Долг — Родине

Регионы снижают выплаты военным, но обещают им списание кредитов

— Есть для вас предложение: через город Тамбов. Там хорошие командиры, и в штурма практически никого не ставят. Единовременная выплата — 3 миллиона, зарплата идет от двухсот пятидесяти.

— А там какой род войск, чего они делать-то будут?

— А там это уже все командир решает. Либо через Владимир можно, там 2 миллиона 500 тысяч единовременно.Очередной вербовщик попадает на нас с холодным звонком — предлагает отправить мужа на СВО. Такое у нас уже было — «Новая» недавно рассказывала, как рекрутеры-частники, прикидываясь сотрудниками военного ведомства, агитируют записываться на контракт строго при их посредничестве.

Тогда мы выставили хедхантеру сложные условия: возраст старше 60 лет, сопутствующие болезни и отсутствие военной специальности. Но все равно получили прайс-лист — выбрать предлагалось по величине единовременной выплаты, которую давали в том или ином регионе для таких кандидатов. Вторым, кроме денег, важным аргументом для отправки близкого человека в армию была мифическая возможность остаться «на второй линии» и избежать участия в штурмах. Вербовщик утверждал, что наличие посредника это якобы гарантирует. Он просто работал на собственный гонорар за поставку пополнения. Кто ж такие гарантии даст?

Спустя почти два месяца рекламные предложения изменились. Теперь хедхантер Лидия выплаты упоминает вскользь, акцент же делает на том, что контракт якобы будет срочным — по выбору человека:

— Контракт подписывается на год, на три, на пять — по желанию. Вот мой родственник ушел домой через год. Контракт у него закончился, он дома.

На самом деле в период никем не отмененной частичной мобилизации увольнение с воинской службы, как известно, невозможно. Однако женщина все равно настаивает: наш кандидат скоро вернется домой.

Но сколько бы он ни прослужил, главное — другое. Списание долгов на сумму до 10 млн рублей. Вот основной аргумент, которым пользуется Лидия. Она подробно описывает, как в военкомате военный юрист изучит наши проблемы и подскажет, как их решить. Понятно как — контракт подписать.

Картина напоминает навязчивую рекламу в соцсетях услуг по сопровождению банкротства, которая всегда начинается словами: «Сидела сейчас в очереди, вбежала женщина в слезах — коллекторы замучили…» В финале этой шаблонной истории получившая от автора ценный совет счастливица уже без долгов выходит из кабинета юриста. Вот так будет и с нашим новобранцем…

Это правда: с 1 декабря 2024 года закон предусматривает списание просроченных кредитов до 10 млн рублей для участников СВО и их супругов. Убийственный аргумент: суммарная просроченная задолженность россиян в ноябре достигла 1,5 трлн рублей, это на 400 млрд больше, чем годом ранее. Растет не только объем просрочек, но и доля заемщиков, которые вообще перестают платить, даже частями. По ипотеке просроченная задолженность — 177 млрд рублей, это максимум за пять лет.

Сколько всего долгов прощено за год, неизвестно, но вот за первые три месяца действия закона приставами было закрыто 12 тысяч дел по взысканию долгов с участников СВО и еще 1,4 тысячи в отношении их жен.

А в середине февраля директор ФССП Дмитрий Аристов сообщал о списании кредитных долгов 5 тысячам участников СВО на сумму более 3 млрд рублей.

Долговая амнистия для участников СВО, которую они получают сразу по заключении контракта, попадает точно в целевую аудиторию, и на этом фоне не так болезненно выглядит сокращение обещанных им сумм.

Между тем, если сравнить нынешние подъемные с прошлогодними, заметна разница. Губернаторы начали активно уменьшать выплаты, которые шли из региональных бюджетов.

В июле прошлого года мы изучали темпы роста этих выплат: за время СВО они увеличились в 20 раз. Это было похоже на соревнование, ведь количество завербованных на контракт стало показателем качества работы губернаторов.

Но деньги кончаются. От федеральных властей при подписании контракта полагается 400 тысяч рублей, эта сумма неизменна. А вот «губернаторские» съеживаются на глазах.

В Марий Эл при заключении контракта еще недавно платили 3 млн. Сейчас — 400 тысяч (мы говорим здесь только о суммах из бюджетов субъектов федерации). В Чувашии контрактник получал из республиканской казны более 2 млн, сейчас — те же 400 тысяч. И в Оренбургской области теперь дают 400 тысяч вместо 3 млн. В Самарской — аналогично, там подъемные были самыми высокими в стране — 3,6 млн, а упали в пять раз. Фиксированные 400 тысяч новые контрактники теперь получают и в богатом Татарстане, и в бедной Еврейской автономии.

В Нижегородской области платят приличней — 1,5 млн, но и это вдвое меньше, чем несколько месяцев назад. Недавно губернатор Никитин сообщил, что в нынешнем году область потратила 14 млрд рублей на гуманитарную помощь и выплаты участникам СВО. При этом бюджет региона был утвержден с дефицитом 27,7 млрд рублей, который в течение года распух до 36,3 млрд руб.

В Ульяновской области платили 2,1 млн, теперь 500 тысяч.

В Саратовской области в августе выплаты выросли с 700 тыс. до 2,2 млн рублей, а в октябре упали до 450 тыс. Наверное, манипуляции с вознаграждением отражают динамику набора: если людей хватает, можно сэкономить, если нет — выплата резко поднимается.

Осенью некоторые регионы, очевидно, опасаясь резкого падения набора контрактников после снижения размера подъемных, рекламировали «горящие акции» с миллионными выплатами: в Тюменской области сулили до 3,4 млн (из них 400 тысяч федеральных) при визите в военкомат с 7 до 30 ноября. На днях срок действия «акции» продлили до конца года. Продлили и в Томске — 2 млн рублей на человека до 31 декабря.

Тоже до Нового года обещают по 2,6 млн Тамбовская, Московская и Тульская области. В ХМАО — до 3,1 млн. На днях Югра еще прибавила: теперь вместе с федеральными выплатами контрактник получит более 4,1 миллиона рублей, — это рекорд.

В Петербурге сохранили 2,5 млн для контрактников, но отменили выплату в 1,6 млн для граждан, которые поступают в отряды типа «БАРС», причем сделали это без шума — «Фонтанка» писала о скандале, когда барсовцы не получили ожидаемых денег, а о прекращении выплат узнали, только обратившись в отделы соцзащиты.

Экономить губернаторы начали еще летом, тогда один из думских ястребов депутат Журавлев осторожно предположил, что «можно сделать вывод, будто ресурсы страны постепенно исчерпываются». И добавил, что для патриота деньги — только бонус, «но точно не главная цель».

В совсем бедных регионах сокращать почти нечего. Два года назад псковский губернатор Ведерников объяснял, почему во вверенном ему регионе единовременные выплаты участникам СВО, равно как и некоторые дополнительные, не предусмотрены: «Если мы сделаем 100 тысяч, никому ни горячо, ни холодно, потому что в Питере 500 тысяч. Если в бюджете региона предусмотреть выплату за серьезное ранение в 250 тысяч, то это для нас 7 млрд рублей, для региона сумма неподъемная».

100 тысяч взяты не с потолка — такую выплату в регионе как раз назначали в 2022 году, но в 2023-м отменили. Однако уже в конце 2024 года Ведерникову пришлось-таки снова ввести выплату, и уже в размере 400 тысяч рублей. Сейчас такую минимальную сумму предлагают не менее чем в 21 регионе.

Еще один способ сэкономить — дифференцировать подъемные. Например,

в ЯНАО осенью выплаты до 400 тысяч рублей снизили только завербованным заключенным. А остальным, напротив, подняли до 3,1 млн. В Калмыкии заключенным предлагают 800 тыс. вместо обещанных для остальных 1,1 млн рублей.

Сокращение выплат контрактникам происходит на фоне дефицита бюджета, с которым, по данным «Ведомостей», столкнулась уже половина регионов. По итогам девяти месяцев они показали 169,2 млрд рублей дефицита (в прошлом году был профицит в 849,1 млрд рублей). Данные Минфина немного отличаются — в ведомстве утверждают, что совокупный дефицит по итогам девяти месяцев составил 139 млрд рублей.