ВИЧ-положительные в проституции

Сценарий может быть таким: клиент вызывает эскорта, задает ему вопросы об услугах. Клиент говорит, что он хочет безопасного секса с презервативом. Затем он спрашивает, положительный или отрицательный эскорт. Тот говорит, что положительный. Клиент благодарит его за честность и нанимает другого эскорта

Не так давно вы могли встретить сенсационные заголовки «Арестованы ВИЧ-инфицированные проститутки» или «В Греции паника из-за ВИЧ-инфицированных проституток». В Греции 17 женщин были арестованы за то, что у них был ВИЧ. Пресса освещала скандальную историю в драматичной и интригующей манере. Все это очень напоминало сериал 80-х. Не хватает только Фиби Кейтс, которая спросит: «Кто из вас, сучек, моя мать?» Назвать этот сериал можно было бы «Секс, скандал и стигма».

Ключевое слово здесь стигма, и, к сожалению, это не телевизионный фильм, а реальная жизнь. Права этих женщин были полностью проигнорированы ради одного – возможности усилить образ опасной и заразной проститутки. Их имена и фотографии были предоставлены журналистам в стиле «Самые разыскиваемые преступники», а министр здравоохранения Греции, Ловердос, использовал язык вроде «взорвавшаяся бомба», изображая их как иностранных проституток-террористок.

Ничто не указывает на то, что передача ВИЧ происходила, и даже министр здравоохранения признает, что их сложно в чем-либо обвинить. По его словам: «Это не только вина женщин, которых незаконно ввезли в эту страну, это на 50% ее вина и на 50% вина клиента, возможно, его вина даже выше, потому что это он платит деньги».

Подобный скандал позволяет игнорировать тяжелые обстоятельства жизни людей с ВИЧ, да и общество в целом может забыть про национальную экономическую катастрофу.

Этот случай может стать возможностью подумать о том, каково быть ВИЧ-положительным и заниматься проституцией. Здесь, в Лос-Анджелесе полным-полно геев, работающих в эскорте. Многие из них также работают в порно-индустрии. Это не «грязные бомбы болезней», а обычные парни, пытающиеся заработать на своих накаченных животах, бицепсах и прочих выступах.

Так какова же динамика в жизни ВИЧ-положительного эскорта?

Несколько лет назад, один из авторов «Монологов инфекции» в Сиэтле, захотел включить историю о том, как его персонаж инфицировался от эскорта. Это классический пример перекладывания ответственности и обвинений на профессионала с инфекцией. Вопрос, который я тогда ему задал, до сих пор остается актуальным: «Какой смысл эскорту быть честным, если так он потеряет деньги?»

Я не хочу сказать, что все эскорты – монстры, думающие только о деньгах. Это обычные люди, которые пытаются заработать себе на жизнь. Они знают, что честность о своем ВИЧ-статусе лишит их источника доходов, так что только естественно предполагать, что они не будут афишировать подобную информацию.

Я не верю, что ВИЧ-положительные в эскорте хотят инфицировать клиентов, чтобы заработать быстрые деньги. Мне кажется, что важно исследовать сложную динамику секса, денег и власти, которые играют важную роль в этой ситуации.

Когда мужчина решает заплатить эскорту, то обычно он знает, что ему нравится, что он хочет или не хочет делать. Он платит за услугу, и он задает определенную динамику власти. Эскорт может иметь собственные границы, но эти границы могут быть более гибкими, все зависит от предложенной суммы и тяжести их финансового положения.

Сценарий может быть таким: клиент вызывает эскорта, задает ему вопросы об услугах. Клиент говорит, что он хочет безопасного секса с презервативом. Затем он спрашивает, положительный или отрицательный эскорт. Тот говорит, что положительный. Клиент благодарит его за честность и нанимает другого эскорта.

Если так происходит всегда, какой смысл эскорту быть честным. Если у эскорта неопределяемая вирусная нагрузка, и он пользуется презервативами, то он, скорее, решит солгать, чтобы не терять деньги.

А что насчет клиента, который отказался от услуг положительного эскорта? Он ожидает, что следующий эскорт будет честен? Или он спрашивает, потому что на самом деле ему хочется секса без презерватива?

Смысл в том, что секс-работа – это очень сложное явление. Будь это иммигранты на улице или сотрудники дорогих агентств эскорта, это реальные и разносторонние люди. Они и так работают в индустрии, работников которой за людей не считают, а тут еще стигматизированное заболевание, которое только осложняют ситуацию.

Описывая таких людей наравне с вооруженными до зубов террористами, мы лишь усиливаем страх и стигму. Решение состоит в подобной дискуссии о секс-работе, которая признает права и человечность людей в этой индустрии, а также с пониманием относится к сложной динамике власти в этой ситуации.

http://www.frontiersla.com/Blog/PositiveFrontiers/blogentry.aspx?BlogEntryID=10379620