Мастер тусклой палитры

Умер Крис Ри — автор самого неочевидного рождественского хита. Всю жизнь он будто специально избегал популярности, но все же остался в истории музыки. И вот почему

22 декабря умер британский певец и гитарист Крис Ри, ему было 74 года. Семья сообщила, что он умер после болезни (в 1990-е годы музыканту диагностировали онкологическое заболевание, в 2001 году ему удалили поджелудочную железу, в 2016-м Ри перенес инсульт). Все это время он продолжал заниматься музыкой. Автор самого неочевидного рождественского хита «Driving Home for Christmas», Ри будто специально избегал чартов, работая в жанре adult contemporary — то есть, буквально, «музыки для взрослых», которую многие молодые слушатели посчитали бы скучной. За свою карьеру Крис Ри записал 25 студийных альбомов, два из которых — «The Road To Hell» (1989) и «Auberge» (1991), тем не менее возглавили в свое время британский хит-парад. Музыкальный критик Лев Ганкин по просьбе «Медузы» рассказывает о судьбе музыканта — и о его виртуозной игре на гитаре.

Криса Ри не стало за несколько дней до Рождества. Автор самого маловероятного рождественского хита — песня «Driving Home for Christmas» (1986) была невзначай сочинена им в автомобильной пробке, а сам артист не собирался ее выпускать и почти тридцать лет после этого не играл ее на концертах — не дожил самую малость до семьдесят четвертого Рождества своей жизни. Впрочем, за пару месяцев до этого Ри успел выпустить праздничный сборник, собрав под одной обложкой тематические композиции из своего репертуара — не только «Driving Home», но и, скажем, «Footsteps in the Snow» или «Winter Song». Пластинка оформлена как почтовый конверт: в правом верхнем углу три марки — с изображением самого артиста, рождественской елки и электрической гитары, главного оружия музыканта.

На гитаре он начал играть сравнительно поздно — в 21 год. До этого сын итальянца, владевшего в Мидлсбро сетью киосков мороженого, подрабатывал в отцовской лавке и планировал стать журналистом. Музыка вошла в его жизнь незаметно — Ри как будто долго не мог поверить, что именно она станет его профессией. Даже в 1980-е, после выхода нескольких не слишком успешных записей, он все еще готов был в любую минуту бросить это занятие — подумывал вместо изнурительной студийной и концертной работы открыть итальянский ресторан.

Разочарованный слабыми результатами предыдущих пластинок, лейбл Ри отказался платить за полноценную студийную запись альбома «Water Sign» (1983), согласившись лишь дешево и сердито напечатать сыгранные музыкантом в одиночку демоверсии песен. Однако релиз внезапно «взлетел» — и у артиста началась белая полоса. В следующие семь лет Ри выпустил и «Driving Home for Christmas», и изданный даже в СССР на «Мелодии» популярный альбом «On the Beach» (1986), и, наконец, две пластинки, вознесшие его на вершину британского хит-парада: «Road to Hell» (1989) и «Auberge» (1991).

Ретроспективно это выглядит как весьма необычная карьерная траектория. Ри — артист классик-рокового поколения: в своей первой группе он сменил у микрофона Дэвида Ковердейла, ушедшего петь в Deep Purple. Многие звезды примерно одного с ним возраста именно во второй половине 1980-х переживали тяжелый творческий кризис: сказывалась и «усталость материала», и несовместимость их сочинительского стиля, восходящего к рок-музыке 1960-х (а оттуда — еще дальше в прошлое: к блюзу и ритм-энд-блюзу), с новейшими продюсерскими трендами: электронными тембрами и квантизацией бита. Однако Ри, как будто наоборот, только этого и ждал — в спрямленных восьмидесятнических аранжировках его композиции, как правило, звучат даже органичнее, чем в более старомодных версиях.

Примером может служить песня «Josephine», посвященная старшей дочери музыканта. В первом издании альбома «Shamrock Diaries» (1985) она была выполнена в жанре софт-роковой баллады, но в переиздания с согласия самого артиста включали другой вариант — с ровным диско-битом. Третья же версия, с пролонгированным инструментальным вступлением и элементами того, что позже назовут «French touch», предназначалась для континентального рынка, но затем причудливо вернулась в британскую действительность, снискав популярность на эйсид-хаус-вечеринках. У Криса Ри часто выходило именно так — что с «Driving Home for Christmas», что с «Josephine»: его работы выстреливали как будто помимо авторской воли.

Вероятно, история с хаус-версией «Josephine» — единственный или почти единственный случай превращения песни Ри в, условно говоря, модную музыку. Вообще-то он никогда не был модным артистом — о нем не писала хипстерская пресса, на его песни редко делали кавер-версии другие артисты, их почти не семплировали популярные продюсеры (если не считать шлягера поздней ельцинской эпохи «Вот лето пролетело и ага» группы СТДК). Внеположность трендам отличала его записи с первых дней карьеры: «Простые и вместе с тем задушевно-поэтичные песни Ри не очень соответствуют „жесткой“ моде конца 1970-х годов», — писал в сопроводительном тексте к советскому изданию альбома «On the Beach» критик Дмитрий Ухов, тоже по трагическому совпадению ушедший из жизни именно в этом году.

«Песни Криса Ри редко попадают в списки популярности ведущих музыкальных изданий мира», — констатировал автор статьи о музыканте в советском журнале «Кругозор». Я должен не без смущения признаться, что в юности, будучи охотником за всякими психоделическими диковинами, относился к Ри с пренебрежением, более того — путал его с другими популярными в СССР и России 1990-х Крисами: де Бургом и Норманом (из группы Smokie).

Пожалуй, меня отчасти оправдывает то обстоятельство, что шестнадцатилетний я никоим образом не был целевой аудиторией Криса Ри. Его сочинения обычно прописывают по ведомству adult contemporary — вероятно, самого немодного из всех существующих в природе жанров. И по крайней мере первое слово в этой дефиниции определенно находится на своем месте: творчество Ри — это в самом деле музыка для взрослых. Существуют старые фотографии, на которых артист запечатлен в «рокерском» образе — в майке-алкоголичке, с зажигательной гримасой на лице и гитарой наперевес. Но большинство из нас представляет себе музыканта совсем другим: сдержанным, немногословным, избегающим резких движений и произносящим своим характерным хрипловатым баритоном в микрофон какой-нибудь романтичный текст. Песни Ри — не про секс-наркотики-рок-н-ролл, а про счастливую семейную жизнь (помимо «Josephine», у него есть «Julia» — посвящение второй дочери, а также, например, «Stainsby Girls» — воспоминание о школе, в которой он познакомился с будущей женой). И еще про дорогие автомобили — его давнее и стойкое увлечение.

Взрослея, понимаешь, что Крис Ри — выдающийся мастер тусклой палитры, виртуоз приглушенных тонов. Самое яркое пятно в его творчестве — это полосатый шарф, в котором он сфотографирован для обложки первого альбома «Whatever Happened to Benny Santini?». Бенни Сантини — это сам Ри: лейбл полагал, что ему нужно придумать броский псевдоним с экзотическим итальянским флером, но артист настоял на использовании настоящего имени, а предложенный псевдоним обыграл в заголовке пластинки. Для хитмейкера — а на один хит он сподобился уже тогда, на начальном этапе карьеры: это была песня «Fool (If You Think Itʼs Over)» — артист прямо-таки парадоксально стремился оставаться незаметным, не бросаться в глаза.

Такое поведение — нонсенс для рок-музыки, но, наоборот, естественная стратегия для adult contemporary: искусства, призванного сопровождать, а не менять жизни; встраиваться в действительность, а не отвлекать от нее. Ри был уроженцем Мидлсбро, и название этого провинциального английского города словно бы наложило отпечаток на его творчество, часто вписывавшееся в радиоформат, который принято обозначать аббревиатурой MOR («middle of the road»).

И все же был один аспект, в котором артист, как ни старался, не смог избежать блеска, — и это гитарная игра.

Характерное звучание слайд-гитары Криса Ри — что в ранних софт-роковых работах, что в зрелых поп-хитах — мгновенно выделяет его из сонма соседей по плейлистам в стриминговых сервисах. Разумеется, Ри, в полном соответствии со своим темпераментом, — экономный инструменталист: он не ошарашивает нас стремительным каскадом нот. Однако каждый звук в его партиях неизменно находится на своем месте, а скольжение слайда по струнам добавляет самым прямолинейным записям терпкий блюзовый привкус. Именно электрическая гитара — куда в большей степени, чем вокал, — становится в песнях Ри основным средством трансляции эмоционального содержания: сомнения и утешения, горечи и надежды.

В глубине души Крис Ри всегда был блюзменом — даже когда пел сентиментально оркестрованные баллады или мейнстримные поп-песни эпохи расцвета MTV. На склоне лет, изрядно настрадавшись от разнообразных недугов (язва желудка, перитонит, рак поджелудочной железы, сахарный диабет, инсульт), он позволил себе приникнуть к корням, оставив большой шоу-бизнес и принявшись выпускать частным образом блюзовые пластинки. Кульминацией стал 11-дисковый сборник «Blue Guitars» (2005), изданный в комплекте с книгой рисунков Ри — нескончаемое и столь же бесконечно трогательное признание в любви музыке, на которой вырос артист, структурированное как таймлайн жанра: от песен африканских рабов до современного электрического блюза.

Наверное, надо признаться: я не слышал этот десятичасовой бокс-сет целиком. Но я точно знаю — записывая его, Крис Ри был счастлив.

Лев Ганкин