Дерматологи—венерологи

Ведущая Марина Катыс

Марина Катыс: Сегодня гость Московской студии Радио Свобода - заслуженный врач Российской Федерации, заведующая отделением сифилидологии Центрального кожно-венерологического Института Минздрава России, доктор медицинских наук, профессор Ольга Казимировна Лосева.

И говорить мы будем не только о профессиональных проблемах врачей дерматологов-венерологов в широком смысле слова, но и об одном конкретном заболевании - сифилисе.

Эта болезнь изучена вдоль и поперек, ее умеют определять, умеют лечить умеют предупреждать. Но до сегодняшнего дня ученые всего мира не могут прийти к согласию по вопросу, откуда взялось это заболевание и как оно могло захватить всю планету - от Гаити и Африки до Америки и Индии. Европу сифилис тоже не обошел стороной, в конце XV века эпидемия этого заболевания буквально опустошила континент. Поскольку эпидемия совпала по времени с возвращение Колумба из Америки (это 1493 год), многие авторитетные ученые считают, что сифилис был завезен из Вест-Индии. По-видимому, и сам Колумб умер от сифилитического аортита.

Кстати, по некоторым данным, к началу XX века сифилисом было заражено около 15 процентов населения Европы.

А как сегодня обстоят дела с этим заболеванием, например, в России?

Действительно ли оно опасно только для людей из так называемых групп риска?

И что мы знаем о работе врача дерматолога-венеролога?

Обо всем это мы еще поговорим.

А первый традиционный вопрос - к профессору Лосевой. Ольга Казимировна, почему вы выбрали именно эту специализацию?

Ольга Лосева: Выбор моей профессии, с одной стороны был обусловлен семейной традицией - моя мама была врачом такой же специальности. А с другой стороны, когда пришлось выбирать между дерматологией (то есть кожными болезнями) и венерологией - я выбрала дерматологию. Однако случайно мне предложили работать в отделении венерологии. Я думала, что это - временное явление, что я там долго не проработаю. А потом постепенно я все больше и больше погружалась в проблему и поняла, что это заболевание (я работаю в отделении сифилидологии с 1964 года) затрагивает очень много аспектов человеческой жизни, оно так разнообразно и так много в нем загадок, что этого хватило на все годы моей работы, и еще непочатый край остался впереди.

Марина Катыс: Спасибо, Ольга Казимировна. А сейчас я хочу предложить вниманию слушателей материал, подготовленный нашим корреспондентом Анной Бокиной. Она задала москвичам вопрос: есть ли в России такая болезнь - сифилис?

- Я думаю, что - да. Я недавно был в Калининграде, и там, насколько я знаю, очень сложная обстановка в плане венерических заболеваний.

- Не могу сказать. Должна быть, мне кажется. Россия - многолюдная страна, и такая болезнь должна быть.

- Наверное, есть. Но я в этом вопросе не сильна, не знаю.

- Есть. Очень много людей, которые обращаются к медикам именно с этой болезнью. Я не думаю, что ее нет.

- Есть, и очень даже часто. Мне кажется, у каждого второго она.

- Раньше она не встречалась так часто, а сейчас - наоборот. Как объяснить? Молодежь стала более раскрепощенная, не пользуются теми же самыми презервативами.

- В принципе, естественно, есть. Статистику я не знаю и точно сказать не могу. Но она есть, есть во всех странах. Это, конечно, не моя специальность и я особо близко с этим заболеванием не сталкивался. Но в принципе, конечно, есть.

- Я думаю, что есть, и, по-моему, сифилис распространен достаточно широко, можно сказать - очень широко.

- Есть, и очень сильно распространена.

- А почему вы считаете, что она есть? У меня, например, такой болезни нет.

- Сейчас многие занимаются сексом и не предохраняются. Думаю, что она есть везде. У нас - тоже, наверное, даже в больших количествах.

- Я думаю, что есть. Я читала по этому поводу, что, к сожалению, число случаев этого заболевания в последнее время выросло.

- Есть, конечно. Сколько бомжей стоят здесь! Конечно, есть.

- Я считаю, что есть.

- Наверное, есть. Но я не знаю, я не сталкивался.

- Ну, я никогда не болела. Мы - старшее поколение, у нас вообще семейная приверженность, и мы не таскались по всяким сифилитикам. Но - вообще - она лечится. Здесь у нас диспансеров полно, можно вылечить этот сифилис.

- Я уверен, что есть, поскольку по роду работы мне приходится с этим сталкиваться. Мои клиенты ею болеют, я - адвокат.

- Я думаю, что где-то есть. Я никогда не с ней не сталкивался и даже не слышал.

Марина Катыс: Как мы слышали, большинство опрошенных уверенно ответили, что сифилис в России есть, и основная причина его распространенности - пренебрежение индивидуальными средствами защиты, то есть презервативами.

Ольга Казимировна, вы согласны с такой оценкой наших респондентов?

Ольга Лосева: Да, в общем, согласна, что сифилис - есть и что главная причина - это пренебрежение средствами профилактики.

Марина Катыс: Мы слышали характерный голос пожилой женщины, которая сказала, что "мы не таскались по всяким там сифилитикам". Но люди, которые инфицируются сифилисом, они же не "таскаются по сифилитикам", у них могла быть просто случайная связь, которая происходила в совершенно нормальных условиях. Не всегда это человек из группы риска. И тем не менее - человек получает такое заболевание. Что вы можете сказать о социальной базе сифилиса?

Ольга Лосева: Сифилисом болеют представители всех слоев населения. Вообще нужно сказать, что сифилис - это инфекция, просто инфекция, которая имеет свой специфический путь передачи. Почему-то на этом заболевании с древних времен осталось пятно позора. В то же время люди, больные хламидиозом (которым заражаются также половым путем) спокойно повествуют о своей болезни знакомым, советуются с врачами и нисколько не чувствуют себя ущербными.

Это заболевание, конечно, в большей мере распространено в группах риска. Но между разными группами населения есть общение, и сифилис проникает в другие группы, которые не ведут столь рискованного образа жизни, как группы женщин "сексработниц", или группы мигрантов, или те, кого называют бомжами (там действительно уровень заболеваемости более высокий). Проникновение происходит во все слои, совсем не нужно быть ни развратником, ни "таскаться" где-нибудь, чтобы получить эту болезнь.

Уровень заболеваемости у нас (в 90-е годы и сейчас) таков, что обычные люди, с обычным поведением и даже однолюбы, которые не имели ни одного партнера, кроме своего супруга, могут заболеть этой болезнью. Это нужно понимать.

Марина Катыс: Журнал "Мир медицины" публикует такие данные о заболеваемости сифилисом в России. В 1988-89 годах уровень заболеваемости сифилисом снизился до чуть более четырех случаев на 100 тысяч населения. А потом начался рост, и ежегодный прирост заболеваемости превышал 150 и более процентов. К 1997 году количество вновь заболевших сифилисом достигло 277 человек на 100 тысяч населения, то есть увеличилось по сравнению с 1987 годом в 64 раза. В 67 раз в этот период увеличилось число случаев врожденного сифилиса, в 120 раз - заболеваемость среди подростков и в 100 раз - среди детей до 14 лет.

Потом, с 1992 по 1996 год, темпы роста заболеваемости стали снижаться.

Надо только учесть при этом, что статистические данные рассчитаны на все население, включая и глубоких стариков, и грудных младенцев. Поэтому, естественно, цифры среди активной части населения, ведущей активную половую жизнь, гораздо выше. Но с чем связана амплитуда колебаний заболеваемости сифилисом?

Ольга Лосева: Нужно сказать, что эти правильные синусоиды, по которым заболеваемость повышается, достигает своего пика и затем начинает снижаться, были отмечены еще тогда, когда люди только начали наблюдать за заболеваемостью.

У нас пик был в 1997-ом, затем с 1998-го года началось постепенное, плавное снижение, и оно продолжается до сих пор. В 2003 году - только что получены эти цифры - заболеваемость снизилась еще больше. Если в 2002 году она была 119, то сейчас 95 случаев на 100 тысяч населения. Но это тоже немало, это сравнимо с пиковым уровнем после Второй мировой войны. То есть из каждой тысячи человек 1 был впервые зарегистрирован в этом году.

А ведь еще есть и те, которые были зарегистрированы в прошлом и в позапрошлом годах и еще лечатся или контролируются. Так что заболеваемость и сейчас высокая. Поэтому нужно принимать меры профилактики, каждому нужно думать о том, что такая болезнь есть и что нужно себя защищать.

Марина Катыс: Надо сказать, что даже в благополучной Европе и в не менее благополучной с медицинской точки зрения Америке ситуация не лучше. В США, например, такие инфекционные заболевания, как гепатит, гонорея, СПИД и сифилис, подлежат общенациональной регистрации (как, собственно, и в России). В Германии в 2003 году был зафиксирован рост заболеваемости сифилисом - медики зарегистрировали более 2,5 тысяч случаев новых заболеваний сифилисом, что на 800 случаев больше, чем в предыдущем году. Наибольшее число заболеваний дали Берлин и Гамбург. С аналогичной проблемой столкнулись в последние годы крупные города большинства стран Западной Европы и Соединенных Штатов Америки.

А основными разносчиками сифилиса немецкие медики считают гомосексуалистов. В Париже, например, начиная с 2000 года сифилис стал стремительно распространяться, причем 84 процента заболевших - лица нетрадиционной сексуальной ориентации.

Ольга Казимировна, вы согласны с такой оценкой немецких экспертов? Я имею в виду данные о том, что сифилис более распространен в среде гомосексуалистов.

Ольга Лосева: Действительно, эта группа населения считается одной из групп риска, потому что круг этих людей достаточно замкнут. Но обмен половыми партнерами там более активный, чем в других группах населения. Поэтому, действительно, заболеваемость там - в случае попадания инфекции в этот круг - распространяется быстрее, и уровень заболеваемости там несколько выше.

Но я бы сказала, что сейчас у нас острота этой проблемы несколько уменьшилась. Когда наше законодательство предусматривало уголовное наказание за занятия гомосексуализмом, эти люди скрывали свое заболевание, не обращались к врачам и при этом, конечно, гораздо больше заражали своих партнеров и количество заболевших было больше. Лечились они либо сами, по советам знакомых, либо обращались к каким-то подпольным способам лечения.

Сейчас у нас продолжается регистрация сифилиса среди лиц нетрадиционной ориентации, но это не является у нас сейчас самым острым моментом. Лица с нетрадиционной ориентацией присутствуют в общей группе заболевших - присутствуют, но не представляют самую большую и трудную группу. Сейчас у нас законодательство изменилось, и эти люди обращаются за медицинской помощью и, соответственно, стало легче лечить и профилактировать данное заболевание.

Марина Катыс: В прошлом проблема была, видимо, связана с тем, что при обращении к официальному врачу-венерологу требовалось рассказать о своих половых контактах - и в этом, собственно, и заключалась проблема, потому что люди не хотели рассказывать о своих гомосексуальных контактах.

Ольга Лосева: Совершенно верно. Они были, в общем, под дамокловым мечом. Они и хотели, может быть, рассказать, потому что они понимали необходимость лечения для своего полового партнера (или партнеров, как правило), но, с другой стороны, они боялись подвергнуть их уголовному преследованию. Не всегда так случалось, я думаю, что могли быть лишь отдельные случаи реализации этого наказания на деле. Но, тем не менее, эта опасность существовала, и действительно, гомосексуалисты скрывали свое заболевание, насколько это было возможно, и своих половых партнеров тоже.

Марина Катыс: В прошлом среди врачей бытовала поговорка: "Познав сифилис, вы познали медицину". На данной болезни специализируются как отдельные врачи, так и целые клиники. Сифилис, кстати, был основным диагнозом у пациентов психиатрических больниц. Но с момента появления и внедрения в практику пенициллина заболеваемость сифилисом резко снизилась. А кто сегодня выбирает эту специализацию - дерматолога-венеролога? Кто ваши ученики?

Ольга Лосева: Сейчас довольно много молодых людей, окончивших медицинский институт, выбирают эту профессию. Они проходят у нас обучение, проводят у нас по несколько недель на цикле. И конечно, мы ко всем присматриваемся и видим, что среди них можно выделить людей, которые интересуются этой профессией, уже поняли, что тут много интересного, много загадок и они могут помочь людям, то есть это - чисто врачебный, профессиональный интерес. Но существенную часть группы составляют люди, которые думают или понимают, что, овладев этой профессией, они смогут хорошо зарабатывать. Это заработки, как правило, не совсем легальные. Врачи-венерологи, которые легально работают в легальных учреждениях, получают ровно столько же, сколько и врачи других специальностей.

Марина Катыс: А частная практика?

Ольга Лосева: Другое дело - частная практика. Но чтобы получить лицензию, нужно ведь доказать не просто свою профессиональную пригодность, а настоящий профессионализм, а тут, по-моему, существуют затруднения. Лицензию получают далеко не все. Тем не менее, ответ на ваш вопрос такой: среди молодых специалистов есть разные люди, в том числе - люди, которые думают, что это профессия, которая дает хороший заработок.

Марина Катыс: Но, с другой стороны, люди, страдающие сифилисом, очень ранимы, потому что, во-первых, так уже сложилось, что у этой болезни действительно позорный и очень отрицательный ореол, как вы уже говорили, и больным не всегда "ловко" рассказывать о своей болезни. И здесь очень важно, чтобы между врачом и пациентом возник контакт. Как вы могли бы охарактеризовать человеческие качества врачей, которые работают вместе с вами?

Ольга Лосева: Профессионализм - это, конечно, первое, врач должен быть компетентен настолько, чтобы диагностировать болезнь, назначить правильное лечение (там много вариантов). Но контакт с пациентом, человеческое отношение к пациенту, возможность разговаривать с ним на равных, когда вы смотрите пациенту в глаза и он видит, что вы смотрите на него как на человека и расспрашиваете его, не затрагивая каких-то моментов, которые он не хотел бы открывать, - это качество очень важно.

Возможность понимать больного, возможность относиться к нему просто как к человеку, больному какой-то инфекционной болезнью. Без взгляда свысока, без какого-то абсолютно необоснованного презрения (мы об этом уже говорили) - эта способность, конечно, свойственна интеллигентным врачам, которые выбрали свою профессию по призванию.

А тем, кто хочет заработать, нередко это несвойственно. Поэтому мы часто сталкиваемся с ситуациями, когда приходят на консультацию пациенты, которых оскорбили в диспансере (например, или так и на таких тонах поговорили), что они смотрят, как на чудо, на врача, который с ними разговаривает с пониманием, с сочувствием, подробно расспрашивает, интересуется и хочет помочь. Это высоко ценится больными.

Наверное, это особенность профессии - эти люди часто переживают душевные драмы. На глазах у нас иногда разыгрываются сцены, достойные Достоевского. Уверяю вас, это все очень непросто. И мы должны уметь правильно себя вести в этих ситуациях.

Как это мои сотрудники делают? Они делают это так же, как я. Надеюсь, по крайней мере, что это так, потому что я, конечно, не всегда присутствую на приемах моих сотрудников. Но я думаю, что тон - это то, что "впечатывается" в сотрудников, когда мы общаемся с ними. Я думаю, что это отражается и на их тоне в разговоре с больными.

Существует такое понятие, как консультирование - это научение врача правильному общению с больным: как смотреть на больного, куда его посадить, как обращаться, какие слова к нему обращать. Это научение тоже полезно, но лучше, если оно находится внутри нас.

Марина Катыс: А как же работать в такой тонкой области, связанной с большими душевными травмами? Ведь если случайная связь была у кого-то из супругов, а потом выясняется, что в семье оказался сифилис, - это же трагедия в семье.

Ольга Лосева: А какая трагедия, когда молодая женщина выходит замуж, у них счастливый брак, они уже ждут ребенка - и вдруг при первой же явке в женскую консультацию оказывается, что у нее сифилис. И врач ей говорит: "У вас сифилис! Вы должны сделать аборт..." А она ждала этого ребенка, и она хочет этого ребенка, и отец хочет этого ребенка. Это же трагедия не меньшая, чем случайная связь.

Марина Катыс: Ольга Казимировна, когда к вам приходит молодой человек и говорит, что он хочет заниматься изучением сифилиса и лечить людей от сифилиса, он должен как-то аргументировать свое желание? Или вы просто смотрите на него и пытаетесь понять, получится из него хороший врач или нет?

Ольга Лосева: Да, я смотрю на него и иногда вижу, что, например, вот эта девушка, которая проходит у нас в отделении свой цикл, она не просто сидит и смотрит на то, как другие врачи принимают больных, а она сама ведет больных, она докладывает больных мне на обходах... И я уже замечаю: она активна, ей интересно, она учится с желанием.

Некоторые приходят сами и говорят: "Я хочу заниматься этой профессией - сифилидологией". А поскольку у нас - Научно-исследовательский институт, то есть - научное направление, то я поручаю молодому человеку первую небольшую работу: я прошу описать интересного больного. Вот мы видели сегодня на обходе больного, давайте напишем о нем статью в журнал. И по тому, как человек пишет, как он реагирует на мои замечания, как он ищет, как он "роет", я уже вижу, что из него может получиться и насколько он может работать.

Так что я присматриваюсь к людям еще с ординатуры. А уже потом, если я вижу, что этот человек способен к работе, я ему даю какую-то тему, которую он начинает разрабатывать под моим руководством, потом он идет дальше, он работает. И нередко он потом поступает в аспирантуру уже с готовой темой, иногда даже уже с частично разработанной темой, и дальше он начинает у нас работать. У нас есть и прямой прием, общение с больными, и обязательная научная работа, мы имеем много научных тем.

Марина Катыс: А сейчас я предлагаю вашему вниманию выпуск медицинских новостей, который подготовил наш нью-йоркский корреспондент Евгений Муслин.

Исследователи Биотехнологического института в Генте (Бельгия) разработали новый и легкий метод ранней диагностики цирроза печени.

Сначала у больного возникает фиброз, когда в печени разрастается соединительная ткань, нарушающая работу этого сложного органа. Пройдя несколько стадий, фиброз переходит в цирроз с характерной для него дистрофией и некрозом печеночных тканей. При этом вероятность рака возрастает в 25 - 40 раз, и печень становится неработоспособной. Единственный выход в таком случае - пересадка печени.

Лечение цирроза и контроль за протеканием болезни до сих пор были затруднены тем, что единственным методом диагностики была биопсия - извлечение образцов печеночной ткани иглой, вводимой через кожу. Такая процедура небезопасна и стоит 1800 долларов.

Доктор Нико Каллеверт из Гентского института и его коллеги разработали способ диагностики, при котором цирроз устанавливается по содержанию различных сахаров, продуцируемых печенью при переходе фиброза в цирроз, при анализе крови.

Замена медикаментозного лечения имплантируемыми кардио-дефибрилляторами значительно снижает уровень смертности у больных с сердечной недостаточностью. Данные, собранные группой доктора Гаста Барди из Института кардиологических исследований в Сиэттле, показали, что дефибрилляторы, восстанавливающие сердечный ритм электрическим разрядом, потенциально могут на 23 % снизить смертность от внезапных остановок сердца. Ежегодно только в США от таких остановок погибают 450 тысячи человек. Имплантируемые дефибрилляторы, получившие распространение в середине 90-х годов, решают проблему, так как непрерывно следят за сердечным ритмом и в случае необходимости мгновенно восстанавливают нормальную работу сердца.

Финляндия стоит на первом месте в мире по потреблению кофе, а кофе - как доказали сотрудники Хельсинкского института здравоохранения - предохраняет от диабета. У женщин, выпивающих по 10 чашек кофе в день, заболеваемость "взрослым" диабетом 2-го типа снижается на 80, а у мужчин на 55 процентов. Такая закономерность подтверждается также голландцами и американскими исследователями из Гарвардского университета, опубликовавшими свои наблюдения в ЖУРНАЛЕ АМЕРИКАНСКОЙ МЕДИЦИНСКОЙ АССОЦИАЦИИ.

Однако американские медики опасаются рекомендовать кофе в больших количествах всем, поскольку это может повлечь за собой определенный кардиологический риск.

Профилактические свойства кофе объясняются действием содержащейся в нем кислоты, помогающей регулировать содержание глюкозы в крови, а также тем, что кофеин стимулирует секрецию инсулина поджелудочной железой.

Марина Катыс: У нас уже очень много звонков слушателей. И я приглашаю в эфир первого из них. Здравствуйте.

Слушатель: Анатолий Варфоломеевич Петров, Санкт-Петербург. У меня вопрос к доктору Лосевой. Ольга Казимировна, так сложилось, что среди моих родственников тоже есть дерматовенерологи, и я с детства интересовался этой проблемой, хотя сам врачом не являюсь. Насколько вы владеете информацией, имеются ли достаточные средства для лечения сифилиса? Предположим, обращается лицо из группы риска, у которого нет денег на лечение. Вы проводите лечение или вынуждены будете оставить лицо не излеченным по причине, что у него нет денег?

Ольга Лосева: Никогда! У нас существует бесплатное лечение в стационаре. Мы можем бесплатно пролечить амбулаторно, если это необходимо. Если к нам приходит пациент, не имеющий денег, а у нас, предположим, платное лечение, то нам просто нужно оформить некоторые бумаги (написать служебную записку, получить соответствующее разрешение) - и сразу же мы начинаем лечение. У нас издавна принято сразу же начинать лечение такого больного, и эта традиция сохраняется и сейчас.

Слушатель: Добрый день. Меня зовут Валерий, Москва. Хотелось бы отметить, что в 70-х годах в Ленинграде был случай, когда через стакан от газированной воды, который мылся холодной водой, заразилось 26 человек. Это было отмечено в соответствующих сводках. Вы акцентируете внимание только на том, что люди не предохраняются, не используют презервативы. Но когда в 80-х годах была мода у молодых девочек ходить без белья в коротеньких юбочках, и они садились на дерматиновые сиденья в метро или в поездах, то заражение тоже могло быть.

Ольга Лосева: Знаете, чтобы заразиться сифилисом от девушки, которая села на дерматиновое сиденье в коротенькой юбочке, не только она должна быть без нижнего белья, но и следующий, кто сядет, тоже должен быть раздет. Эта ситуация фантастическая.

Марина Катыс: То есть передача сифилиса бытовым способом - это, видимо, все-таки не самый распространенный способ.

Ольга Лосева: Да, это очень редкое явление. На самом деле, бытовой сифилис бывает, но чаще это бывает в случаях, когда родители, не соблюдающие элементарных норм гигиены, заражают малолетних детей, которым они могут, например, пережевывать пищу и давать в рот, а сами имеют заразные проявления в полости рта, могут соски облизывать и прочее, - таким путем можно передать ребенку инфекцию. Но вообще, если даже у ребенка есть инфекция, надо внимательнее познакомиться с семьей и в первую очередь исключить именно сексуальный путь передачи, сейчас он доминируют, и бытовой сифилис отошел далеко в тень. Он был типичен для сельской, крестьянской России дореволюционных времен, когда бытовые условия и условия гигиены позволяли такую передачу.

Слушатель: Здравствуйте. Майор запаса Пантюхов Николай Николаевич, город Ленинград.

Ольга Казимировна, какими бы медицинскими средствами мы ни обладали бы, какой бы уровень медицины у нас сейчас ни был, вы прекрасно понимаете, что доступность лечения сифилиса в стране, где разорили экономику, где развита детская проституция и гомосексуализм, и все это практически рекламируется с телеэкрана, медицина и вы сами лично, со всем вашим опытом, бессильны.

Марина Катыс: Ольга Казимировна, как вы оцениваете перспективы медицинского излечения сифилиса в нынешних условиях. Действительно, наш слушатель в известной степени прав, и детская проституция существует, и бездомные дети, и большое количество мигрантов, которые живут в антисанитарных условиях, и у них довольно беспорядочные половые связи - как быть с этими группами?

Ольга Лосева: Все, кто обращаются, получают помощь. Средств для лечения сифилиса сейчас вполне достаточно. Стационарная помощь у нас бесплатная. Мы кладем в стационар детей, подростков, пожилых людей, мигрантов, бомжей - кого угодно, всех, кто только обращается. Поэтому не думайте, что медицина бессильна, отнюдь нет. Важно, чтобы люди обращались.

Слушатель: Здравствуйте. меня зовут Наталья.

Ольга Казимировна, я очень благодарна вам, потому что на фоне тотальной врачебной халатности и хамства... Даже репортаж прошел о том, что беременность у женщин под видом плохо развивающейся прерывают, а материал используют (это вообще невиданное что-то!) как биоматериал для стволовых клеток. Это уже зафиксировано. Куда мы катимся - вообще непонятно. Не могли бы такие, как вы, объединиться и выступить с какой-то программой по защите матери и ребенка, врачебной этики вообще? Потому что пациент бесправен. Это - пожелание.

А сейчас я хочу узнать, как же раньше этот сифилис лечился? Много есть исторических фактов: тот болел, этот болел... А как они лечились? Они что, погибали? А гепатит "С", если он в совокупности с сифилисом, вообще человека должен разрушить. Потому что есть вирусоносительство, мне, например, при кесаревом сечении занесли (это точно известно, кровь переливали), мне в гепатоцентре сказали, что я не подлежу лечению. Я не пойму, я здорова или больна?

Ольга Лосева: Собственно, тут два вопроса. Первый вопрос - это историческое лечение сифилиса. Действительно, лечение сифилиса претерпело чрезвычайно интересные исторические изменения. Первым, древним и давним средством была ртуть. Ртуть применяли в виде вдыхания паров. Как дозировать вдыхание паров?! Но - применяли. Применяли в виде мазей - втирали серую ртутную мазь. Ртуть оказывала определенное лечебное воздействие - медленное, постепенное, но это было лечебное воздействие. Со временем научились изготавливать препарат из ртути для внутримышечного и даже внутривенного введения, но пользовались в основном внутримышечным введением. Осложнений было колоссальное количество. Ртуть очень токсична, вредно влияет на почки. Появлялись дерматиты, непереносимость, слизистые оболочки страдали, то есть - было огромное количество осложнений.

Уже в начале XX века, в 1909 году, был изобретен препарат сальварсан - это мышьяковистый препарат, изобрел его Эрлих. И с этого времени произошел переворот: мышьяк оказался значительно эффективнее, и мышьяковистые препараты применялись длительное время как за границей, так и у нас в России. Однако эти препараты, как вы сами понимаете, были еще более токсичными, чем ртутные. Они давали ряд осложнений, нередко смертельных, страшных осложнений - и, тем не менее, лечили. Лечение было многокурсовое, продолжалось очень долго. 8 курсов с перерывами, потому что препарат токсичный, нужно было время, чтобы он выводился из организма. Пока это лечение заканчивалось, проходили годы. Тем не менее, люди лечились, болезни этой очень боялись, лечились даже беременные тем же мышьяком, несмотря на то, что этот препарат действовал на плод. Применяли мышьяк и ртуть в совокупности.

А с 20-х годов появились препараты Висмута - это тоже соль тяжелых металлов, тоже в какой-то мере токсичный препарат, но - гораздо менее токсичный. И стали сочетать эти три, в общем-то, токсичных вещества и применять их при лечении различных форм сифилиса. До пенициллина, который в 1943 году впервые был применен для лечения сифилиса. Такова довольно драматичная история, поскольку многие люди погибали на дороге к излечению от сифилиса от осложнений, которые давала эта токсичная, активная и достаточно страшная терапия.

Марина Катыс: Ольга Казимировна, а вопрос о гепатите?

Ольга Лосева: Я буду краткой, потому что все-таки это не предмет нашей сегодняшней беседы. То, что вы не нуждаетесь сейчас в лечении, возможно, означает, что сейчас вы являетесь только носителем антител, и никаких мер принимать не нужно. Но вы должны находиться под наблюдением. Бывают случаи, когда наступает необходимость лечения, поэтому за вами должен наблюдать врач.

Слушатель: Владимир Викторович из Москвы. У меня такой вопрос, может быть, абстрактный. Нужна нравственная оценка профессора по такому вопросу - в печати были сообщения, что больные СПИДом рожают детей. Разве СПИД менее опасен, чем сифилис? Я вообще не понимаю таких людей и не знаю, что нужно делать с ними.

Марина Катыс: Речь, видимо, идет о том, может ли женщина, больная сифилисом, иметь детей, и насколько возможно излечение от сифилиса в период беременности, чтобы плод не приобрел врожденный сифилис.

Ольга Лосева: Если говорить о сифилисе, который нередко выявляется именно во время беременности у молодых женщин, которые хотят иметь ребенка и беременность запланированная, то мы помогаем таким женщинам, делаем все, что необходимо, чтобы дети родились здоровыми. Женщина должна получить лечение. Все зависит от многих деталей: сроков начала лечения, выбранной методики лечения. Мы максимально делаем все, что возможно, проводим лечение, проводим профилактическое лечение, чтобы ребенок родился здоровым. И в подавляющем большинстве случаев мы получаем здоровых детей. Детей уже не лечим, только - наблюдаем. Если же у ребенка все-таки обнаруживаются некоторые признаки инфекции, то мы лечим и ребенка, и в дальнейшем наблюдаем.

Поэтому заболевание сифилисом не является роковым препятствием на пути к деторождению, - важно только находиться под наблюдением врачей. Даже если произошла такая большая неприятность, что впервые это заболевание выявлено во время беременности. И еще могу посоветовать - многие сейчас готовятся к беременности и сначала обследуются. В том числе, надо и на сифилис обследоваться, и если это необходимо - пролечиться до беременности, что гораздо лучше, чем во время беременности. Обследоваться, планируя беременность, - это оптимальный вариант.

Что касается ВИЧ-инфекции - ВИЧ-инфицированные тоже беременеют, и тоже имеют детей, есть определенная статистика. И передача вируса ВИЧ необязательно 100-процентная. Есть определенные меры профилактики заражения ребенка вирусом ВИЧ, но это уже нужно решать с соответствующими специалистами. И тоже лучше предварительно в плане профилактики.

Слушатель: Здравствуйте. Андрей. Скажите, пожалуйста, хламидиоз генитальный и хламидиоз органов дыхания - это одна и та же флора? Другими словами, может ли здоровый человек получить хламидиоз органов дыхания от больного генитальным хламидиозом при оральном половом контакте?

Ольга Лосева: Это тоже немного не по нашей теме. Я о таких случаях не слышала. Хламидии тропны к определенным слизистым оболочкам, к определенным органам. Ребенок, рождающийся от женщины, больной генитальным хламидиозом, может болеть пневмонией - это одно из типичных заболеваний, которое может возникнуть у такого ребенка. Что касается случаев заражения при орогенитальном контакте взрослых людей, я литературы по этому вопросу не видела просто.

Слушатель: Ольга Казимировна, добрый день. Вас из Петербурга Виктор беспокоит. Вы - дерматолог-венеролог. Но ведь сифилис поражает практически все органы. Это благодаря тому, что он передается кожным путем?

Ольга Лосева: Вы хотели бы, чтобы я рассказала, какие органы и системы поражает сифилис?

Слушатель: Вы в начале передачи сказали, что неизвестно, откуда он произошел. Возбудитель - спирохета, как я понимаю.

Ольга Лосева: Да, бледная трипонема или бледная спирохета.

Слушатель: Вы не занимаетесь таким похожим заболеванием, как лаймабарелиоз? Там тоже спирохета и тоже поражение очень похожее, но только отличается тем, что оно медленное и лечится, как я понимаю, платно.

Марина Катыс: Насколько я понимаю, речь идет о том, лечится ли это заболевание также бесплатно и доступно.

Ольга Лосева: Барелиозом мы не занимаемся, это удел инфекционистов. Поэтому и вопросы нужно задавать им. Сифилис традиционно бесплатно лечится потому, что это - социальная проблема, это социальное заболевание, и именно поэтому издавна у нас в стране принято лечить его бесплатно. Конечно, если человек не может заплатить - он не платит. Что касается барелиоза, я не осведомлена об этом, это компетенция инфекционистов.

Слушатель: Добрый день. Лет 40 назад мой приятель-медик под большим секретом сообщил мне о том, что якобы величайший вождь пролетариев всех стран Владимир Ильич Ленин погиб не от пули некоей эсерки Каплан, а от плохо залеченного сифилиса. Меня давно занимал этот вопрос. Может быть, я вас отвлекаю от темы, но хотелось бы услышать истину из ваших уст.

Ольга Лосева: Действительно, это вопрос, который возникает всякий раз. Я читала только то, что было доступно по этому поводу, что попадалось под руку, потому что специально этот вопрос не был предметом моих ночных размышлений. Я думаю, симптомы его заболевания были похожи на симптомы, в которых может проявляться нейросифилис, то есть позднее поражение нервной системы, которое обусловлено сифилитической инфекцией. Но тут шла речь и о раннем атеросклерозе, и так далее. А самое главное, что для того, чтобы поставить диагноз нейросифилиса, нужны обследования, нужны результаты анализов, но никогда и нигде я не видела никаких результатов обследования ни крови, ни, тем более, спинномозговой жидкости, что совершенно необходимо для установления диагноза нейросифилиса. Поэтому ответить на этот вопрос сколько-нибудь положительно или отрицательно я просто не берусь.

Слушатель: Ольга Казимировна, во-первых, я хотел бы выразить восхищение тем, что в наше время еще есть такие врачи и специальности, которые бесплатно оказывают помощь. И именно Радио Свобода нас просвещает в этом вопросе. А вопрос мой: скажите, пожалуйста, кроме вашей профессии, есть масса других инфекций, которые передают половым путем. Скажите несколько слов, что должны делать люди, чтобы предотвратить не только сифилис, но и многие другие "вредности", я бы так сказал?

Ольга Лосева: Это тоже меры барьерной защиты. Потому что презерватив защищает не только от сифилиса и ВИЧ-инфекции, но также от других инфекций, передаваемых половым путем, урогенитальных инфекций (гонореи, трихомониоза, хламидиоза и так далее).

Марина Катыс: А вот такой вопрос я обнаружила на сайте в Интернете: "Может ли сифилис передаваться через поцелуй?"

Ольга Лосева: Может в случае, если на губах или на слизистой рта имеются заразные проявления этого заболевания.

Марина Катыс: И человек может об этом не знать?

Ольга Лосева: Может и не знать. Может быть, у него на языке есть заразные проявления, а он их никак не квалифицирует.

Марина Катыс: То есть фактически люди с этой болезнью оказываются как бы на минном поле?

Ольга Лосева: Это правда. Презерватив защищает только на 95, но не на все 100 процентов.

Марина Катыс: Спасибо, Ольга Казимировна. Ну что ж, подведем некоторые итоги.

Весьма вероятно, что сифилис имеет столь же древнюю историю, что и само человечество. Из Африки это заболевание, по одной из версий, было разнесено по всему свету за счет естественных миграций: крестовых походов, вывоза рабов и развития торговли. А в начале третьего тысячелетия человечество хоть и научилось эффективно лечить сифилис, но до окончательной победы над этим заболеванием еще очень далеко. Поэтому осмотрительность при выборе сексуального партнера и обязательное использование презервативов пока остается наиболее эффективным способом обезопасить себя от этого заболевания.