Это цель и российских атак на энергетику, и украинских коррупционеров, и граждан Украины накануне зимы

Я пишу этот текст, когда в Киеве продолжается заседание суда по делу о возможной коррупции на контрактах Национальной атомной энергогенерирующей компании (НАЭК) «Энергоатом».

Мой компьютер работает от зарядной станции — период без света сегодня продлится до четырнадцати часов. Запасы воды в ведрах для технических, так сказать, нужд сделаны давно. При долгом отключении, особенно на верхних этажах, давление падает и из кранов текут тонкие струйки. Батареи стали снова холодными по локальной причине. В домовом чате сообщили: повреждены внешние сети, ремонтные работы будет проводить «Киевтеплоэнерго». Еще не зима, и ситуация с теплом критической не выглядит. Но практически еженощно энергетические объекты столицы, как и в других регионах, стараются «вынести» российские ракеты и дроны. И особенно противно понимать, что эти же объекты подвергались не менее сокрушительным атакам со стороны украинских государственных чиновников.

Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ) и Специальная антикоррупционная прокуратура (САП) провели операцию «Мидас» и обнародовали аудиозаписи разговоров участников масштабного разворовывания средств на строительстве в сфере энергетики. По данным НАБУ, схема была устроена достаточно примитивно и цинично.

Если частный бизнес хотел работать с «Энергоатомом», то есть продавать товары или предоставлять услуги, то он должен был заплатить от 10 до 15 процентов отката. Те, кто отказывались, не получали оплату и вылетали из списка поставщиков.

Среди действующих лиц на аудиозаписях прослушки — предположительно, бывший министр энергетики и нынешний министр юстиции Герман Галущенко, бывший вице-премьер Алексей Чернышов, бизнесмен и близкий соратник Владимира Зеленского времен студии «Квартал 95» Тимур Миндич, исполнительный директор «Энергоатома» Дмитрий Басов и еще несколько человек калибром поменьше. НАБУ и САП объявили о задержании пятерых людей, подозрения объявили восьмерым. Хотя не все фигуранты, как обычно, досидели в Украине до момента разоблачения. Миндич, например, успел покинуть страну. Галущенко пока просто отстранен от должности министра юстиции, его обязанности возложены на заместительницу министра Людмилу Сугак. Для Басова прокурор САП просит в качестве меры пресечения содержание под стражей с альтернативой залога в 45 миллионов гривен (примерно 924 тысячи евро).

Вот лишь один фрагмент корпоративного общения должностных лиц с позывными-кличками:

09.07.2025.

ТЕНОР: Так, по этим стройкам хотел поговорить с вами… Они планируют продолжать строить ебучие захисні (защитные сооружения). — Прим. ред.), цифры сумасшедшие. Мы будем еще что-то делать или закончим на том, что есть? И больше захисные споруды (защитные сооружения. — Прим. ред.) мы строить не будем?

РОКЕТ: Я бы подождал. Но, блядь, если честно, жалко денег, пустая трата.

ТЕНОР: Единственный вопрос в контексте того, чтоб защитить интересы компании, — это строить самим.

РОКЕТ: Но у нас же компании нету. Кипр же ж спрыгнул.

ТЕНОР: Не, одна есть, одна.

Наблюдательный совет НАЭК «Энергоатом» выпустил специальное заявление: с максимальной серьезностью относимся к недавним обвинениям в коррупции, созовем экстренное заседание, всесторонне оценим ситуацию и определим соответствующие действия. Президент Зеленский в вечернем обращении 10 ноября обобщенно заявил, что поддерживает расследование относительно коррупции в украинской энергетике, где фигурирует и его соратник. Персонально никого не назвал, но заметил: «Неотвратимость наказания необходима. Приговоры должны быть».

Заседание суда транслируют в прямом эфире. Те, у кого есть свет, могут смотреть.

Сумы: сидят на генераторах

Часть Сум временно, как сообщает «Сумыоблэнерго», сегодня, 12 ноября, обесточена из-за аварийного отключения на одном из энергообъектов. А с 10:00 часть города осталась без водоснабжения: коммунальщики остановили водозабор для его аварийного ремонта.

Также с 12 ноября приостановлено движение пассажирского поезда «Киев–Конотоп», которым удобно добираться из столицы до Сум. В последнее время россияне стали методично обстреливать железную дорогу: вокзалы, пассажирские составы. Во избежание большого числа жертв «Укрзалізниця» решила пойти на такой шаг. Это пока не транспортная блокада из соображений безопасности, маршрутки ходят по графику, но лишнее свидетельство экстремальной обстановки.

В самом городе воздушные тревоги звучат фактически непрерывно. По улицам курсируют полицейские машины с громкоговорителями, призывают граждан не покидать безопасные места. «Сумы. Взрыв», «Сумы. Взрыв» — сообщают телеграм-каналы.

У Наталии Даниленко, в прошлом преподавательницы вуза, ныне активной пенсионерки, квартира на первом этаже «хрущевки», и она подробно рассказывает мне, как организован быт семьи на фоне всего перечисленного:

— Отопление, слава богу, есть, включили в начале месяца. Тепло, даже жарко. С водой до сих пор особых проблем не возникало. Даже когда отключают, можно что-то нацедить. Вот когда я наш первый этаж оценила!

О дронах женщина рассказывает почти как о природном явлении:

— Сижу на диване, смотрю в окно, а он летит, низко-низко, прямо над нами. И в соседний дом…

По словам Наталии Васильевны, сумские школы после прошлогоднего периода «чистого» онлайна вернулись к смешанной форме обучения: три дня дети занимаются в убежищах, два дня — дистанционка.

— Но действует правило: после занятий в начальной школе родителя обязаны прийти и забрать ребенка, даже если дом совсем рядом.

Город сидит «на генераторах»: больницы, аптеки, стоматологическая поликлиника, магазины, банки, салоны красоты, кофейни — всё работает.

— Идешь по нашей центральной улице Харьковской, и рычание отовсюду. Только «Макдональдс» как ушел в начале большой войны, так и не вернулся, — замечает моя собеседница.

Когда нет электричества, часть троллейбусов украинского производства — «модных», то есть способных какое-то время ехать без контактной сети, — снимают штанги и продолжают движение как автобусы. Правда, происходит изменение, укорочение маршрута. Наталия Васильевна вспоминает, как в прошлую субботу, после особо громкой ночи с прилетами, собралась с приятельницей-поэтессой в библиотеку на заседание литературно-художественного клуба:

— Должны же быть в жизни светлые моменты! Созвонились, договорились, надо собираться. А нет ни света, ни воды. Что для женщины главное перед выходом? Прическа. По крайней мере, вымытая голова. Запасы воды были, газ есть, согрела. Спешим в библиотеку, рассуждаем: после такой атаки, наверное, люди не соберутся, будут отсыпаться. Ага, как раз! Аншлаг! Потом, по традиции, у нас посещение муниципальной галереи на улице Соборной. И галерея тоже работает!

Заключительный аккорд — кафе, полно народу, — смеется Наталия. — В Сумах даже афоризм появился: «Ничто нас так не объединяет, как облэнерго!»

Полтавская область: свалка стала спасением

Историк и краевед Юрий Кононенко в последние годы живет в родительском доме, в старом казацком селе Макухивка, в пяти километрах от Полтавы.

— Сколько себя помню, люди выступали против этой местной беды, Макухивской свалки, где еще и завод по переработке мусора, — говорит он. — Но сейчас единственная линия электропередачи, которая ведет к мусорному полигону, поневоле сделала село исключением из правил. У нас практически не бывает отключений света: свалка же относится к критической инфраструктуре.

Конечно, во время обстрелов (а Полтавскую область, начиная с лета, россияне жестко атакуют: к ударам по энергетике добавились удары по газовым месторождениям, логистике и предприятиям нефтегазовой отрасли) напряжение в спасительной Макухивской линии падает. Но ситуацию не сравнить, например, с городом Горишни Плавни, где полностью отсутствует свет, газ и тепло.

Полтавская область остается ключевой для украинской газодобычи: вместе с Харьковской она обеспечивает 88 процентов общей добычи газа в стране. Эксперты опасаются: газ, заложенный в хранилища, еще не гарантия того, что в январе–феврале ситуация не начнет усложняться. И основную угрозу видят не столько в нехватке топлива, сколько в возможностях его доставки.

В селе, где живет Юрий Кононенко, крупных потребителей электроэнергии нет, а для двух небольших лесопилок и подсобных хозяйств (в Макухивке чуть больше 800 человек) ресурса хватает.

— Вода из скважин или колодцев, у многих в домах печи. С началом войны заметно, что из Полтавы стали перебираться к нам, покупать здесь хаты, сажать огороды, — рассказывает Кононенко. — Работать в городе, а ночевать в селе, в относительно комфортных и спокойных, с учетом войны, условиях — почти курортный вариант.

Правда, за два километра от Макухивки находится Южный вокзал и железнодорожная инфраструктура, которую россияне тоже стараются уничтожить ракетами и дронами. На днях Юрий ездил по делам в Полтаву и обратил внимание: центр города отключают по графику, на улице стоит гул от генераторов. Троллейбусы в такие периоды не ходят, но хорошо развита сеть маршруток.

Историк Кононенко подчеркивает не без юмора: указом Петра 1 в 1718 году Макухивка была напрямую подчинена Полтавской ратуше, а позже магистрату.

— Крепостных у нас практически не было. Только казаки, свободные, воинственные и изобретательные. Их потомки пошли работать на железную дорогу. Рассчитывать, что мы себя не сможем защитить, — историческая ошибка.

Киев