Оригинал материала
Гость в студии — Виктор Валерьевич Похмелкин. Часть 1
Леонид Никитинский:
Сегодня у нас в студии гость - Виктор Валерьевич Похмелкин, независимый депутат Государственной думы, кандидат юридических наук. В российских судах далеко не все благополучно, о чем мы постоянно говорим в наших передачах. Но мы продолжаем гнуть свою линию и коллекционировать положительные прецеденты: "Большие победы маленьких людей", как и называется наша передача, и эти победы одерживаются в судах. По признаку побежденного, эти победы, как правило, достаточно однообразные. Поверженным чаще всего, так или иначе, оказывается государство, в лице разных его органов. По содержанию же граждане одерживают победу в разных сферах права, в разных его отраслях, каждая из которых имеет свою специфику. Исходя из содержания сегодняшней победы, которая была одержана буквально "со слезами на глазах", предметом нашего обсуждения станет Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП, как его называют юристы) и административные правоотношения в целом, административная юстиция, которая очень нужна, но которой пока еще нет. Мы начнем с сюжета, который на этот раз поступил к нам из Владивостока. Нас с ним познакомит наш корреспондент Марьяна Торочешникова.
Марьяна Торочешникова:
Осенью 1998 года Зинаида Анатольевна Аминова торговала на улице сигаретами (будучи пенсионеркой, бабушка решила подзаработать: купила на оптовом рынке товар и продавала его с небольшой наценкой). Ее бизнес "прикрыла" милиция, которая совершала свой обычный рейд по выявлению незаконных торговцев. Материал о правонарушении милиционеры передали в административную комиссию, и та, в свою очередь, вынесла постановление о взыскании штрафа и конфискации сигарет, за которые пенсионерка заплатила оптовикам кровные 400 руб. Будучи наслышанной о неприкосновенности частной собственности Зинаида Анатольевна отправилась на консультацию к адвокату, где и получила разъяснения по этому поводу. Слово президенту Приморского регионального общественного учреждения "Юстус" Сергею Парскому.
Сергей Парский:
В 1993 году была принята Конституция, где 35-я статья четко говорит, что никто не может быть лишен своего имущества, иначе, как по решению суда. А у нас, как это право применяли правоприменители, так это право и применяют. В административном порядке конфисковывают предметы так называемого правонарушения. Но если раньше это было незначительно, семечки, там, то сейчас предметы правонарушения большую ценность имеют.
Марьяна Торочешникова:
Районный суд Владивостока, куда пенсионерка и Сергей Парский (в качестве доверенного лица) отправились с жалобой на действия милиционеров и постановление административной комиссии, отказал в удовлетворении жалобы. Говорит Сергей Парский.
Сергей Парский:
На заседании я говорил о том, что есть постановления Конституционного суда 1998 года, где такие же положения были признаны несоответствующими Конституции. Но судья сослался на особое мнение судьи Конституционного суда вот в этом постановлении. И отказал, сказал, что все правильно. Я параллельно обратился в Европейский суд по правам человека и в Конституционный суд. О признании несоответствующими Конституции вот этих норм.
Марьяна Торочешникова:
Прошло 2 года. Сначала дал о себе знать Европейский суд по правам человека. Он сообщил о том, что жалоба зарегистрирована 11 июля 2000 г. и будет рассмотрена, как только представится возможность. Затем, в марте 2001 года подоспело определение Конституционного суда, который признал подлежащими отмене положения 156 и 199 статей КоАП РСФСР, касающихся конфискации, поскольку они противоречат Конституции. Подтвердила высшая инстанция и то, что Приморский суд (в чем и пытался его убедить юрист Парский) рассматривал ситуацию и статью (156-ю КоАП) аналогичные тем, по которым Конституционный суд уже принимал и оглашал свой вердикт. В итоге: "дело Аминовой подлежит пересмотру судебными органами в установленном порядке, поскольку принятое по нему решение основано на законе, воспроизводящем положения нормативного акта, признанного не соответствующим Конституции Российской Федерации".
Сергей Парский:
Решение Конституционного суда было принято 14 декабря 2000 года. Сама доверительница умерла 23 января. Она так и не дождалась. Хотя само решение, само определение нам пришло по почте аж 20 марта 2001 года. Тут уже дело не из-за денег пошло, а дело принципа. Потому что это не одна такая бабушка у нас была, я просто взял ее как пример и повел, а у нас это вообще на поток было поставлено. Кстати, после принятия этого определения у нас в Приморском крае, во всяком случае, во Владивостоке, практически перестали вот так наглеть милиционеры. То есть они уже ласково, потихонечку: "уходите бабушки, здесь нельзя торговать".
Марьяна Торочешникова:
Это был правозащитник Сергей Парский.
Леонид Никитинский:
Послушаем комментарии нашего гостя к этому сюжету.
Виктор Похмелкин:
Очень распространенный случай, и поэтому эмоциональная реакция совершенно очевидна. Это показатель той системы, в которой мы живем. Где человек хоть и провозглашен высшей ценностью в Конституции, но в каждом конкретном случае его интересы попираются нагло и откровенно. Ничего не стоило выполнить закон, выполнить Конституцию. Ни от кого бы ни убыло, если бы и административная комиссия, а затем и суд Приморского края вынес бы это решение. Тем не менее, потребовалось два с лишним года, для того чтобы доказать элементарное. То, что на самом деле очевидно для любого юриста. И самое главное, что ведь за это никто не будет наказан. Меня особенно удивило, и просто насмешила вот эта профессиональная ссылка на особое мнение судьи Конституционного суда: оказывается, применению подлежит не постановление суда, а особое мнение судьи. Это конечно важно, это имеет, может быть, значение для теории, для юридической науки, но подлежит применению всегда акт судебный, а не позиции конкретного судьи, оставшегося в меньшинстве. За такую мотивировку судья должен немедленно отправляться в отставку, а может быть даже привлекаться к ответственности.
Леонид Никитинский:
А чем вызвана, вот такая, может быть, неприязнь судей к гражданам, сама установка? Откуда она? И насколько характерна?
Виктор Похмелкин:
Она очень характерна. Этим заражена вся наша государственная система, в том числе и судебная. Судьи ведь воспитывались, как говорится, в Советское время, когда совершенно откровенно декларировалось: "Государство превыше всего, интересы личности должны подчиняться". Но, помните, раньше думали о родине, а потом о себе. Вторая причина. У нас 99 процентов судей рекрутируются из правоохранительной системы. Из органов, для которых права человека - это что-то такое третьестепенное, они существуют в другой системе координат. Это переносится на рассмотрение дел.
Леонид Никитинский:
Ну, на самом деле, мы стараемся коллекционировать примеры другого рода, и они тоже есть. Из регионов приходят очень интересные решения. Когда мы дойдем до новостей, мне удастся вас в этом убедить, я надеюсь. Теперь мне бы хотелось перейти к теме передачи - к Кодексу об административных правонарушениях. Что это за документ, насколько он соответствует своему времени? Что изменится с первого июня нынешнего года, когда вступят действия, если я не ошибаюсь, нового административного кодекса?
Виктор Похмелкин:
Да, вы совершенно правы, мы вот довольно долго работали над новым кодексом об административных правонарушениях, это была очень не простая процедура. Конечно, прежний кодекс, принятый еще в середине 60-х годов, устарел безнадежно. Устарел идеологически, поскольку он сориентирован на государство, как мы с вами уже говорили, административную систему, а не на граждан. Устарел процессуально, материально. Те санкции, которые были предусмотрены, они просто даже экономически не вязались ни с чем. Наконец, он стал противоречить Конституции. Вот один из фактов мы сейчас нашли с вами. Вот по всем этим параметрам, мне кажется, прошла большая чистка, кодекс приведен в соответствии с Конституцией. В нем наиболее вопиющие положения устранены, тем не менее, на мой взгляд, он еще не выдерживает критики с последовательных правозащитных, либеральных позиций. Там еще есть положение, которое, на мой взгляд, требовалось бы совершенствовать.
Леонид Никитинский:
А вот еще есть такой специальный вопрос. Я знаю, что в думе были большие споры об административном кодексе. В частности, национальный антикоррупционный комитет давал заключение о том, что многие нормы этого кодекса, которые содержат так называемые "вилки", то есть слишком расплывчатые санкции, провоцируют коррупцию. В частности, это в большой степени относится к органам таможни, к службе дорожного движения. Вот в этом направлении в новый кодекс внесены какие-то новые изменения?
Виктор Похмелкин:
Это была очень большая дискуссия. Здесь есть два похода. Первый: давайте, устроим абсолютно определенные санкции, то есть точную сумму штрафа, который надо взимать за конкретные правонарушения. Понятно в чем плюс этого подхода - никакого произвольного усмотрения. В чем минус? В том, что разные люди совершают правонарушения, обстоятельства разные и, следовательно, никакой дифференциации здесь не происходит. Вот, скажем, если говорить об экономических правонарушениях. Одно дело малый предприниматель, другое дело крупное юридическое лицо. А санкции для них примерно одни и те же. Поэтому все-таки, в конце концов, возобладала точка зрения, чтобы сохранить некий люфт, некую дифференциацию, но предусмотрели, что наиболее суровые санкции должен принять суд в гласной судебной процедуре.
Леонид Никитинский:
То есть правоприменителем должен быть суд.
Виктор Похмелкин:
Должен быть суд. И, во-вторых, даже если санкцию применяют административные органы, какое-то должностное лицо, то всегда у гражданина есть право обжаловать это решение в суд, и до судебного рассмотрения этот акт в силу не вступает, не применяется. Так что какие-то гарантии мы все-таки предусмотрели, но практика покажет, насколько мы оказались правы или ошиблись. Потому что, конечно, угроза коррупции при таком подходе выше, чем, если санкции были абсолютно определенными.
Леонид Никитинский:
Тем более что причины коррупции, в отличие от национального антикоррупционного комитета, я высматриваю не в кодексах, скорее в психологии людей или в экономике.
Виктор Похмелкин:
Конечно, кодекс как-то мог повлиять на это, но, в общем, влияние это не нужно преувеличивать.
Леонид Никитинский:
Наш корреспондент Михаил Саленков подготовил краткую справку о том, как проходил Кодекс об административных правонарушениях в законодательных органах.
Михаил Саленков:
Работа над новым Кодексом об административных правонарушениях началась еще в 1992 году. Государственной думой он был принят в конце 2001-го, вступает в силу с первого июля 2002-го. Совет Федерации отверг первоначальный вариант кодекса, усмотрев в нем множество статей, нарушавших права человека и вернул его в думу на доработку. Однако и доработанный вариант был отвергнут. Но теперь уже президентом. Доработкой кодекса занималась согласительно комиссия.
Новый кодекс расширяет перечень обстоятельств, смягчающих административную ответственность. Он изменяет не только порядок и размеры административных штрафов, но и затрагивает вопрос компетенции рассмотрения дел об административных правонарушениях. К примеру, в пятом пункте первой статьи вводится принцип презумпции невиновности. Теперь не вы должны оправдываться, а вам будут доказывать вашу вину. Любое сомнение - в пользу подозреваемого. В двенадцатой главе, предусматривающей ответственность за нарушение правил дорожного движения, ликвидирована балльная система правонарушений, запрещен повторный техосмотр. Штраф за нарушение правил дорожного движения, не превышающий размера одной минимальной оплаты труда, вносится в банк или иную кредитную организацию вместо штрафа на месте.
Новый кодекс повысил размеры штрафов за некоторые правонарушения. За управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения теперь будет взиматься от 10 до 20 минимальных оплат труда или, как прежде, лишат на год водительских прав. Прав, кстати, теперь можно лишиться и за выезд на встречную полосу. По оценкам юристов, новый кодекс содержит ряд положений, по которым нет четких определений. К примеру, примечанием к 12-ой статье устанавливается запрет на проведение инструментальной проверки при гостехосмотре. Однако понятие "инструментальная проверка" не содержится ни в одном нормативном документе. Споры вокруг кодекса продолжаются.
Леонид Никитинский:
Меня вот очень заинтересовала презумпция невиновности. Мне трудно себе представить, как, скажем, наша милиция будет применять презумпцию невиновности, которая ей чужда по крови.
Виктор Похмелкин:
Я думаю, что это все-таки для судебного рассмотрения административных дел. Как мы с вами уже говорили, любое дело в конце концов может оказаться в суде. И вот здесь суд всегда должен руководствоваться презумпцией невиновности. И это означает (в принципе), что если меня привлекают к административной ответственности, то я ничего не должен доказывать.
Леонид Никитинский:
Как в уголовном процессе.
Виктор Похмелкин:
Да, и это абсолютно правильный подход, потому что принципы уголовного и административного процесса должны быть одними и теми же.
Леонид Никитинский:
Теперь я предлагаю послушать новости, которые поступают к нам из региональных судов по каналам Агентства судебной информации. С новостями нас познакомит наш корреспондент Марьяна Торочешникова.
Марьяна Торочешникова:
Новгородская область. В марте 2001 года в Боровичах был арестован Александр Артющик, обвинявшийся в бандитизме и покушении на убийство. Следствие по делу продолжалось более 10 месяцев. И все это время Артющик находился в следственном изоляторе. Однако в конце 2001 года обвиняемый обжаловал меру пресечения в Новгородском городском суде, попросив изменить содержание под стражей на подписку о невыезде.
Судья Светлана Тузикова удовлетворила жалобу, уменьшив объем обвинения и указав, что Артющику предъявлено обвинение только в покушении на умышленное убийство. В тот же день Артющик исчез в неизвестном направлении. В настоящее время он объявлен в федеральный розыск.
Судебная коллегия по уголовным делам областного суда отменила это постановление. Кроме того, прокурор области обратился в Квалификационную коллегию судей Новгородской области с представлением, в котором предлагал решить вопрос о досрочном прекращении полномочий судьи Тузиковой. Это представление было рассмотрено квалификационной коллегией судей Новгородской области 1 марта 2002 г. Полномочия судьи Тузиковой прекращены досрочно в связи с проступком, не совместимым со званием судьи.
Екатеринбург. Кондуктор Елена Ломцева работала на автотранспортном предприятии № 4 Екатеринбурга три года, входила в состав Комиссии по трудовым спорам и возглавляла Свободный профсоюз работников транспорта. А когда профсоюз начал обращаться в суд с исками к руководству предприятия и жалобами в Рострудинспекцию, Ломцеву уволили за утрату доверия и причинение предприятию материального ущерба в размере 6 рублей, якобы в результате продажи пассажирам ранее использованных билетов.
Тогда Ломцева обратилась в суд, требуя восстановления на работе и компенсации за вынужденные прогулы.
В ходе рассмотрения дела выяснилось, что большинство документов, представленных ответчиком, были сфальсифицированы. 4 февраля 2001 года Железнодорожный районный суд Екатеринбурга признал увольнение профсоюзного лидера незаконным, и восстановил Ломцеву на работе.
Иваново. В результате ДТП, случившегося в марте 2001 года, были разбиты два автомобиля, принадлежащие Баушину и Новожилову. Прибывшие на место происшествия сотрудники ГИБДД признали виновными в аварии обоих водителей, которых и оштрафовали.
Однако прокурор Иванова Иван Крупин счел не верным привлечение Баушина к административной ответственности и обратился в суд с заявлением об отмене постановления начальника Отдела ГИБДД по делу об административном правонарушении. Но судья Рябцева, указав, что прокурор может опротестовать лишь противоречащие закону правовые акты, постановление таковым не признала. Прокурор, защищая интересы Баушина, обжаловал это решение суда.
На сей раз, суд установил, что причиной ДТП стали неправомерные действия второго участника аварии - Новожилова. Это он нарушил правила, совершая обгон. Заявление прокурора было удовлетворено, постановление Отдела ГИБДД города Иваново о привлечении к административной ответственности Баушина отменено. Теперь сам Баушин намерен обратиться в суд с иском к ГИБДД о компенсации ему морального вреда.
Леонид Никитинский:
Наиболее точно в тему нашей передачи ложится случай из города Иваново. Тем не менее, мне бы хотелось, чтобы наш гость сначала прокомментировал другие новости.
Виктор Похмелкин:
Конечно, отрадно слышать подобного рода факты, что справедливость торжествует, что граждане выигрывают спор в борьбе с государственными органами, что работники прокуратуры встают на защиту гражданина.
Леонид Никитинский:
А меня это насторожило.
Виктор Похмелкин:
Вы знаете, такое тоже бывает. Хотя, к сожалению, практика и мой собственный опыт показывают, что чаще всего бывает наоборот. Прокурор обычно отмахивается от гражданина, как от назойливой мухи, тогда как за интересы государства, мнимые, на мой взгляд, они вступаются гораздо охотнее. Или за интересы коммерческих структур, что еще тоже бывает достаточно часто. Это все свидетельствует о том, что даже несовершенная судебная система, даже несовершенная демократия дает определенные возможности для защиты наиболее энергичных граждан, тем, кто не мирится с несправедливостью, пытается бороться за свои права. Ясно, что сегодня, допустим, совершенно невозможно выиграть правовой спор у администрации президента, очень трудно выиграть спор у губернатора, если он, конечно, не поссорился с высшей федеральной властью, у мэра, если, опять же, его поддерживают вышестоящие структуры. Но каких-то конкретных случаях: у налоговых органов, у органов милиции такой спор выиграть можно. Это большой шаг вперед, потому что в советское время это было абсолютно невозможно, если, конечно, власть не допускала некоего люфта, а она его иногда допускала.
Леонид Никитинский:
Мы стараемся это доказывать в нашей передаче. Но мне бы хотелось другие новости, кроме Ивановской, тоже коротко обсудить. Вот, в частности, случай с восстановлением на работе. Тогда суд рассматривал дело еще по старому Кодексу законов о труде. Как известно, недавно принят новый. Что изменилось (на примере данной ситуации) в трудовых правоотношениях?
Виктор Похмелкин:
Вы знаете, в трудовых отношениях суды давно уже исходят из презумпции невиновности работника. Надо отдать должное им. И, как правило, где-то 80 процентов дел решаются в пользу работника, когда у работника хватает мужества, сил, нервов дойти до конца. В этом смысле меня данное дело не удивило. Я полагаю, что новый трудовой кодекс, по меньшей мере, не ухудшает положение работника. Я, правда, боролся за радикальную поправку о том, что во всех спорах между работодателем и работником в суд должен обращаться работодатель. То есть, иначе говоря, не имеет права работодатель уволить работника по любому основанию, тем более за нарушение трудовых обязанностей.
Леонид Никитинский:
Это очень радикально.
Виктор Похмелкин:
Это - очень радикально, но, на мой взгляд, тогда и споров было бы меньше.
Леонид Никитинский:
Это - не "правая" позиция, скорее - "левая"?
Виктор Похмелкин:
Это либеральная позиция. Потому что она идет от человека, от его интересов. Она исходит из презумпции невиновности гражданина в споре с какой-то организацией. Это - принцип. И самое главное, что тогда, конечно, намного было бы меньше трудовых споров, потому что, если работник виноват, то по суду уволить - это совсем другая история. Это, фактически, "белый билет". Гораздо проще было бы договориться. Не поддержали меня. Но судебная защита предусмотрена, каждый трудовой спор может быть перенесен в суд, и, в общем, бремя доказывания возложено на администрацию предприятия, учреждения, организации. В этом смысле, гарантии трудовых прав работников, на мой взгляд, не поколеблены, и, я надеюсь, что судебная практика будет этой линии следовать.
Леонид Никитинский:
Если говорить еще об одном примере, который здесь фигурировал, о лишении полномочий судьи, то это доказывает, что в судах царит, к сожалению, не только справедливость, и мы в нашей передаче не закрываем на это глаза.
Виктор Похмелкин:
К сожалению, пока квалификационные коллегии очень часто используется для расправы с судьями. Такие факты есть у меня. Самый известный - это история с Сергеем Пашиным (на мой взгляд, одним из самых лучших юристов в стране), с которым просто расправились в ситуации, когда он попытался проявить независимость и самостоятельность при отправлении правосудия.
Сейчас новый закон, который принят по инициативе администрации президента, ужесточил требования к судьям и усилил полномочия квалификационных коллегий. С моей точки зрения, в нынешних условиях это будет не во благо правосудию, а во вред. Хотя, конечно, что там говорить, судьи у нас не ангелы, и сегодня усилить их ответственность необходимо, но при соблюдении гарантии того, что это будет все-таки не расправа, а возмездие за совершенное нарушение закона.
Леонид Никитинский:
Мне бы хотелось поговорить еще об административной юстиции, но мы этот разговор перенесем на следующую передачу.