Внуки выиграли у детей

Завершился фестиваль "Посвящается Мстиславу Ростроповичу" Международный фестиваль памяти Мстислава Ростроповича состоялся по инициативе виолончелиста Бориса Андрианова и Московской филармонии. В течение недели в московских залах выступали лучшие российские и зарубежные виолончелисты. Форум завершился грандиозным вечером, где звучали по преимуществу премьеры сочинений для различных виолончельных ансамблей.

Фестивалю "Посвящается Мстиславу Ростроповичу" повезло. Он состоялся в удачное время, став пиком виолончельного праздника, стихийно сложившегося в Москве в эти месяцы. Недавно чествовали Святослава Кнушевицкого, памяти которого были посвящены две программы. Чуть раньше состоялись творческий вечер Валентина Берлинского и незабываемый сольный концерт Кристины Блаумане. В струю попал и нынешний фестиваль с Джованни Соллима и "Двенадцатью виолончелистами Берлинской филармонии" с его финальными премьерами. Триумф виолончели продолжается, в ближайшее время ожидаются концерты лучших российских виолончелистов - Александра Князева и Александра Рудина. А накануне годовщины смерти Ростроповича программу его памяти представит Иван Монигетти, еще один замечательный мастер. Имя Монигетти вспоминалось во время финального концерта фестиваля - в связи с его словами, сказанными в недавнем интервью корреспонденту "Газеты".

"В любую эпоху исполнительство двигала вперед новая музыка. Если вспомнить конкурс Чайковского 1962 года, за пять лет до того возник Первый виолончельный концерт Шостаковича, а за 10 - Симфония-концерт Прокофьева: сочинения, перевернувшие представления о виолончели. Это было время открытий: концерт Лютославского, концерт Бориса Чайковского. Происходило революционное преобразование виолончельного мира, Ростропович задал невероятное ускорение. Оно продолжается до сих пор, но на базе репертуара, который уже стал классическим. А новый репертуар, который двигал бы дальше наше искусство, не появился. Если же и появился, то речь идет о работах "детей" Шостаковича. Должно было бы уже настать время его "внуков" и "правнуков"; увы, я их не вижу", - убежден маэстро. Правоту этих слов подтвердил концерт-закрытие, основу которого составили сочинения Кшиштофа Пендерецкого и Родиона Щедрина - композиторов поколения "детей" Шостаковича.

Центром программы стала московская премьера Concerto grosso Пендерецкого для трех виолончелей с оркестром, выдержавшего за несколько лет десятки исполнений по всему миру. За пульт оркестра филармонии стал автор, солировали Татьяна Васильева, Давид Герингас и Борис Андрианов, давно мечтавший исполнить это сочинение в Москве. Для финала виолончельного фестиваля, вероятно, лучшего номера не придумаешь: композитор щедро выписал монологи для всех троих, игравших один лучше другого. Однако получасовое полотно с участием огромного оркестра, "убедительное, как цитата", оставило значительную часть публики в недоумении. Произведение казалось будто составленным из различных блоков, следующих друг за другом без явной логики: развернутые соло виолончелей, типично малеровские траурные шествия, взволнованные переклички трех солистов и пафосные адажио, над которыми незримо витала тень Шостаковича.

Послевкусие от сочинения Пендерецкого исчезло, когда пятеро виолончелистов с Андриановым во главе сыграли переложение хрестоматийного Andante cantabile Чайковского. Заигранная до дыр пьеса наглядно показала разницу между музыкой, сконструированной "живым классиком", и той, что написана по вдохновению. Виолончельный праздник продолжила и Бразильская бахиана № 1 Вила-Лобоса для восьми виолончелей: атмосфера исполнения этих номеров была фестивальной в лучшем смысле слова, когда удовольствие музыкантов передается и залу. За первым пультом сидел Давид Герингас - ученик Ростроповича и, в свою очередь, учитель Бориса Андрианова. И игра молодых виолончелистов, "внуков" Ростроповича, оказалась куда убедительнее музыки, которую представили в этот вечер Кшиштоф Пендерецкий и Родион Щедрин.

Не менее половины посвященной Ростроповичу программы заняли сочинения Щедрина. Все три были связаны с именем великого виолончелиста, но никак не обладали выдающимися достоинствами, какие есть, например, у концертной притчи Parabola concertante - еще одного посвящения Щедрина Ростроповичу. Оркестровая пьеса "Slava, Slava" удивила бедностью оттенков - ни одного, кроме "умеренно" или "очень громко". "Гамлет-баллада" для тысячи виолончелистов (в этот вечер их было в несколько раз меньше) произвела впечатление некоего ярмарочного фокуса, а финальную "На посошок" почти не было слышно за гулом микрофонов и шепотом телеоператоров. Тем не менее виолончельный праздник состоялся - первый, но, хочется надеяться, не последний.

02.03.2008 / ИЛЬЯ ОВЧИННИКОВ Материал опубликован в "Газете" №38 от 03.03.2008г.