Священник Владимир Вигилянский, руководитель пресс—службы Московского патриархата: "Хотите быть хранителями краденого? Будьте"

Допустим, вашего деда грабители убили, сожгли его дом и украли фамильные портреты. Эти портреты никакой продажной ценности не имеют ни для кого, кроме вас: это пращуры ваши и ваших близких. Проходят годы. И вот вы случайно встречаете эти портреты и узнаете их. Допустим, вы их видите в музее или в семье коллекционера.

Каким-то образом через перекупщиков краденого эти портреты оказались здесь. А как иначе? Либо воры их возвращают за ненадобностью, либо, пройдя через криминальные руки, такие предметы могут оказаться у чужих людей. И хранители этих дорогих вам картин, перетерпев ваше волнение, ваши слезы, когда вы читаете фамилии своих пращуров, говорят вам: "Что ж, мы не возражаем, делайте копии, вешайте у себя в доме".

Насколько это нравственно?

Вот ровно настолько же нравственно предложение Пиотровского делать копии для церкви. Хотите быть хранителями краденого? Будьте. Пиотровский сам себя назвал.

Спросите у истинных наследников: "Как вы хотите, чтобы поступили с вашим имуществом?", а не диктуйте им свою волю.

Наследником церковных ценностей является церковь. Церковь была ограблена самым варварским, бандитским образом. То, что осталось в музеях, — это крохи того, что составляло народное церковное достояние. Это даже не тысячная часть. Мы до сих пор не имеем никакой информации о сотнях чудотворных икон. Их эшелонами вывозили, сосуды священные переплавляли. Государство ограбило церковь, так пусть вернет хоть частичку того, что может.

Ведь даже мощи святых не все вернули и даже не знают, что у них еще есть. Несколько лет назад сотрудники музеев Кремля поделились с патриархатом радостью, что в запасниках Грановитой палаты обнаружены мощи.

Президент уже объявил, что он торжественно их передаст церкви. Гагарина (гендиректор музеев Московского Кремля. — "Газета") говорит: вот, берите кости, а ковчег отдать не можем. Ковчег-то копеечный с точки зрения музейной ценности, но отдавать не хочется. Патриарх Алексий II тогда сказал: "Без ковчега мы не возьмем". Не надо возвращать мощи, если над ними, чтобы возвращать, нужно снова надругаться. Пусть остаются в музее. Начал разгораться скандал. Ведь Путин уже собрался возвращать мощи. Пришлось музею уступить.

Многие музейные работники рассказывают, что до сих пор в провинциальных и даже столичных музеях иконы, священные предметы свалены в кучу, многие не инвентаризованы, не описаны, пропадают, их воруют без счета. И эти люди объясняют нам, как мы должны хранить святыни?

Статья опубликована в издании "Газета", №19 от 4 февраля 2010