Жуковские парапланеристы помогли спасателям в поисковой операции

Клуб любителей неба «Сарма» уже не первый раз откликается на просьбы о поиске пропавших и заблудившихся в лесу людей.

Месяц назад Виктор Сармин, руководитель жуковского «Клуба любителей неба», получил на электронную почту письмо, в котором его просили помочь в поиске пропавшей в лесу бабушки в деревне под Тверью. А ночью, в 22 часа, ему позвонил Борис, друг Артема, внука пропавшей бабушки, и рассказал, что пять дней назад бабушка пошла в лес за грибами и не вернулась. Родственники забили тревогу, к поиску подключились все жители деревни, тверские спасатели-волонтеры, МЧС, поисковый отряд «Лиза Алерт», на поиски даже летал парапланерист из Твери. Борис передал просьбу родственников, если у жуковчан есть возможность, приехать и посмотреть сверху.

Виктор Сармин с братом Алексеем, вторым руководителем клуба «Сарма», посмотрели карту и поняли, насколько мало у них шансов – искать сверху в условиях густого леса очень сложно. Трудно даже в высокой траве — объект поиска можно увидеть только если пролететь непосредственно над ним. «Просьбу помочь мы восприняли как крик отчаяния родственников и решили поехать. Расстояние примерно 250 км, но мы не стали ждать утра, потому что наилучшие шансы для поиска — полеты рано утром или вечером. Через два часа мы выехали вчетвером, кроме нас с братом в машине были моя жена Ирина и Арсений, сын Алексея. Ирина и Арсений помогали нам быстро собраться и выехать, а на месте — быстро разложиться и взлететь. Примерно в половине шестого утра были в деревне. В шесть утра мы с Алексеем взлетели, я пилотировал, а Алексей в бинокль исследовал землю. Перед выездом мы связались с парнем, который летал на параплане. Он сказал, что искать сверху совершенно бесполезно. Но он был один, а нас двое, и Леша не отрывался от бинокля. Погода была хорошей — солнце только поднималось, ветра еще не было. Мы поднялись и полетели сначала в направлении, в котором, как сказали соседи, ушла бабушка, в сторону болот. Там ничего не заметили и полетели над лесом, деревья стояли плотно друг к другу зеленым ковром, сквозь который не видно даже тропинок. Полетели от полянки к полянке, в надежде, вдруг она вышла на полянку, чтобы ее увидели и подать сигнал. Мы облетели все видимые сверху полянки по нескольку раз, но облет результата не дал. Тогда решили вернуться назад и еще раз полетать вдоль болот, там было достаточно открытое место, можно что-то увидеть».
«Вдоль болотистого берега залива, – продолжил рассказ Виктор, – мы пролетали несколько раз на разных высотах, опускаясь до 50 м. Леша, не отрываясь, смотрел в бинокль и когда мы были на высоте 100-150 м, он увидел лежащую бабушку. Она лежала ничком в высокой траве, наполовину в воде. А ведь над этим местом мы уже проходили – вот так тяжело было разглядеть. От деревни она ушла недалеко. На навигаторе мы отметили это место точкой, чтобы приплыть сюда на лодке, так как приземлиться было невозможно. Когда подошли на лодке, то бабушку не смогли сразу найти, хотя точно знали место на карте и сфотографировали его. Дело в том, что вдоль берега залива есть несколько небольших островов, и на одном из них, совсем маленьком, она и была. С берега на островок можно пройти через неглубокую протоку. Другие поисковики, спасатели и волонтеры не могли представить, что бабушка могла туда пойти, в ту сторону.
Мы летали 30 минут, вернулись в деревню, родственники вызвали из Твери полицию и все другие необходимые в этом случае службы. На лодке мы с родственниками вышли к островку, была слабая надежда, а вдруг бабушке просто стало плохо. Но когда подошли к ней, поняли, что она умерла не сегодня. У нас было странное чувство неудовлетворенности, с одной стороны мы человека нашли, а с другой — она мертва. Но облегчение все-таки испытали, не спасли, но нашли человека и внесли ясность, необходимую для родственников. Показав место происшествия, мы собрались, простились с родственниками и вернулись домой.

Артем, внук погибшей бабушки рассказал, что в деревне Видогощи его бабушка, Екатерина Николаевна Жадаева, последние 18-20 лет жила с весны по осень, и только зимой — в Твери.
«Мои родители и я приезжали в деревню, как правило, каждые выходные. В ноябре бабушке исполнилось бы 82 года, но она была в отличной физической форме, каждое утро делала зарядку, на велосипеде ездила по окрестностям и ходила в лес за ягодами и грибами. Бабушка была очень активна, на месте никогда не стояла, а в огороде, я, спортсмен, 1м 90 см и 115 кг, на картошке не мог за ней угнаться, она всегда делала больше. У меня и в мыслях не было, что с ней может что-то случиться в лесу. Его она любила, не могла жить без него, и ходила в лес почти каждый день, а иногда и дважды. «Я там отдыхаю», – говорила она. Деревня стоит на берегу Видогощинского залива, который отделен от Волги большим островом. От деревни, вниз по течению Волги, берег низкий, болотистый, вдоль него гряда маленьких островков. 13 августа она пошла в лес около 12 часов. Бабушка прошла с берега на один из островков. Видимо на нем не было ничего интересного, и она решила вернуться на берег. В этот момент, примерно в 13:30, ей позвонила подруга. «Ты где?», – спросила она.
«Я в лесу, – отвечала бабушка, – пошла за грибами, зашла куда-то, здесь высокая трава и я уже три раза упала». Подруга попросила: «Возвращайся домой». «Я здесь рядом с домом, – ответила бабушка, – вот только передо мной болотце, сапоги у меня хорошие, пройду его и буду дома».
Видимо, она закончила разговор и пошла, начала спускаться с холмика островка в низину, заросшую осокой, чтобы вернуться на берег. Что произошло дальше, неясно, возможно, в этот момент ей стало плохо, и она упала лицом в осоку, а ноги остались в низине с водой. Вскрытие показало, что у нее случился инсульт, в заключении записали: «Ишемия головного мозга». И все.
С помощью братьев Сарминых нашли ее на шестой день, 19-го утром. Травы примятой, лежанок нигде не было, медэкспертиза говорит, что умерла она не позже 15 числа, я считаю, что вероятно 13, когда пошла в лес. Если бы она умерла позже, то где-то рядом были бы следы ночевки. Но на островке везде высокая колосистая трава, и в ней была только одна тропинка, как бабушка пришла, а потом пошла вниз, и все.
Когда вы забеспокоились?
За день до этого мама повредила ногу, и родители поехали в Тверь, чтобы наложить гипс. Его наложили в 9 вечера, но попросили на следующий день прийти, чтобы сделать повторный снимок. Сделав снимок, в два часа дня они вернулись в деревню. Бабушки не было, соседка сказала, что она ушла в лес. Мама знала, что бабушка может ходить 3-4 часа по лесу. В 15 часов начали ей звонить, телефон уже был выключен, видимо при падении попал в воду. После этого родители пошли в лес, туда, где она чаще всего бывала, и кричали — безрезультатно. В шесть вечера вся деревня пошла по лесам, не только ближним. В первую ночь приехал из Твери поисковый отряд волонтеров «Сова», и из их числа все шесть дней группы приезжали в лес. Поисковый отряд «Лиза Алерт» присылал два вертолета, летали тверские парапланеристы, но «Сова» их направляла в другую сторону, к заливу они не летали. По моей просьбе прилетал вертолет из Твери. МЧСники два дня отработали, потом взяли паузу, а последние два дня присылали группы по 40 человек на машинах, квадроциклах. На третий день приехал волонтер с поисковой собакой, но накануне прошел дождь, и собака не могла взять след. Борис, мой товарищ, смог найти Виктора и написал ему, каждый день после работы приезжал и участвовал в ночных поисках, потом два часа спал и уезжал на работу.
Я с бабушкой в леса ходил постоянно, а в то место мы никогда не ходили. На том островке я никогда не был, хотя с лодки в том районе рыбу ловил, а этот островок очень маленький. От деревни по прямой островок на расстоянии 500-700 м. Поэтому при поиске нам в голову не пришло ее там искать. Хотя «Сова» говорила, что нужно искать там, где нельзя подумать, чтобы человек там оказался. Волонтеры «Совы» прочесывали периметр этого болотца, в основном, они проводили в ночное время «прочес на отклик». К тому же, по периметру проходило много деревенских, и найти следы было уже проблематично