Перспективы частных вкладчиков печальны: Деньги, пропавшие в лопнувших банках, уже не спасти

– Павел Алексеевич, насколько, на ваш взгляд, оправдана позиция ЦБ в отношении этой четверки? Каковы возможные последствия данного решения?

– Разумеется, если банк не выполняет своих обязательств – в отношении ли кредиторов, в отношении ли вкладчиков, – его надо лишать лицензии. Так написано в учебниках. На этом настаивают представители МВФ и Всемирного банка. Но лично меня беспокоит вот какой вопрос: а что дальше? Ведь пока у банка есть право на проведение операций и хоть какие-то финансовые ресурсы, пусть даже на частичное выполнение своих обязательств, он в любом случае более привлекателен, по крайней мере, для вкладчиков. У них сохраняется шанс получить свои деньги. После отзыва лицензии, как показывает практика, эти шансы стремительно тают и в конце концов приравниваются к нулю.

– Под практикой вы подразумеваете процедуру банкротства «Инкомбанка»?

– Безусловно, и ее тоже. С банкротством «Инкомбанка» настолько затянули, что этому невозможно найти никаких разумных объяснений. Вкладчики ждут у моря погоды, их деньги съедает инфляция...

– Есть версия, что в деле «Инкомбанка» существенную роль играют кредиторы, которым более по сердцу было бы не банкротство, а мировое соглашение...

– С юридической точки зрения никакое мировое соглашение невозможно. Можно было бы тогда, когда банк попал в трудное положение, между собой договориться и помочь ему. Это и было бы неформальным соглашением. Но ведь они этого не сделали! Теперь остается только банкротство. Но проблема в том, что никто не может сказать, когда этот процесс завершится. Я, честно говоря, готовлюсь к разговору с председателем Высшего арбитражного суда по поводу странных явлений в работе судов. С моей точки зрения, такие затяжки во времени при рассмотрении дел о банкротстве кредитных организаций совершенно не оправданы.

– Но они допустимы с точки зрения действующего законодательства. Позволительно ли сделать вывод, что на существующем правовом поле практически нет места интересам частных вкладчиков?

– В рамках действующего законодательства перспективы граждан печальны. Нет никакого гарантирования вкладов. Если банк закачался, то спасти его могут только собственники. А такое желание крайне редко встречается. Но у нас появляются наконец два новых закона – о реструктуризации банков и о гарантировании вкладов. Рая на земле и с ними, конечно, не наступит. Но появляется некоторая надежда. Под закон о реструктуризации попадают те банки, которые наиболее активны на рынке частных вкладов – имеют либо один процент вкладов в масштабах России, либо двадцать в регионе. Если АРКО удастся такой банк реструктурировать, то вкладчики все получат сполна. Прошел первое чтение в Думе закон о гарантиях вкладов. Мы, собственно, уже подготовили текст ко второму чтению. Но возникла большая неразбериха в связи с правительственным пакетом. Так что этот законопроект перешел на осень.

– Когда, вы полагаете, он имеет шанс вступить в силу?

– Мы надеемся, что с 1 января 2000 года, а собственно гарантирование начнется с середины года. Дело в том, что сам закон предусматривает полгода на подготовку.

– Но его действие распространится только на вклады, сделанные после его вступления в силу?

– На деньги граждан, которые лежат в банках сейчас, действие закона тоже может быть распространено. Если вклад будет переоформлен. Но это можно будет сделать только в платежеспособном банке. Иного Центробанк не допустит. Закон предполагает вступление банков в Корпорацию по гарантированию вкладов. А в эту Корпорацию ЦБ примет только платежеспособные банки. Те же кредитные организации, которые не будут туда допущены, потеряют право работать с частными вкладчиками.

– Лишение права на эту деятельность сильно осложнит жизнь любого банка, работающего с частными вкладами. А других у нас, по-моему, крайне мало...

– Да, это болезненная процедура. Но не мы ее изобрели. И сейчас Центральный банк наказывает банки тем, что лишает их права привлекать вклады граждан. Банки страдают, но совсем не обязательно умирают. Пытаются как-то исправить ситуацию, пишут в ЦБ письма с просьбой вернуть право на работу с вкладами. Центробанк возвращает.

– Но сейчас сведения о карательных мерах ЦБ не публикуются. Закон же о гарантировании сделает процедуру принятия-непринятия в Корпорацию публичной. Вкладчики поймут, что такое Корпорация, за что в нее не принимают. И наверняка кинутся в отвергнутые банки срочно забирать свои деньги. Насколько, по-вашему, велика вероятность очередного обвала в банковском бизнесе?

– Вероятность велика. Но у людей новых трагедий не возникнет. Для тех, кто до 1 января не сумеет извлечь свои деньги, будут продолжаться старые.

– Нынче, насколько я понимаю, вкладчики могут рассчитывать только на то, что «их» банк попадет в поле зрения АРКО, как это случилось с «Российским кредитом»?

– Да, «Российский кредит» сейчас расплачивается деньгами из уставного капитала АРКО. Но вкладчики других банков могут еще надеяться на собственников. Дело в том, что Центробанк сейчас как бы шантажирует собственников, он говорит: ликвидируем твой банк, если сам не поможешь его спасти. Некоторое время после 17 августа многие думали, что это пустые угрозы. Но у ЦБ просто руки до всего не доходили. Теперь, когда все больше банков уходит под крыло АРКО, ЦБ, я думаю, сумеет доказать, что это не просто слова.

– А какова позиция ЦБ в отношении к закону о гарантировании вкладов? Известно, что он долгое время препятствовал его прохождению...

– Сейчас поддерживает. Как и кабинет министров. Ведь Центробанк и правительство потеряли в результате перевода вкладов в Сбербанк 8 миллиардов рублей. И это притом что гражданам возвращена только треть всех денег. А закон о гарантировании оценивает вклад правительства и ЦБ лишь в два миллиарда, притом что гарантирует возврат 90 процентов средств.