На Европу надежды нет

Согласно Энергетической стратегии до 2030 года, которая сегодня будет рассмотрена на заседании правительства, экспорт российского газа в Европу до 2030 года будет увеличен не на 80 млрд кубометров, а на вдвое меньший объем. Это фактически означает, что правительство потеряло надежду увеличить поставки газа в страны Старого Света за счет новых газопроводов Nord Stream и South Stream, совокупная проектная мощность которых должна составить 86 млрд кубометров.

"Экспорт газа в 2030 году составит 349—368 млрд кубометров в год. Западное направление в объемах снижаться не будет, произойдет небольшой рост (в 2008 году в Европу "Газпром" экспортировал 158,4 млрд кубометров газа. — "Газета"). Прежними останутся объемы экспорта в страны СНГ, — сообщил источник в правительстве. — Рынок в Европе, который есть, мы удержим".

Тем не менее добыча газа к этому времени увеличится до 880—940 млрд кубометров ( 664 млрд кубометров в 2008 году).

Куда пойдет прибавка? Разработчики стратегии делают ставку на восточное направление, прежде всего Китай, доля которого в общем экспорте газа вырастет к 2030 году с 0 до 20%. Вырастет и доля экспорта нефти в этом направлении — с 6 до 25%.

Как уточнили корреспонденту "Газеты" в Минэнерго, на первом этапе стратегии экспорт газа в западном направлении планируется практически в том же объеме, что и в 2008 году. А к 2030 году — на уровне 200 млрд кубометров, откуда и следует, что новые объемы составят лишь около 40 млрд кубометров.

В ноябре 2008 года зампред правления "Газпрома" Александр Медведев, выступая на ежегодном форуме "Газ России — 2008", заявлял, что в 2020 году потребность только в новом трубопроводном газе из России в Европу будет составлять от 65 млрд до 105 млрд кубометров, и без Nord Stream и South Stream Европа этих объемов не получит.

Расходится Энергостратегия и с Генеральной схемой развития газовой отрасли до 2030 года. Согласно генсхеме, в 2020 году экспорт сетевого газа из России в европейские страны составит 219— 227 млрд кубометров, почти столько же к 2030 году. Потребность в новом сетевом газе для дальнего зарубежья Европы проект Генеральной схемы развития газовой отрасли оценивает на 2020 год от 65 млрд до 73 млрд кубометров.

Впрочем, и удержать долю на европейском рынке газа будет нелегко. По прогнозу инвесткомпании " Тройка Диалог", доля "Газпрома" в поставках газа в Европу будет сокращаться. В 1995 году она составляла 50,7%, 2008-м — уже 34,8%, а в 2009-м и 2010-м может уменьшиться соответственно до 32,6 и 31,6%.

Европейцы против экспансии "Газпрома" в Старом Свете. Расширению бизнеса российской монополии может помешать одобренный Еврокомиссией план действий ЕС по энергетической безопасности и солидарности. Согласно плану выбросы углекислого газа к 2020 году должны снизиться на 20%, на столько же должен снизиться удельный спрос на энергоресурсы и на столько же — увеличиться доля возобновляемых источников энергии в общем топливном балансе. Если так, то Европе не потребуется дополнительных объемов импортного газа, в том числе и из России, а весь импорт газа в Евросоюз должен упасть на 14 млрд кубометров к 2020 году (при цене нефти $100 за баррель). При цене на нефть $61 за баррель потребности в новом газе вырастут на 39 млрд кубометров.

Кроме того, усилия европейцев направлены на диверсификацию поставок. В частности, за счет газопровода Nabucco, который пойдет из Каспийского региона через Турцию в Европу в обход России.

Целевые показатели энергостратегии-2030

Добыча нефти к 2030 году — 530— 535 млн тонн ( на 6,6% меньше, чем в первоначальном варианте). Добыча газа — 880— 940 млрд кубометров ( на 4% больше, чем в первоначальном варианте). Производство нефтепродуктов — 275— 311 млн тонн.

Экспорт нефти и нефтепродуктов — 329 млн тонн.

Экспорт газа — 349— 368 млрд кубометров ( 353— 380 млрд кубометров ранее). Производство электроэнергии к 2030 году — 1,8— 2,2 трлн кВт.

Мощность российских электростанций — 355— 445 ГВт ( 225 ГВт сейчас). Рост КПД газовых и угольных электростанций — в 1,4 раза.

Рост КПД атомных станций — на 15%.

Суммарные инвестиции в ТЭК до 2030 года — 60 трлн рублей.

Доля биржевой торговли энергоресурсами — 15— 20% объемов внутреннего рынка. Рост доли нетопливной энергетики в общем потреблении энергоресурсов в России к 2030 году — с 10 до 14%.

Этапы стратегии:

Первый этап: 2013— 2015 годы — преодоление кризисных явлений в энергетике, создание условий для роста.

Второй этап: 2015— 2022 годы — общее повышение энергоэффективности на основе инновационного развития ТЭКа.

Третий этап: 2022— 2030 годы — эффективное использование энергоресурсов и создание задела для перехода к нетопливной энергетике.

Верите ли вы в 20-летнее планирование?

Александр Шохин / президент Российского союза промышленников и предпринимателей, доктор экономических наук

Я немало сил приложил к тому, чтобы в молодости заниматься 20-летними прогнозами. Поэтому когда-то, видимо, верил. А вот что касается нынешней ситуации, то, безусловно, 20-летнее планирование не может быть планированием как таковым. Скорее можно говорить о прогнозировании и технологическом форсайте. Причем ясно, что по мере приближения к тем или иным целям необходимо корректировать как сами прогнозные показатели, так и механизмы их достижения. Без механизмов достижения цели и постоянной корректировки целевых ориентиров планирование вряд ли способно реализоваться.

Никита Белых / губернатор Кировской области

Смотря что понимать под планированием, какова будет степень проработки. Очевидно, что планирование каких-то стратегических векторов развития национальной, региональной или вообще мировой экономики возможно ( определение перспективных отраслей, потенциальных точек роста и так далее). А вот говорить о конкретных показателях состояния той или иной отрасли, конечно, нельзя.

Дмитрий Сорокин / первый замдиректора Института экономики РАН, член-корреспондент РАН, доктор экономических наук

Поскольку я работаю в науке, то, видимо, поэтому не могу верить в Бога. Потому что наука исходит из категорий " знаю " или " не знаю " , а " верю " или " не верю" — категории не научные. Так что я бы отвечал скорее на вопрос, знаю ли я методы 20-летнего планирования в экономике и насколько эти методы надежны.

А здесь, конечно, существуют различные методики. Причем, с одной стороны, я склоняюсь к мысли, которую высказал еще великий экономист XX века Джон Мейнард Кейнс, что в долгосрочных прогнозах надежно только одно: что все мы ко- гда нибудь умрем. С другой стороны, несмотря на то, что по итогам 20-летия всегда оказывается, что прогноз и реальность расходятся достаточно далеко ( гораздо больше, чем среднестатистическая ошибка), все это не значит, что от прогнозов нужно отказываться. Потому что прогнозы — это одна из необходимых составных частей макроэкономического регулирования, и не случайно, что дальше на их основе составляются долгосрочные программы развития. А потом проходит обычно четыре пять лет, после чего уточняется и пролонгируется как прогноз, так и соответствующие программы.

Тогда как рассматривать прогноз с той точки зрения, что все будет именно так или не так, бессмысленно: он не для этого служит.

Иван Грачев / зампред комитета Госдумы по энергетике (фракция "Справедливая Россия: Родина / Пенсионеры / Жизнь")

В России на данный момент, безусловно, нет. А в целом я думаю, что стратегическое планирование на 20 лет вполне возможно. Потому что открытия бывают в среднем раз в 30 лет, и принципиально экономика меняется только с ними. А вот что касается открытия чего-либо очередного вроде атомной энергии — всегда можно довольно успешно планировать.

Валерий Фадеев / председатель комиссии Общественной палаты по экономическому развитию и поддержке предпринимательства

Подобный горизонт даже не планирования, а прогнозирования широко известен и используется не только государствами, но и большими частными компаниями, например автомобильными. Эти компании зачастую вообще заказывают работы футурологического характера, из которых можно было бы представить хотя бы примерно, сценарно, как будет выглядеть мир через десятилетия, каков будет образ жизни, уровень доходов, о чем люди будут думать и какие у них будут предпочтения. Все это нужно, чтобы пытаться выстраивать свою долгосрочную деятельность по производству автомобилей. Так что здесь нет ничего удивительного, и хотя ясно, что угадать все невозможно, но по крайней мере обдумывать вероятные сценарии развития просто необходимо. Важна не точность, а то, какие соображения приходят в голову в связи с рассуждениями о будущем, какие факторы нужно учитывать. Подобные глубокие размышления могут помочь принимать решения с гораздо меньшим горизонтом.

Алексей Ведев / гендиректор аналитической лаборатории "Веди", директор Центра стратегических исследований Банка Москвы

Верю и считаю это планирование обязательным. Ведь если прогнозировать на 20 лет вперед какие-то номинальные, реальные показатели и обменный курс довольно бессмысленно, то структурные изменения в экономике быстро не делаются и быстро не происходят. Все это надо заранее планировать, а потому, конечно же, какой-то индикативный план с точки зрения экономической структуры должен присутствовать.