Маккензи Уорк. Хакинг

Не так давно в сети появился второй выпуск «настроенного на философские триоли» журнала «СТОЛ». Там — рассуждение о человеке и машине, рецензия на книгу Дэвида Мартин-Джонса про Делеза, кино и национальную идентичность, перевод статьи Леви Брайанта «Онтология дикой природы» и многое другое.

Мы републикуем один из материалов — перевод главы из «Хакерского манифеста» американского теоретика и писателя Маккензи Уорка 2004 года. Вдохновляясь Максом и ситуационистами, Уорк предлагает критический взгляд на монополизирующуюся цифровую культуру и в хакинге видит один из немногих продуктивных способов освобождения информации и cовременной классовой борьбы.

071

Взлом касается виртуального — и преобразует актуальное. «Чтобы расцениваться как взлом, действие должно быть преисполнено новизной, стилем и технической тонкостью» [1, p. 23]. В этом смысле понятия «хакер» и «хакинг» непосредственно связаны с электротехникой и производимыми ей вычислениями. Учитывая главенство этих областей производства в векторальном мире, логично предположить, что они охватывают более широкий спектр деятельности. Взлом новых векторов информации стал переломным моментом, способствовавшим возникновению более широкого понимания творческого производства абстракции.

072

С момента своего появления в компьютерных кругах хакерской «этике» приходится сталкиваться с силами отоваренного образования и коммуникации. Как пишет Химанен, хакеры, «жаждущие реализации своих пристрастий», представляют собой «всеобщий социальный вызов», однако осознание значения этого вызова «займёт немало времени, равно как и все великие культурные преобразования» [2, pp. 7, 18, 13]. Возможно, подобное осознание потребует затраты не только временных ресурсов, ибо масштаб данного события крупнее масштаба любого другого культурного сдвига. В этом случае неизбежна борьба, ибо то, что хакер называет бытием в мире, есть новый мир и новое бытие. И первым шагом в этой борьбе будет освобождение понятия «хакер» от его частностей, т. е. понимание его (хакера — прим. пер.) абстрактно.

073

Векторально заинтересованные апологеты стремятся свести смысловую полноту понятия «хакер» к одной лишь преступности, опасаясь его классового потенциала, куда более абстрактного и множественного. Часто хакеров приравнивают к малолетним преступникам, вандалам-­нигилистам, а то и вовсе к прислужникам организованной преступности. Или же, наоборот, их обрисовывают как очередную андерграундную (garage) субкультуру, в которой царит свой дресс-код и правила поведения. Желание приоткрыть завесу виртуальности информации, свободно делиться ею, оформить вектор для выражения (the vector for expression) — всё это представляет собой объект моральной паники, повод для слежки, а также ограничение технических знаний «надлежащими органами власти». И это далеко не первый случай, когда простые трудящиеся сталкиваются с подобным идеологическим шантажом. В глазах официальных правящих структур хакер стоит в одном ряду со своими более ранними архетипами: рабочим-­революционером и мятежным крестьянином (farmer). Компания для взломщика, определённо, превосходная.

074

Виртуальное — истинная область деятельности хакера. Именно из виртуального он производит все новые выражения актуального. Для хакера то, что представляется реальным, всегда является частичным, ограниченным, возможно, даже ложным. Для него всегда существует избыток возможностей, выраженный в том, что актуально, избыток виртуального. Это неисчерпаемая область того, что реально — но не актуально, чего нет — но что может быть. Область, где, по словам Массуми, «то, что нельзя испытать, нельзя не почувствовать» [3, p. 30]. Взломать — значит выпустить виртуальное в актуальное, выразить разницу реального.

075

Перед виртуальным может отступить любая область природы. Абстрагируясь от неё, взлом создает условия для существования второй, третьей (и далее до бесконечности) природы, продолжая удваивать и учетверять её. Хакинг раскрывает суть природы, её созидательные и деструктивные силы. Это касается как физики, так и сексуальности; как биологии, так и политики; как вычислений, так и искусства или философии. Природа любой области может быть взломана. В этом заключается сама суть взлома — свободно открывать, свободно изобретать, свободно создавать и производить. Однако сам по себе хакинг не предполагает использование произведенных им абстракций.

076

Когда взлом представляется в абстракции имущественных прав, тогда информация как собственность создает хакеров как класс. Особенность такой интеллектуальной собственности заключается в том, что, являясь особой формой владения землёй или капиталом, она может претендовать на самостоятельность в имущественной сфере. Однако взлом, будучи захваченным подобным представлением о собственности, становится эквивалентом любой другой вещи, отоваренной ценностью. Векторальный класс измеряет чистую стоимость информации в той же валюте, что и капиталисты или животноводы, делая патенты и авторские права равнозначными фабрикам или полям.

077

Применяя всё новые и новые формы абстракции, класс хакеров создает возможность производства — возможность делать что-то из мира и с миром в отношении любой природы (возможность жить за счёт излишка, полученного в результате применения абстракции к природе). Сама абстракция, как только она входит в употребление, может показаться странной, «неестественной», а может привести к существенным переменам. Если она устоит, то вскоре станет восприниматься как должное. Абстракция и становится той самой второй природой. Через производство её новых форм класс хакеров создает возможность будущего. Конечно, не каждая новая абстракция находит своё продуктивное применение в мире. На деле лишь единичные новшества способны на это. Кроме того, редко когда можно заранее узнать, какие абстракции будут эффективно сочетаться с природой.

078

В интересах хакеров быть свободными, чтобы взламывать ради взлома. Свободный и неограниченный хакинг нового создаёт не просто какое-то определённое будущее, но бесконечный набор возможных будущих, само будущее как виртуальность. Каждый взлом — это выражение неиссякаемой множественности будущего, множественности виртуальности. Тем не менее, каждый взлом, если ему суждено быть реализованным в качестве формы собственности и если ему нужно присвоить определенную ценность, должен принимать форму не множественного выражения, а представления чего-то повторяемого и воспроизводимого. Собственность охватывает только один аспект взлома: его представление и объективацию в качестве некоторого имущества. Она не может охватить бесконечную и неограниченную виртуальность, из которой он черпает свой потенциал.

079

Под давлением закона взлом становится ограниченной собственностью, а класс хакеров возникает, как и все классы, из отношения к имущественной форме. Так же как и с собственностью на землю и капитал, присвоение интеллектуальной собственности обостряет нарастающий дефицит. Последняя присваивает владельцу право распоряжаться ею за счёт не-владельцев, классу собственников — за счет обездоленных. «Философия интеллектуальной собственности материализует экономический рационализм как естественную человеческую черту» [4, p. 25].

080

По своей природе, акт взлома преодолевает пределы, налагаемые на него имущественной сферой. Новые взломы сменяют старые и девальвируют их как собственность. Воспринимая обесцененную посредством излишнего повторения информацию в качестве средства коммуникации, взлом производит из неё новые данные. Именно поэтому класс хакеров больше заинтересован в свободной циркуляции информационных потоков, нежели в исключительном праве обладать их содержимым. Нематериальный аспект природы информации означает, что обладание одним типом данных не должно ограничивать обладание другим. Области исследования имеют отличный от, например, сельскохозяйственного порядок абстрагирования. Несмотря на то, что исключительное имущественное право может быть необходимо земле, оно бессмысленно в отношении науки, искусства, философии, кино или музыки.

081

Воплощая себя в форме собственности, взлом оформляет особые интересы класса хакеров, коренным образом отличающиеся от интересов прочих классов, будь последние эксплуатирующие или эксплуатируемые. Интерес хакерского класса заключается, в первую очередь, в свободном обороте информации, что является необходимым условием для восстановления верного представления о взломе. Однако, будучи классом, хакеры заинтересованы также и в том, чтобы оформить взлом как собственность, коммерциализировать его, что может дать им долю свободы от правящей элиты. Хакерский класс разворачивает виртуальное в историческое тогда, когда взламывает сам способ сделать желание свободы от правящих классов простой частностью желания коммерциализировать взлом.

082

Сама природа взлома приводит его исполнителя к кризису идентичности. Хакер стремится понять, что значит быть хакером, посредством поиска своих отличительных черт в особенностях других классов. Некоторые, промышляя дефицитной собственностью, причисляют себя к векторалистам. Другие — к привилегированным рабочим в иерархии наемных работников. Хакерский класс создает себя сам, но не для себя. Он (пока что) не обладает сознанием своего сознания. Не понимает своей собственной виртуальности. Из–за своей неспособности — на сегодняшний день — стать классом-для-себя, хакерский класс постоянно дробится, а его части стараются соотнести свои интересы с интересами других социальных групп. Хакеры рискуют, в частности, идентифицироваться в глазах рабочего и крестьянского классов с интересами векторалистов, стремящихся приватизировать информацию, необходимую для производительной и культурной жизни всех классов.

083

Взломать — значит абстрагировать. Абстрагировать — значит создать плоскость, на которой различные вещи могут вступать во взаимосвязь. Это, в свою очередь, означает производство названий, чисел, мест и направлений этих вещей. Оно же — суть создание видов отношений и отношения отношений, в которые вещи могут вступить. Дифференциация функциональных компонентов, расположенных на плоскости с общей целью, является хакерским достижением независимо от того, происходит ли она в технической, культурной, политической, сексуальной или научной сфере. Достигнув творческой и продуктивной абстракции во многих других сферах, хакеры как класс ещё не создали себя как собственную абстракцию. То, что еще предстоит создать, как абстрактный, коллективный, конструктивный проект есть, как говорит Росс, «знание хакера, способное проникнуть в существующие системы рациональности, которые, в ином случае, могли бы казаться непогрешимыми; знание хакера, способное переквалифицировать и, следовательно, переделывать культурные программы и перепрограммировать социальные ценности, освобождающие место для новых технологий; знание хакера, которое, помимо всего прочего, способно генерировать новые популярные романы вокруг альтернативного использования человеческой изобретательности» [5, p. 11].

084

Класс хакеров в равной степени борется с самим собой и противостоит другим. В этом заключается сущность самого взлома — преодолеть взлом предшествующий. В глазах хакера взлом имеет значение только как качественное развитие предыдущего взлома. Этот же дух развития хакерский класс привносит и в самого себя. Каждый хакер видит в другом либо соперника, либо соратника в борьбе против другого соперника, но (пока что) никак не члена того же класса с общим интересом. Последний так трудно осознать именно потому, что он является общим интересом в качественной дифференциации. Класс хакеров не нуждается в единстве в тождестве, он стремится к множественности в различии.

085

Хакерский класс создаёт различия, равно как и взаимосвязи — в его же интересах преодолеть данные противоречия, дабы примириться с самим собой. Произведя себя как сам процесс различения, хакерский класс нуждается в отделении индивидуальной борьбы между хакерами от коллективного интереса, представляющего собой открытие межхакерских взаимоотношений, являющихся выражением свободного и непрерывного будущего, для интересов всего класса. Его (классовый — прим. пер.) конкурентный интерес, в отличие от коллективного, может быть схвачен в форме собственности. Коллективный же интерес хакеров требует новой формы классовой борьбы.

086

Класс хакеров вполне может заимствовать у других те компоненты, которые способствуют его самоопределению. Часто случалось так, что хакеры предоставляли другим классам средства для самореализации (например, «органическим интеллектуалам»* , связанным с определенными классовыми интересами и формациями). Но, считая себя — ошибочно — интеллектуальным «авангардом» рабочего класса, хакеры должны осознать, что их интересы отличны от интересов рабочих, хоть те и находятся с ними в потенциальном альянсе. Именно с передовой позиции классовых рабочих хакеры ещё способны научиться воспринимать себя как класс. Если хакеры научат рабочих взламывать, то рабочие научат хакеров, как быть классом-в-себе и для-себя. Таким образом, класс хакеров становится классом-для-себя не путём принятия идентичности рабочего класса, но путем отделения от него.

087

Векторальное ставит переразвитый мир в непосредственное соприкосновение с неразвитым миром, нарушая границы государств, сообществ, в том числе и сообществ хакеров. Беднейшие фермеры испытывают трудности не только с местным крестьянским классом, но и с векторалистами, которые стремятся монополизировать информацию, содержащуюся в запасах семян, или лечебные свой­ства лекарственных растений, давно известных простому народу. Крестьяне, рабочие и хакеры при всех своих различиях сталкиваются с одной и той же проблемой — борьбой за освобождение информации, как от собственности, так и от векторального класса. Поэтому самый сложный взлом для нашего времени — это выражение данного общемирового опыта.

088

Хотя далеко не каждый является хакером — каждый способен взламывать. Прикосновение к виртуальному — это общий опыт, потому что это опыт того, что является общим. Если в сущности хакинга заложено нарушение границ, то великий глобальный взлом — это движение обездоленных неразвитого мира под и над каждой из таких границ, следующих любому вектору к перспективе переразвитого мира. Векторы коммуникаций разлетаются россыпью потребительского существования, соединяя объекты со своими субъектами и расширяя направления миграции до небывалых масштабов. Однако то, что ещё предстоит взломать (помимо призвания репрезентировать объект для его субъектов, которые, рано или поздно, погрязнут в скуке и разочаровании), — это открытие нового выражения для этого движения, для этого новейшего желания. Векторальный мир взламывается изнутри и снаружи, призывая объединить все усилия для отвлечения желания от собственности и высвобождения свой­ств отвлеченного желания.

Перевод с английского Елена Суханова, Глеб Бакунов

* «Органические интеллектуалы» — идеологи-­практики, формирующие интеллектуальный климат в обществе. Органическую интеллигенцию противопоставляют интеллигенции традиционной, ошибочно воспринимающей себя как отдельный класс, тогда как объективно её члены являются наёмными работниками умственного труда на службе правящего класса. На деле органическая интеллигенция является самой активной частью класса: тогда как задача традиционной интеллигенции — идеологически обосновывать статус-кво, задача органической — требовать его изменение в интересах трудящихся классов. С этой точки зрения, любой человек становится органическим интеллектуалом, сознательно участвуя в политической борьбе, соединяя в ней теоретическую работу с практической борьбой за интересы своего класса. (Прим. перев.).

Литература:

1. Steven Levy Hackers: Heroes of the Computer Revolution (New York: Pengium, 1994);

2. Pekka Himanen, The Hacker Ethic and the Spirit of the Information Age (New York: Random House, 2001);

3. Brian Massumi, Parables for the Virtual (Durham: Duke University Press, 2002);

4. Ronald V. Bettig, Copyrighting Culture (Boulder: Westview, 1996);

5. Andrew Ross, Strange Weather: Culture, Science and Technology in the Age of Limits (London: Verso, 1991).

Журнал "СТОЛ"УоркВекторалистыМаккензиMcKenzieWark