Полтора миллиона на забор

Волонтеры в Бурятии собирают деньги на переезд приюта для 500 собак

Уже два года в Бурятии разрешено усыплять безнадзорных собак, если за месяц не удалось найти их хозяев. Последние полтора года после отлова усыпляют только агрессивных животных. Власти не готовы содержать муниципальные приюты, но выделили волонтерам участок земли. «Право на жизнь» сможет претендовать на господдержку в развитии приюта, если переедет на новый участок. На его подготовку потребуется примерно полтора миллиона рублей. «Люди Байкала» поговорили с его директором Элмирой Жихаревой о том, как она ищет эти деньги и параллельно управляет приютом.

Сейчас в вольерах «Права на жизнь», по оценке директора, почти пятьсот собак. Для них арендуют землю в Железнодорожном районе Улан-Удэ за сто тысяч в месяц. Глава Бурятии Алексей Цыденов выделил приюту гектар земли в поселке Медведчиково, и Элмира с командой сотрудников и волонтеров постепенно ее осваивает. Они разровняли землю, вырыли траншею и в ближайшее время будут готовить периметр для забора. «Я уже смету сделала, мы закупили стройматериалы. Вот я в долг взяла 350 тысяч, чтобы хотя бы столбики [поставить] и прорыть землю — сейчас, пока тепло, забетонировать», — говорит Элмира. Саму ограду из профлиста волонтеры хотят ставить позднее: опасаются, что за зиму ее растащат.

На содержание собак — еду, лечение — «Право на жизнь» тратит 500-600 тысяч в месяц. Общий долг приюта к середине сентября перевалил за 360 тысяч рублей: сюда входят расходы на зарплаты сотрудников, вывоз мусора и коммунальные платежи. Пожертвования администрация приюта собирает на карту, а затем отчитывается о покупках в телеграм-канале.

«Если убрать этих собак, придут другие»

Когда-то Элмира не держала приют. По профессии она мастер маникюра. Около десяти лет назад улан-удэнка вместе с соседями решилась стерилизовать двух собак из своего двора, регулярно рожавших новых и новых щенков. «Вот они вдвоем жили, больше не рожали. И мы поняли, что если собак стерилизовать, они сидят на своем месте, не пускают других. И как бы это нормально. Если убрать этих собак, придут другие. Может, они будут злые, мы же не знаем. И у меня мысль закралась, что надо стерилизовать. Потом я начала помогать постами, пристройствами, и организовала чат. Кто-то мог брать к себе домой на передержки, я помогала собрать на корм, оплатить стерилизацию. И мы как-то так объединились», — заключает она.

С 2020 года Элмира занималась отловом собак по программе ОСВВ: отлов, стерилизация, вакцинация, выпуск в среду. Но постепенно обросла собаками: было жалко выпускать пожилых и покалеченных животных, которые не смогут прокормиться. Для них снимали места в других приютах.

Одной из причин, почему с помощью ОСВВ не всегда получается снизить численность бродячих собак, директор приюта считает неполноценную стерилизацию. По ее словам, некоторые подрядчики, работая по контрактам на отлов, лишь перевязывали сукам маточные трубы вместо полноценной операции с удалением матки и яичников. В результате, даже после операции собаки продолжали беременеть и рожать щенков.

Откуда взялись 500 собак

В 2023 году бездомных собак разрешили усыплять. Из-за этого получается отлавливать и стерилизовать меньше животных: если раньше, по оценкам Элмиры, в месяц через программу ОСВВ проходили сто-двести собак, теперь она может позволить себе помочь десятерым. Те, кого не удалось пристроить в новые дома, остаются в приюте. Элмира записывает их на себя. Постепенно набралось около 300 таких собак, и размещать их в других приютах стало невозможно. Волонтеры арендовали для них ангары на закрытой территории и на собственные деньги построили вольеры.

А затем волонтеры другого приюта попросили Элмиру помочь им вывезти 200 собак. «Я говорю, если вывозить, на кого мы их будем записывать-то? Они [волонтеры] говорят, записывать не на кого. Я говорю, вы понимаете, что если я запишу на себя этих 200 собак, то они станут мои, а вы мне завтра скажете: до свидания?», — вспоминает Элмира.

В итоге волонтеры оплатили на полгода вперед аренду ангаров для двухсот своих собак и трехсот Элмириных, но, уточнила она, никак не участвовали в перевозке, а затем пропали со связи. «Мы собирали [деньги], чтобы оплатить за каждую собачку по 300 рублей. Двести собак мы перевезли, они не купили ни чашки, ни корма, ни сена. Мы в ночь без света таскали в этот ангар сено… Несколько недель — и все, они кинули меня. И у меня стало 500 собак», — подытоживает Элмира.

Как приюты могут выйти из минуса в ноль

В приюте Элмире в свое свободное время помогают мама и муж. Кроме волонтеров, у «Права на жизнь» есть несколько постоянных сотрудников и кураторы — люди, которые берут опеку над конкретной собакой и перечисляют для нее средства.

Сейчас у «Права на жизнь» 106 кураторских собак. Директор подсчитала, что, если их станет 350, собирать пожертвования на содержание животных не придется: приют станет самоокупаемым. Тогда сотрудники и волонтеры смогут уделять собакам все то время, которое сейчас уходит на постоянные поиски финансирования: «Попрошайничать тоже кому охота каждый день!»

В соцсетях Элмира пытается пристроить животных в новые семьи до того, как придется обращаться в приют. «Вот ребенок нашел в подъезде трех котят, занес домой, еле-еле уговорил родителей. И я написала ночью: „Пожалуйста, откликнитесь, потому что все, ребенок пойдет с утра в школу — и пропадут котята“. Сегодня женщина написала: „Одного я забираю к себе“. Я объясняю ситуацию, она говорит: „Везите всех троих, одного я себе забираю, двоих будем пристраивать“. И вот она пожалела, она их забрала. На самом деле, людей добрых много. И мы начинаем вот так, помаленьку, как-то двигаться», — рассуждает Элмира.

О чем мечтает директор приюта

«Я хочу и зоотакси сделать. Я хочу сделать, может, зоополицию какую-то, спасателей, к которым могли бы обратиться бабушки и дедушки, да просто – любой человек. И они могли приехать, спасти, например снять кота с дерева», — поделилась Элмира.