Враги самим себе

В Системе Выживания обязателен монизм (единство, монолитность) идеологии/религии. Поскольку это скрепа. Она держит общество. Другие нельзя допустить — человеку такой системы важна одна и единая истина, пусть даже локальная.

Система основана на власти, она держится властью, и человек относится к идеологии как к власти. Он подчиняется ей. Это власть над умами.

В идеале власть и идеология должны поддерживать друг друга, составляя единое целое.

В идеале власть должна быть сильной, и по возможности, справедливой.

Но вовсе не обязательно. Сила важнее. Причём сила в самом примитивном смысле, физическом. И чтобы обязательно проявлялась во внешней пышности, блеске великолепия. Русский человек любит наглядность.

Две-три и больше центров властей не может быть: между ними начнётся борьба за доминирование. А потому не может быть и нескольких идеологий. Подчиняются только одной. Остальные — неправильные. Их следует либо уничтожить, либо маргинализовать.

Собственно, вся система строится по принципу церкви/империи.

А потому инакомыслящие по сути и по форме являются сектантами.

То есть отщепенцами, разрушающими общество. Собственно, так они народом и воспринимаются.

В Системе Выживания политическая конкуренция не ведёт к развитию. Она ведёт к беспорядку и борьбе за власть. По этой причине во времена СССР была предпочтительнее утопическая вера в коммунизм, чем в демократию западного типа или монархию досоветского.

Вера должна быть только одна, официальная. Правильность/верность её не имеет никакого значения. Официальность, общепризнанность важнее правильности — только тогда она работает как «скрепа». Конечно, эту идеологию все обязаны уважать.

По той же причине не может быть гражданского общества.

Оно будет не способствовать устойчивости общества, и тем более развитию, как на Западе, но, напротив, будет его раскачивать. Система интуитивно чувствует это и не даёт ему создаться как единое, осознающее себя целое.

То есть имеющее сознание отличающееся как от элитарного, так и пролетарского. Все должны иметь одно сознании, похожее в своей основе.

Чем тяжелее жизнь в Системе Выживания, тем эти правила работают жёстче. В этом смысле 30-е годы — характерный пример: готовясь к неизбежной войне, проводя ускоренную индустриализацию, Россия особенно нуждалась в единстве и вере в сильную власть. «Культ личности» возник вовсе не на пустом месте. Он был решительно необходим. Репрессии были формой, в которой достигалось идеологическое единство народа. Варварство, конечно, но у нас всегда действовали по принципу, «лес рубят — щепки летят». В Системе выживания народ является ресурсом для выживания целого. Это нормально. Во всём мире так. Кроме 3 десятков западных стран))

Горбачёвские послабления были вызваны также и облегчением жизни в середине 80-х. Образованное сословие — ключевое для России — захотело свободы, мульти-идеологичности и многопартийности, вот Горбачёв всё это и ввёл. Ответил на запрос общества.

Нетрудно видеть, что общество и Горбачёв при этом работали в одной «связке», составляли единое целое. Не было такого, чтобы народ хотел сохранить status quo, а злодей во власти пошёл супротив всех — как сейчас рисуют. Очередной миф: «ну не могли же мы, в самом деле, быть врагами сами себе?»

Могли. Тот, кто не понимает самого главного в жизни, обязательно враг самому себе. Ведь это мы сами позволили обрушиться сначала Российской Империи, потом Советскому Союзу. Не Горбачёв же, в самом деле? Горбачёва реализовывал общее умонастроение, дух эпохи. Он не был локомотивом процесса, но лишь самым главным участником.

Система не могла существовать на либеральных принципах. Ведь она в своей глубине осталась основанной на выживании. Содержание вошло в противоречие с формой. Поэтому всё и посыпалась. Сейчас всё возвращается на круги своя.

Мы не готовы были к новому зажиму гаек и только экономическим изменениям, причём постепенным, как в Китае. Вера в Запад у образованного сословия была — да и осталась — сильнее, чем в собственную власть. Собственно, Запад и является для нас виртуальной властью. Это чуть ли не важнейшая часть нашей жизни. Обратите внимание: что у нас больше всего обсуждают? Запад. Чьи фильмы смотрим? Чьи книги читаем? Даст визы, или не даст? Как будто мы без них не проживём…

Юрий Андропов был прав, мы не понимаем нашей системы.

Почему? Да потому же. Нам и в этом отношении нужен монизм истины.

В России такая единственная истина — что мы есть недоразвитый Запад.

Что постепенно им станем. Когда (придумаем «Русскую Идею», сменим власть, проведём правильные реформы — нужное подчеркнуть).

Признать, что у нас по сути, на глубине, в общих чертах такая же система, как в Турции и Иране — это подписать русскому сознанию приговор. Всё беспросветно. Русский человек не готов такого принять. Он не готов считать себя азиатом. Что тут великого? Где тут европейский шарм?

Но почему так?

Стало быть, всё упирается в особенности русского сознания. С ним и надо работать.

Зачем нам величие? Какая польза считать себя великими?

Идею Величия надо заменить на идею «Система Выживания <→ Система Развития».