Чужестранная пустыня

В прокат выходит фильм Андрея Звягинцева "Изгнание" На российских экранах с четверга появится "Изгнание" Звягинцева - фильм, купленный для показа более чем в 30 странах. Это вторая картина Звягинцева, а мировую славу сравнительно молодому режиссеру создал его дебют "Возвращение". Той cнятой на лоне северной природы истории недопонимания между долго отсутствовавшим отцом и сыновьями-подростками устроили стоячую овацию на Венецианском фестивале 2003 года, вручив двух "Золотых львов". "Изгнание" в Каннах-2007 приняли более сдержанно, хотя и отметили призом за лучшую мужскую роль актера Константина Лавроненко.

Ирония судьбы: Лавроненко, единственный российский актер - каннский лауреат, красуется на афишах по всему миру, а на родине известен мало. Так же и в случае Андрея Звягинцева: одного из немногих российских современных режиссеров, известных на Западе, отечественная кинообщественность упорно не принимает за своего.

Режиссер-самородок, конечно, сам виноват: держится особняком, фильмы делает какие-то нездешние. Хоть и на русском языке, а к нашей почве и традициям не привязанные, чисто выверенные, красоты неземной, да еще и с библейскими аллегориями.

"Изгнание" в этом смысле еще больше не похоже на Россию, чем "Возвращение". В фильме нет конкретных примет места или времени действия, а люди лишены каких-то определенных, во всяком случае законных, занятий. Но есть железно-каменные (и почти безлюдные) городские джунгли и уединенный сельский дом среди холмов и полей. Обычная семья - муж, жена, двое детей - едут провести несколько дней за городом. Внешне все выглядит как идиллия, но спокойствие это лишь кажущееся. Между супругами определенно пробежала черная кошка. Однако свои душевные муки оба поначалу предпочитают держать в себе и силятся разыгрывать перед детьми и соседями счастливое семейство.

Зритель едва ли не первым из посторонних узнает, в чем причина: жена изменила мужу. Ну или ей так показалось. Как бы там ни было, но мужчина этого вынести не смог, вызвал на подмогу брата и совершил нечто, о чем позже горько пожалел.

"Изгнание", конечно, не детектив, и можно не молчать о том, кто кого убил и почему, чтобы не раскрывать интригу. Но раз уж лента на два с половиной часа и без того не богата сюжетными поворотами, не станем перечислять их все. Стоит лишь отметить, что в повести писателя Уильяма Сарояна, по мотивам которой написан сценарий, супружеская измена выглядела более тривиально и не была отягощена философско-религиозными теориями. А в фильме Звягинцева в голове героини роятся такие парадоксальные и недоступные пониманию мысли, что диву даешься. К счастью, роль жены исполнила не российская, а шведская актриса Мария Бонневи: к странностям чужеземной красавицы относишься поневоле мягче.

Что касается мужчин в исполнении Константина Лавроненко (муж) и Александра Балуева (его брат), то хотя причиной их поступков и служат непостижимые странности женского характера, ведут себя мужики в предлагаемых условиях не в пример более объяснимо. Если, что называется, припрет, будут и головой о крыльцо биться, и в драку полезут.

Впрочем, какими бы эмоциональными ни были подобные всплески, над внутренним содержанием в "Изгнании" полностью торжествует форма. Артист Лавроненко может сколько угодно лепить характер своего героя, но то, как эффектно смотрится его смятение чувств и белая рубашка в сумеречном освещении на фоне продуманного до мелочей пейзажа, едва ли не важнее. Визуальное богатство, роскошества палитры (вплоть до того, что платье страдающей героини гармонирует по цвету со старинной мебелью в комнате), идеально выстроенные кадры отличают фильм Андрея Звягинцева. Впрочем, этому не придется удивляться, если знать, насколько режиссер любит и ценит творчество покойного Микеланджело Антониони. Что ж, у автора "Ночи" и "Красной пустыни", право, стоит учиться тонкостям композиции.

А цветовые решения "Изгнания" явно почерпнуты у классиков масляной живописи и в фресках.

Другое дело, что красота бесполезна, а безупречность скучна. Занимаясь поисками пределов совершенства в визуальной области, невольно приходится жертвовать на экране дыханием жизни. Но как персонаж Константина Лавроненко в фильме, сделав свой выбор в сложной ситуации, идет до конца, так и создатели "Изгнания", найдя свой стиль и эстетику, твердо их придерживаются и вполне при этом сознают, что искусство (если не искусственность) в фильме победило жизнь.

02.10.2007 / ЕКАТЕРИНА ЧЕН Материал опубликован в "Газете" №184 от 03.10.2007г.