строго по очереди

С большими трудностями ежедневно сталкиваются столичные адвокаты у стен следственного изолятора "Лефортово" столичные адвокаты. Чтобы попасть к своим подзащитным, они вынуждены занимать очередь на проход в СИЗО иногда за двое суток. Возникшая ситуация объясняется отсутствием достаточного количества следственных кабинетов: их всего девять. Причем половину из них, как правило, используют следователи.

У "Лефортово" все равны – и адвокаты обычных контрабандистов, и защитники известных сидельцев, таких как замминистра финансов Сергей Сторчак и экс-сенатор Левон Чахмахчян. "Для нас никаких скидок нет, – говорит Марина Никольская, защитница Сергея Сторчака. – За сутки до посещения я начинаю обзванивать своих коллег, чтобы они внесли меня в список. Если запишусь пораньше, то попаду. Если буду 12-й или 13-й, могу не пройти". Список – изобретение самих адвокатов, хоть какое-то подобие порядка. Они сами его и составляют, и ведут.

"Найти список довольно просто, обычно он лежит на приборной панели одной из машин, припаркованной поблизости, в которой дежурит кто-то из адвокатов или их помощников", – говорит Владимир Левин, известный своим участием в процессе по делу генерала МЧС Владимира Ганеева. Около 9 часов утра адвокаты устраивают своеобразную перекличку и, выяснив, кто на месте, сдают свои удостоверения в КПП СИЗО.

Еще год назад попасть в следственный изолятор можно было, заняв очередь в 5 или 6 утра. "Когда я защищал Игоря Губкина (активист "Реввоенсовета", обвинявшийся в подготовке ряда терактов. – "Газета"), я поступал так: посылал к СИЗО его родственников, которые и занимали очередь, – рассказал корреспонденту "Газеты" Дмитрий Аграновский. – Теперь это уже не срабатывает, и лучше записываться накануне". "Когда я два раза подряд не смогла попасть к своему клиенту, то направила письмо начальнику изолятора Репкину с просьбой вмешаться в ситуацию, – сообщила адвокат Татьяна Акимцева. – Однако он ответил, что в изоляторе созданы все условия для нормальной работы адвокатов". Защитники с этим категорически не согласны. Условий для ожидания – никаких. "Нам приходится ждать в маленькой комнате на проходной, там же, куда родственники арестованных приносят передачи, которые нужно сначала расфасовать и взвесить", – добавила защитница. "Фактически для встречи с обвиняемыми у нас лишь три с половиной дня в неделю, – заметил адвокат Александр Садуков, защищающий одного из фигурантов уголовного дела Левона Чахмахчяна. – В четверг приема нет: это банный день, а в пятницу – короткий день". И хотя процесс по делу Чахмахчяна проходит на территории СИЗО, для того чтобы встретиться со своим клиентом вне рамок судебного разбирательства, адвокатам приходится вставать в общую очередь.

Отметим, что в "Лефортово", бывшем изоляторе КГБ – ФСБ, если сравнивать с другими СИЗО, сидельцев совсем немного, около 100 человек.

"Это не "Бутырка" и не "Матроска", где целый город, – говорят адвокаты. – Там сидят по 2,5 тысячи человек в каждом. Даже в специзолятор 99/1, известный не менее знаменитыми арестантами, такими как участники ГКЧП, Михаил Ходорковский и другие, попасть можно всего часа за три. Такого, как в "Лефортово", нет ни в одном другом российском СИЗО".

Почему в "Лефортово" не могут организовать нормальную работу адвокатов, понять никто не может. "Откуда взялись очереди? Наверное, из отношения руководства СИЗО к адвокатам как к не совсем нужному, на их взгляд, звену правосудия", – размышляют защитники.

Между тем по российским законам гражданин имеет право на встречу с адвокатом в любое время и без ограничения. Беспрепятственный доступ к юридической помощи гарантируют и нормы международного законодательства, а именно статья 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

По словам президента Адвокатской палаты Москвы Генри Резника, аналогичная проблема нехватки следственных кабинетов существовала примерно два года назад в "Бутырке", но ее удалось решить. "Там было достаточное количество кабинетов, однако большая их часть резервировалась для следователей вне зависимости от того, был ли от следователя запрос на выделение кабинета или нет, – рассказал он. – Я написал письмо начальнику ФСИН по Москве о том, что такая ситуация нарушает равноправие сторон. Понятно, что для следователей должны существовать определенные льготы, ведь они ограничены сроком следствия, однако перекос должен быть разумным. В итоге нам пошли навстречу".

В российском ФСИН, в ведении которого ныне находятся в "Лефортово", рады бы помочь, да не могут. Дело в том, что изолятору уже более 100 лет. "Чтобы там появились новые следственные кабинеты, СИЗО нужно либо реконструировать, либо строить новое здание, для чего необходимы значительные средства", – заявил корреспонденту "Газеты" представитель ведомства. Даже если деньги найдутся уже сегодня, понятно, что на стройку уйдет не один день. Так что адвокатам придется пока постоять. Пока же во ФСИН делают то, что могут. "Мы даже построили неподалеку от СИЗО беседку, где адвокаты могут укрыться от дождя", – отметили в ведомстве.