Борцы всемогущие?

Жительница Кызыла выжила после того, как депутат выстрелил ей в лицо. В полиции нападавший заявил, что так защищался от банды убийц

Около часа ночи 4 ноября прошлого года на пороге республиканской больницы Кызыла появилась молодая женщина. Ее лицо было в крови, капли текли из раны на щеке — на меховой воротник пальто, на пальцы с коричневым маникюром. Перед тем, как потерять сознание, женщина прошептала врачам, что в нее стрелял депутат Верховного Хурала Тывы, известный в республике борец Саян Ондар. Вслед за ней в больницу обратились трое парней с огнестрельными ранениями. Они не захотели называть свои имена и фамилии.

В ту ночь во дворе одного из ресторанов столицы Тывы произошла драка и перестрелка. В вооруженном конфликте участвовали известные в республике люди — чиновники, депутаты, титулованные спортсмены. Депутат республиканского парламента выстрелил из травматического пистолета в голову жительнице Кызыла Аяне Бавуу-Сюрюн, при этом он остается на свободе. Есть другие раненые, стрелявшие в них тоже не наказаны.

«Люди Байкала» разбирались: что произошло в ту ночь в ресторане и как получилось, что в центре столицы республики высокопоставленные гости праздника устроили шутер, и им за это почти ничего не было.

«Была обычная вечеринка»

3 ноября 2024 года около двух сотен человек собрались «обмывать» новый титул 29-летнего борца Айдына Монгуша. Он победил в турнире на празднике животноводов «Наадым». Как самый сильный в национальной тувинской борьбе хуреш Монгуш получил титул Чаан Моге — «борец-Слон». В честь этого звания Айдын организовал соревнования по борьбе и стрельбе из лука в спорткомплексе «Субедей». Оттуда гости поехали праздновать в ресторан «Гранд сити». За столиками украшенного к торжеству банкетного зала расселись борцы, их семьи, депутаты Верховного Хурала, чиновники. Посторонних в ресторане не было, на торжество собрались друзья и родственники.

Аяна Бавуу-Сюрюн — двоюродная сестра борца Айдына, пришла на праздник с мужем Эртине. На фотографиях с торжества она позирует в воздушном черном платье. Гости фотографировались на фоне подсвеченного плаката с фотографией борца Айдына Монгуша. На полотне высотой больше двух метров Айдын изображен в борте, национальной шапке, и костюме борца — маленьком жилете на голое тело, содак, и плавках-шуудак. Борец смотрит перед собой, уперев руки в бедра.

Как и всегда на таких праздниках, ведущие шутили и произносили тосты, выступали национальные певцы и танцоры. Гвоздем программы было дефиле моделей в стилизованных национальных костюмах с высокими шапками. В национальном костюме — ярко-синем тоне, это длинный халат с запахом, вышел к гостям хозяин торжества, борец Монгуш. Многие приглашенные тоже были в национальных одеждах.

«К концу программы осталась в основном молодежь. Нам было весело. Кушали, выпивали, танцевали. Обычная вечеринка», — вспоминает Аяна. Ближе к концу праздника она позвонила своему родственнику, который остался сидеть с пятилетней дочерью Каролиной. Аяна попросила его вместе с дочерью приехать к ресторану на такси, чтобы потом отвезти их с мужем домой на машине. Она не хотела садиться за руль выпившей.

Гости стали выходить на улицу. На парковке были слышны крики. Спорили директор агентства по туризму Тывы Буянзак Тулуш и директор строительно-транспортной компании Кежик Болат-оол — двоюродный племянник борца Монгуша. Аяне он тоже двоюродный племянник.

Аяна говорит, что не стала вникать в суть ссоры, решила что «речь шла о чем-то несущественном». Один другого задел в танце. Борцы посчитали это оскорблением. Сначала кричали на ее племянника, директора компании Кежика Болат-оола. Потом стали избивать. Среди нападавших был и хозяин торжества, родственник Аяны и Кежика борец Айдын Монгуш. Аяна попыталась увести Кежика, посадить в машину. К ней несколько раз подходил муж Эртине, просил не вмешиваться в «мужской конфликт».

«Я пыталась отодвинуть Кежика. Говорила: поедем домой, завтра разберетесь», — объясняет Аяна. Она говорит, что в перерыве между потасовками Кежик успел позвонить своему водителю Киму Ховалыгу и сказал ему приехать за ним к ресторану.

Водитель приехал с несколькими друзьями. «Мальчики вышли, я отошла от них к другой машине, их приехало две. Тогда начали стрелять», — вспоминает Аяна. Она говорит, что не видела, кто выстрелил первым. Когда началась перестрелка, многие побежали к своим машинам, женщины завизжали. Но и тогда Аяна не поехала домой, а пошла за Кежиком.

Когда Аяна вернулась, увидела, что борцы вместе с Айдыном Монгушем избивали Кежика, роняли его на землю. Депутат Саян Ондар угрожал ему пистолетом. Аяна хотела защитить своего племянника Кежика, поэтому села в его машину и закричала, чтобы он тоже садился и уезжал. В какой-то момент Кежик вырвался от избивавших его борцов, сел на водительское сиденье и завел двигатель. Но отъехать они не успели. К машине со стороны водителя слева подбежал депутат Саян Ондар, в руках держал пистолет.

Саян кричал «Убью!» и нажимал на курок до тех пор, пока не закончились пули. Кежик закрыл голову руками, одна пуля попала ему в правое предплечье. Еще одна прилетела Аяне в лицо. Третья пуля пробила правое окно двери. Аяна увидела, как разлетаются осколки стекла и почувствовала одновременно — левую щеку обожгла резкая боль.

«Выстрелили! В меня выстрелили», — кричала по-тувински Аяна. Она вышла из машины, дошла до мужа, который стоял у багажника, и потеряла сознание. Когда пришла в себя по дороге в больницу, позвонила матери Кежика. Сказала, чтобы та ехала спасать сына. Кежик оставался в машине.

«Стрелял, потому что защищался от банды»

Борец и брат Аяны Айдын Монгуш в первые же часы пришел в больницу к сестре. Аяне сделали исследование на рентгене, она ждала врача в смотровом кабинете и была изумлена, когда брат появился. Он попросил сказать врачам и следователям, что в нее стреляли «приехавшие парни, хулиганы», а не депутат Саян. Аяна отказалась. Когда шок прошел, у Аяны упало давление, она потеряла сознание, сутки провела в реанимации. Следующую попытку убедить Аяну сделал сам депутат.

«Саян предложил 1,5 миллиона рублей за то, чтобы я изменила показания, Сказала, что я сильно испугалась, из всей толпы я знала только его, поэтому и назвала его», — рассказала Аяна. Она сказала, что есть видеозаписи с камеры наблюдения ресторана, на ней видно, что стрелял Саян Ондар. Он ответил: если она согласится помочь, запись удалят, рассказала Аяна.

Новость о перестрелке стала расходиться по каналам. Местные сообщества и федеральные начали распространять видео из больницы, на нем Аяна плачет и пытается руками поймать капли крови, которые вытекают из раны в щеке. На записи слышно, как ее муж Эртине называет имя стрелявшего — Саян Ондар. Договориться с Аяной не получилось, депутат написал явку с повинной.

Депутат Саян Ондар пошел в полицию и признался, что он выстрелил в Аяну. Но сделал это случайно, так как не видел ее в машине. А стрелял он, потому что защищался от банды, которая хотела его убить. Он и сам пострадал: получил четыре ранения, в том числе в голову. После этого побежал за одним из членов банды, предпринимателем Болат-оолом. Ондар объяснил, что хотел поймать опасного преступника и передать полиции.

Предпринимателя Кежика Болат-оола, его водителя Кима Ховалыга вместе с товарищами, братьями Ай-Суруном и Айсланом Иргитами, задержали и отправили в СИЗО. В мае сотрудники Следственного комитета отчитались: «Пресечена деятельность организованной преступной группы». Под таким заголовком вышло сообщение центрального Следственного комитета.

«В ноябре 2024 года на улице Бай-Хаакской в городе Кызыле подозреваемые, действуя в составе устойчивой организованной группы, применявшей для обозначения в преступной среде наименование „010“, вооружившись огнестрельным и травматическим оружием, совершили покушение на убийство», — говорится в пресс-релизе.

Оба уголовных дела: и то, где депутат Саян Ондар — обвиняемый в нанесении тяжких телесных повреждений Аяне, и то, где он потерпевший при покушении на убийство, расследует один следователь Олча Охемчик. «Все, что я рассказывала следователю, он передавал другой стороне. Следователь еще говорил, что адвокат мне не нужен, все равно обвинитель на моей стороне. Только первая следователь, молодая девушка, отнеслась с пониманием, посоветовала мне найти сильного адвоката», — рассказывает Аяна.

Подобрать своего адвоката Аяне предложил депутат Саян Ондар. Когда она отказалась, он решил действовать через мужа Эртине. Приехал к Эртине «на разговор» и убедил его подписать соглашение со своим адвокатом. «Саян сказал, что есть адвокат, он будет защищать Аяну. Я подписал бумаги», — говорит Эртине. Когда Аяна отказалась работать с предложенным Саяном защитником, борцы стали упрекать Эртине: «Что ты за мужик, раз на жену повлиять не можешь!» Аяна уже никому не верила и обратилась к знакомой шаманке, чтобы та с помощью ритуалов помогла выбрать адвоката, который не связан с Саяном Ондаром и его родственниками. Шаманка выбрала.

«Не могла смотреть на себя в зеркало»

Из больницы Аяна вышла через 18 дней. Пуля повредила ее челюсть, обломки сместились, остатки двух зубов врачам пришлось удалить. Кроме того, были пробиты железа и артерия. Аяна оглохла на левое ухо. Дома у нее 2,5 месяца гноилась челюсть, ткани отторгали титановую пластину, которую вживили медики. Врачи сказали, что надо ждать, когда рана перестанет гноиться, и потом восстанавливать лицо.

Муж Аяны Эртине не поехал на вахту, семь месяцев ухаживал за женой, возил на перевязки и к врачам, занимался пятилетней дочерью Каролиной. Эртине — дальнобойщик, до произошедшего ездил на вахты, возил грузы из Красноярска в Новокузнецк.

Семья жила на деньги, которые мужу выплатили за работу в прошлом году, пособие дочери и больничные Аяны. Она работала стажером в нотариальной палате Кызыла. Кроме того, продали шестерых лошадей, которых Эртине и Аяне подарили на свадьбу. Одна лошадь стоит 35 тысяч рублей. Пара вместе около восьми лет, но свадьбу сыграли в мае прошлого года.

Аяна несколько месяцев закрывала левую сторону лица пластырем. Муж Эртине был первым, кому Аяна показала рану. Они вместе смотрели в зеркало, потом два часа лежали, обнявшись, и плакали. В первое время Аяна ничего не ела, только пила. Она не могла жевать, открывать рот больше чем на сантиметр. Любое движение вызывало резкую боль.

«Я долго не могла смотреть на себя в зеркало, — говорит Аяна. — Маме недавно шрам показала, когда он чуть лучше стал выглядеть. Врачи говорят, что нужно массировать его со специальной мазью, чтобы рассасывался. Я попробовала, но массаж вызывает рвотный рефлекс, начинает кружиться голова».

Из-за того, что поврежден нерв, Аяна не чувствует левую сторону лица. Ей больно зевать, чихать и есть. «Очень хочется мяса. Когда близкие едят, мне очень обидно, что я не могу положить себе на тарелку кусок свежего мяса. Приходится есть или протертое, или глотать, не прожевав», — рассказывает Аяна.

Кроме того, нижняя губа почти ничего не чувствует. Когда изо рта что-то проливается, Аяна этого не ощущает. Заметив это в первый раз, муж молча вытер ей губы салфеткой. Она расплакалась от беспомощности. Рот Аяны не открывается до конца, любые эмоции вызывают лишь кривую ухмылку.

«Друзья отстояли свою честь просто»

В будний день в июле 2025 года ресторан «Гранд сити» закрыт. Перед входом выложена пестрая брусчатка. Стоит золотая рамка с тюлем и воздушными белыми цветами для фотосессий, рядом декоративный мост с завитками из желтого металла. Ресторан огорожен металлическим забором с золотыми национальными орнаментами. Чуть дальше — парковка, где произошла перестрелка. Там уже все не так нарядно.

Часть площадки заасфальтирована, часть — засыпана гравием. Парковка огорожена забором из синего и бордового профлиста разной фактуры и размера. Внизу забора видны вмятины от неудачных парковок автомобилей. Когда журналисты «ЛБ» с Аяной приехали к этому месту, там не было ни одной машины. В этот ресторан нельзя прийти просто так и заказать столик. Ресторан открывается, когда гости справляют большие праздники, — юбилеи, свадьбы.

Свою свадьбу Эртине и Аяна праздновали в другом ресторане. Но и в этом заведении бывали. Аяна говорит, что не слышала, чтобы до произошедшего на праздниках стреляли. Мы недолго стоим под камерами наблюдения ресторана, на машине Аяны делаем круг по периметру здания.

«Мои друзья отстояли свою честь просто, — после случившегося объяснял журналистам борец Айдын Монгуш. — Три машины подъехали с намерениями, с травматами, с пистолетами». Спортсмен добавил, что сам он в конфликте не участвовал, вместе с женой был в здании, разговаривал с администрацией и провожал гостей.

По записи камер видно, что и борец Айдын Монгуш, и его жена Чинчи были на улице и участвовали в событиях. То же Айдын рассказывал следователям. Он грузил подарки в машину и видел, как началась драка и перестрелка. Его крупная фигура в синем костюме, красной куртке и оранжевой шапке хорошо видна на записи. Всего на парковке собралось не меньше 20 человек. А вот сотрудники ресторана предусмотрительно решили не вмешиваться и переждали конфликт внутри заведения.

Один из гостей, борец Шомбул Артыш, рассказал следователям, с чего началась ссора чиновника Буянзака Тулуша и предпринимателя и брата Аяны Кежика Болат-оола. Гости расходились после праздника, прощались, обнимались. В этом время Буянзак и Кежик держались в стороне у входа в ресторан. Борец Шомбул спросил у них, что случилось. По словам Буянзака, во время танца Кежик подошел к нему сзади и, прижавшись, «вел себя неприлично, делал фрикции».

Чиновник возмущался: «Я тебе что, девочка, так вести себя?». «Мужчина в джинсах делает неоднократные непристойные движения в сторону мужчины в шапке темного цвета», — так следователи описывают происходящее на танцполе, просмотрев записи с камер наблюдения. На записи видно, как Буянзак ударил Кежика кулаком в живот, тот нанес удар в ответ. Потом они вдвоем вышли на улицу.

Жена борца Айдына Монгуша Чинчи слышала, как на улице после вечеринки плачет и кричит «аааааа» предприниматель Кежик. Она сначала подумала, что это бомж, потом всмотрелась и узнала гостя своего мужа. Чинчи попросила Кежика успокоиться и не портить праздник. Но он не реагировал. Кежик заметно оживился, когда увидел джип Land Cruiser 200, который подъехал к ресторану. На камерах видеонаблюдения видно, как предприниматель вскакивает и бежит к машине.

«Вот и приехали мои ужасы», — вспомнила Чинчи слова Кежика. По тувински это звучало «Ужастарым чедип келди!». Из черного джипа вышли несколько человек в темной одежде и шапках, молодые люди 20-27 лет. Один оставался за рулем. Неподалеку остановилась белая Toyota camry. Несколько минут стороны спорили на тувинском. С одной стороны встали борцы, с другой стороны — молодые люди в черном. К одному из них обращались «Ким, Кимчик», еще одного называли «Кок».

Аяна говорит, что депутат Саян Ондар кричал на ее племянника Кежика, злился, что тот позвал друзей, и пытался ударить. Но его держали жена и другие борцы. Саян вырвался, побежал к машине, что-то взял в багажнике и кинулся к толпе. Прозвучали первые выстрелы.

Предприниматель Кежик рассказывал следователям, что во время перепалки один из приехавших парней толкнул Саяна. По словам Кежика, депутат начал стрелять из пистолета по парням, они открыли огонь в ответ и побежали. На видео виден момент после первых выстрелов: кто-то побежал со двора, вслед за бегущими поехал джип. Борцы бросились в погоню.

Кежик тоже порывался убежать, но его крепко схватил борец, военнослужащий Шомбул Артыш и потащил к своей машине. Шомбул держал, а борец и хозяин праздника Айдын бил своего племянника Кежика кулаком по лицу и голове, пока не прибежала его сестра Аяна и не забрала его.

«Ты во всем виноват», — кричали Кежику депутат Саян и борец Айдын. Они не давали машине Кежика, в которой сидела Аяна, тронуться. Айдын сел сзади и бил Кежика по голове. В это время Саян кричал: «Убью!» и стрелял в Кежика и Аяну. Вот про этот момент Саян и говорил следователям, что гнался за преступником Кежиком, чтобы поймать его и передать полиции.

«Сын лежал на земле, борцы продолжали его избивать»

Всего было слышно больше 10 выстрелов. Несколько залпов по людям сделал борец, военный Артур Шагжы. Незадолго до вечеринки он вернулся с войны с Украиной. Подъезжающая к ресторану в момент потасовки машина осветила фарами, как Артур встал на одно колено и прицелился из ружья с глушителем. Рядом на земле на правом боку лежал человек, мужчина, возвышавшийся над ним, надел слетевший ботинок и убежал. Получается, как минимум у двоих гостей праздника — депутата Саяна Ондара и военного Артура Шагжы было с собой оружие.

«Мой младший сын Айслан, ему 25, приехал первым. Когда началась перестрелка, он убежал. Чуть позже приехал старший сын Ай-Сурун. Ему 31, он работал во ФСИН, воспитывал четырехлетнего сына. В него начали стрелять, как только он вышел из машины. Его ранил Артур Шагжы. Когда Ай-Сурун лежал на земле, борцы продолжали его избивать. Сейчас мой сын — инвалид. Саян Ондар и борцы должны ответить по закону!» — сказала «Людям Байкала» мать братьев Иргитов Айланмаа.

Врачи сделали Ай-Суруну операцию, собрали осколки кости на ноге. После операции его забрали в СИЗО. Без лечения там начались осложнения, нога загноилась. Айланмаа живет в городе Чадане, чтобы рассказать журналистам о своих сыновьях, она приехала в Кызыл больше чем за 200 километров.

За попытку убийства депутата Саяна Ондара в составе организованной группы Ай-Суруну грозит до 20 лет тюрьмы. По версии следствия, кроме него, в преступную группу «010» входили водители Кежика Болат-олла Ким Ховалыг и Айслан Иргит. Это те самые «Ким» и «Кок», которые подъехали к ресторану.

Мать 21-летнего Кима Ховалыга Софья рассказала, что сын вернулся утром 4 ноября, он был ранен. «Живот у него был перевязан. Когда я снимала толстовку, из толстовки выпали пули. Рука тоже была перевязана. Сначала сын не хотел ничего рассказывать. Я ему сказала: „Я твоя мама, скажи, что случилось“, — говорит Софья. — Потом он сказал, что убегал от Саяна Ондара и его друзей-борцов. Мой сын защищался. При нем также был пистолет». К группировке «010» также причисляют предпринимателя и родственника Аяны Кежика Болат-оола.

Кроме покушения на убийство, задержанных обвиняют в принуждении свидетеля к даче ложных показаний и вымогательстве 10 миллионов рублей. Еще один обвиняемый по этому делу, который находится в розыске, рассказал «Людям Байкала», что ночью приехал навестить в больницу раненого Ай-Суруна. К нему подошел чиновник Буянзак Тулуш и попросил поговорить с раненым Иргитом, чтобы тот не писал заявление в полицию. «Мы ему заплатим за простреленную ногу», — такое обещание, по словам источника дал Тулуш.

Знакомый Ай-Суруна посчитал оскорблением предложение заплатить за ранение и поругался с чиновником Буянзаком Тулушем и депутатом Саяном Ондаром. Позже нашего источника обвинили в принуждении к лжесвидетельству и вымогательстве. Он вынужден скрываться и просит не называть его имени.

В действиях депутата Саяна Ондара следователи не нашли угрозы убийством Аяне и ее брату Кежику Болат-оолу. Сначала обвинение решило, что выстрелив в лицо Аяне, Саян нанес тяжкий вред ее здоровью. Позже степень вреда снизили до среднего. Больших усилий Аяне и ее адвокату стоило добиться, чтобы вред здоровью снова записали как тяжкий.

Аяна просила также, чтобы депутата Саяна Ондара взяли под стражу. Сначала его отправили под домашний арест, потом заменили на более легкое ограничение — запрет определенных действий. Саяну нельзя быть на улице ночью и общаться с Аяной. Аяна жаловалась в прокуратуру, что Саян нарушает запрет, пишет ей. «Саян Ондар жалуется, как много у него долгов и трудно растить двух детей», — говорит Аяна. В ответ она шлет ему фото своего лица со шрамами и торчащими из швов нитями.

«Надо, чтобы в республике было потише»

«Саян Ондар — родственник главы республики Владислава Ховалыга, — говорит Аяна, — я думаю, что именно поэтому он до сих пор на свободе и так уверен, что ему ничего не грозит. И именно поэтому следствие с самого начала будто бы на его стороне. В Туве все решают кумовство, блат, знакомства. В правительстве, правоохранительных органах, судах все друг другу родственники. Поэтому высокопоставленные лица могут с легкостью замять любые дела».

Титулованные борцы занимают руководящие посты в республике. Принимают законы и распределяют бюджет в Верховном Хурале, руководят подразделениями правительства. «По поводу перестрелки был большой скандал. В результате один Саян Ондар пойдет под суд, всех остальных вывели из-под ответственности», — рассказывает главный редактор газеты «Риск» Сергей Конвиз. По его мнению, сделано это не без участия руководства республики.

Полиция и власть оставила без движения еще одно уголовное дело. В августе прошлого года шестеро человек, в том числе известные в республики борцы, в автомастерской избили жителя Кызыла. Ему разбили голову, о макушку и спину сломали деревянную доску. Все тело мужчины было сине-фиолетовым от кровоподтеков и ссадин, на голову и лицо наложили швы. До сих пор никто из нападавших не наказан, борцы продолжают выступать на соревнованиях и хвастать наградами в соцсетях.

«Почему в Тыве продвигают спортсменов, борцов? Потому что власти выгодно ассоциировать себя с успехами. И если других успехов у республиканской власти нет, то акцент делается на достижения борцов. Власть их всячески продвигает и дает преференции», — высказывает свою оценку бывший депутат Верховного Хурала республики Эрес Кара-Сал.

На протяжении десятилетий Тыва остается одним из самых бедных и опасных для жизни регионов России. Кроме того, Тыва — один из самых изолированных субъектов федерации. Из других регионов до Тывы можно добраться самолетом или по единственной автомобильной дороге. В Кызыле есть станция, но нет железной дороги к ней. Полотно начали строить в 2011 году, когда премьер-министр Владимир Путин торжественно забил символический костыль. Вскоре строительство ветки из Красноярска забросили.

Тыва — многолетний лидер по количеству преступлений. Погибших и получивших тяжкий вред здоровью в прошлом году там было 162 человека на 100 тысяч населения — в 12,5 раза больше, чем в Москве. Кстати, риски погибнуть на войне с Украиной у жителя Тывы в десятки раз выше, чем у москвича. Для тувинца контракт с Минобороны часто является единственным способом заработать.

Тыва занимает 63 место среди регионов по уровню жизни. После вычета обязательных платежей у средней семьи с двумя детьми на месяц жизни остается 18690 рублей. Каждая десятая школа в республике признана аварийной. Больше чем в половине учебных заведений нет канализации, а у 68% школ — центрального отопления.

Тот, кто может, особенно специалисты, стараются уехать в другие регионы. Аяна работает в нотариальной конторе и видит, как почти каждую неделю заверять документы приходят медики и педагоги. Потом уезжают в другие места по программам земских докторов и учителей.

В Тыве живут около 340 тысяч человек, из них 120 тысяч — в Кызыле. Республика маленькая. Чтобы устроиться на работу с хорошими условиями, получить государственный или муниципальный контракт, и даже устроить ребенка в детский сад, нужно как минимум быть спортсменом или иметь родственников во власти, констатируют местные.

«Реальная власть в республике находится у силовиков. Главе республики переданы полномочия. Москва считает так: надо, чтобы в республике было тихо. А как это выполняет глава — это его дело, — объясняет главред Конвиз. — Люди привыкли и считают это нормальным».

«Нарисую тебя без шрама, когда ты вылечишься»

Аяна показывает красную кнопку в своем телефоне. Если нажать на экран, по сигналу за 3-5 минут приедут вооруженные люди. Аяна заключила договор с Росгвардией, так ей спокойнее. С шестилетней дочерью Каролиной они в Кызыле остались одни. Муж Эртине сказал Аяне, что поехал работать на карьер Шира в Хакасию. Сам заключил контракт с министерством обороны и поехал на войну с Украиной. Мы задали Эртине несколько вопросов по телефону:

— Это правда, что через вас депутат Саян Ондар хотел повлиять на Аяну?

— Да, верно.

— Саян Ондар вам угрожал?

— Нет. Он обещал вылечить Аяну, но у них что-то не получилось, что ли…

— Почему вы решили заключить контракт?

— Хочу заработать денег и вылечить Аяну…

Аяне уже сделали шесть операций. Речь пока не идет об эстетической медицине. Сначала нужно восстановить череп, вставить разрушенные зубы, исправить асимметрию, наладить слух. Потом уже приступать к пластическим операциям. Врачи пока не говорят, сколько это будет стоить. Ориентировочно — около 10 миллионов рублей.

Шестилетняя Каролина много рисует мать, карандашными картинами увешаны стены в квартире. Аяна на детских рисунках грустная, уголки губ смотрят вниз, на щеке черная галочка — это шрам. Чтобы мама не так сильно грустила, на рисунке Каролина вложила в руки Аяны букет красных тюльпанов. Еще на одном рисунке видна только верхняя часть лица, Аяна будто выглядывает снизу. Чтобы маме не было обидно, сверху Каролина нарисовала зеленое сердечко и звездочку.

Самый первый рисунок Каролины, который она принесла матери в больницу почти весь черно-белый. Аяна на нем нарисована в самом углу, со шрамом. Тогда Каролина сказала матери: нарисую тебя без шрама, когда ты вылечишься.