутствовавших склонялось к мысли, что корона достанется 20-летней Меток Лханзей, студентке, перебравшейся из Лхасы в Дели. Меток была, безусловно, идеологически верной прелестницей: она провела год в тюрьме, когда попыталась вернуться в Китай и навестить родителей. Но все же «Мисс Тибет - 2006» стала Тсеринг Чунгтак. Лобсанг Вангьял, как организатор конкурса, выбором судей остался доволен. Он считает, что тем самым они лишь подтвердили свою беспристрастность: положа руку на сердце, ранее не судимая Тсеринг действительно была самой симпатичной.

Печаль Его Святейшества

Тибетцы очень религиозны и крайне настороженно относятся к новым поветриям. Кое-как смирившись с телевидением и сотовой связью, они всерьез заволновались, узнав, что их соотечественницы разгуливают в купальниках. Даже аргументы в виде общественно-политического значения и борьбы за свободу родины показались им не слишком убедительными. Отчаявшись найти компромисс, противники и сторонники состязания обратились в высшую инстанцию, к далай-ламе. Но он лишь рассмеялся, когда кто-то поинтересовался оценкой женских прелестей с точки зрения буддизма.

- Если так хочется - пусть проводят конкурсы, - с хохотом ответил "океан мудрости". - Только почему исключительно «Мисс Тибет»? Надо еще и «Мистера Тибет» выбирать, чтобы мужчины не обижались.

Во время аудиенции я поинтересовался у далай-ламы, существует ли, по его мнению, угроза обострения отношений с Китаем? Нет ли, спросил я, опасности перехода борьбы за свободу Тибета в более радикальные формы? Услышав вопрос, Его Святейшество нахмурился.

- Я всегда выступал за мирное решение, и то, о чем вы говорите, - моя печаль, мое беспокойство, - ответил воплощение Ченрезига, Будды сострадания.

Далай-лама сказал мне, что всегда придерживался политики, которую он сам называет "политикой серединного пути". Она не подразумевает ни насилия, ни сепаратизма. Серединный путь вообще исключает требования полной независимости, Тибет вполне может оставаться автономией в составе КНР, существовать в рамках ее конституции. Именно такого разрешения противоречий ищет Его Святейшество, но не видит никаких признаков прогресса, никакого поступательного движения с китайской стороны.

Далай-ламе докладывали его доверенные лица в Китае: гонения на тибетцев в последнее время лишь усилились, их насильно переселяют в другие регионы, с удвоенной энергией сажают в тюрьмы, руководствуясь политическими мотивами.

- В такой ситуации логично предположить, что разочарование тибетцев как внутри страны, так и за ее пределами, начинает возрастать, - рассуждает далай-лама. - Именно поэтому высказываются некоторые критические замечания в мой адрес, в адрес "политики серединного пути. Да, к моему величайшему сожалению, разочарование растет, и есть реальные признаки, говорящие о его росте.

Страдания Лхакпи

- Да, наша организация, Тибетский молодежный конгресс, готова к более решительным действиям в будущем. Мы не приемлем автономии, мы выступаем за полную независимость, - прямо заявляет Лхакпа Тсеринг, руководитель отделения ТМК в Бангалоре. Правда, по случаю обширных ожогов второй степени он вынужден произносить свою пламенную речь, находясь в палате интенсивной терапии госпиталя в Мумбае.

23 ноября, когда в Мумбай приехал председатель КНР Ху Цзиньтао, Лхакпа Тсеринг встречал его у гостиницы Тадж. Соратники Тсеринга сопровождали лидера сопредельного государства на протяжении всего официального визита в Индию. В каждом городе товарища Ху ждали пикеты с запрещенными в Китае флагами оккупированной страны и транспарантами «Свободный Тибет». Отличие мумбайской акции состояло лишь в том, что Тсеринг улучил момент, облил себя керосином и поджег. К счастью, полиция быстро потушила будущего доктора политологии - это позволило предъявить ему обвинение в нарушении общественного порядка и отпустить на лечение под залог.

- Да, я признаю: мое деяние подпадает под 309 статью уголовного кодекса, - чеканит Лхакпа. - И я хочу еще раз подчеркнуть: мы, народ Тибета, благодарны правительству Индии за предоставленное убежище. Но надо понимать - многие годы мировое сообщество остается глухим к нашим проблемам, нет никаких позитивных изменений. Пресса или игнорирует Тибет, или не рассказывает всей правды. Да, я совершил проступок, но совершил его осознанно, и мои страдания - ничто по сравнению со страданиями моей родины, которую я покинул девятилетним ребенком.

Крестовый поход детей

17 мая 1960 года индийскую границу пересекли 55 детей, они едва держались на ногах от голода и усталости, проведя в пути 34 дня. Это были первые жители так называемой Тибетской детской деревни под Дхарамсалой - интерната, который основала Тсеринг Долма, старшая сестра Его Святейшества, когда отчаявшиеся родители стали отправлять через горы самых маленьких.

Поначалу взрослые надеялись, что оккупация скоро закончится, удастся сохранить хозяйство, а дети тем временем получат образование. (По сей день уровень грамотности в Тибете едва достигает 25% против 95% среди тибетцев в изгнании.) Потом начали отдавать проводникам последние деньги, не веря в перемены к лучшему.

Именно так в 1992 году в Дхарамсале появился Лхакпа Тсеринг. Нынешний директор интерната Цэванг Еше очень расстроился, когда услышал о поступке своего выпускника. Каждый день ребята изучают буддизм, усердно молятся, и Лхакпа не мог не знать, что попытка самоубийства - очень плохая карма, она может повторяться в следующих жизнях.

Конечно, можно во всем винить современную цивилизацию, телевидение с засильем жестокости, но даже после столь печального инцидента учебный план детских деревень пересматривать не будут. Он остается неизменным почти полвека: в семь утра и в половину девятого, перед отбоем, - молитва. Остальное время - исключительно светские предметы и игры, наставники-монахи не отказываются от партии в бадминтон или баскетбола со своими подопечными.

Воспитанникам детской деревни преподают даже основы программирования. Тут очень выручают волонтеры, например хакеры из клана «Культ мертвой коровы». Они безвозмездно наладили в Дхарамсале беспроводный интернет, теперь осталось решить последнюю проблему: отучить обезьян воровать ретрансляторы. Решение пока не найдено, но приматы дали людям передышку - с наступлением холодов они спустились на теплые равнины.

Исход

30 сентября 2006 года датский альпинист Пьер Мене проснулся от звука выстрелов. Мене собирался взойти на гору Чо-ойу, восьмитысячник, находящийся на самой границе Китая, но от планов пришлось отказаться - спортсмен слег с «горной болезнью». Выйдя из палатки, он увидел в пятидесяти метрах вереницу людей, по которым с соседней скалы стреляли солдаты.

Лишь вернувшись в Данию, просмотрев собственную любительскую видеозапись, Пьер Мене до конца осознал, что был свидетелем расстрела беженцев. Из газет месячной давности он узнал: правительство Тибета в изгнании заявило о гибели двух девочек, которым было 14 и 17 лет, и о том, что еще 20 детей, направлявшихся в Индию, были арестованы. Вскоре последовала реакция официального Пекина, сообщившего об отражении бойцами народно-освободительной армии нападения нарушителей.

Пьер Мене каждый день дает интервью, заявляет, что он полон решимости добиться справедливости. А выжившие дети просто ушли, скрылись за перевалом Нангпа-Ла, поднявшись почти на 6 тысяч метров над уровнем моря. Из 77 человек лишь 55 достигли Индии, они присоединятся к 14 тысячам воспитанникам Детских деревень. Совсем скоро сбудется их мечта: в гости придет Далай-лама XIV, земное воплощение Ченрезига, Будды Сострадания.

14.12.2006 / ВАСИЛИЙ ГУЛИН Материал опубликован в "Газете" №231 от 15.12.2006г.