Как может начаться шторм…

Наш товарищ Анархо-мистик вновь радует замечательным эссе! На этот раз речь идёт о будущем восстании — как небольшая группе революционеро: к удаётся нанести партизанский удар по врагам, после чего к революционному движению присоединяется народ. Силы революции наносят поражение карателям, восстание охватывает всё больше людей… Одновременно идёт строительство нового социального уклада. Особенно радует неиссякаемый оптимизм товарища Анархо-мистика — это то, чего сегодня многим не хватает.

Ранее мы публиковали рассказ автора «Утопия».

***

Как может начаться шторм…

У анархизма длинная история восстаний и богатая теория, тем не менее, чтобы применить историю и теорию к реальности и получить революционную практику — полезно представить, как восстание может возникнуть в современных условиях и какую роль в нем могут сыграть анархисты.

Данное эссе не является серьезным исследованием этой темы — это просто художественный вымысел, сделанный по мотивам размышлений в этой области.

В качестве прототипа взята одна из территорий РФ и один из драконовских законов, что вызвал недовольство. Я намеренно не указывал какая именно территория бралась в качестве прототипа, но при желании несложно и догадаться. Суть в том, что это не так важно, так как ситуация везде почти одна и та же, за исключением Кавказа, прифронтовых областей и столиц.

Когда стена бытовой рутины рушиться — за ней поднимается волна настоящей революционной стихии, которая и есть стремящийся к свободе народ… Сломать стену — цель революционеров.

Итак… возможно в недалеком будущем, в одной отдаленной «республике» в составе России…

Высокие суровые горы, хребты и камни, позади виднеется равнина и река. Небольшая группа из 7 человек пробирается на вершину. С виду может показаться, что это просто туристы — большие рюкзаки, характерная одежда. В этих местах такое не редкость, особенно в последнее время. Но на самом деле эта группа — вторая группа революционеров-анархистов, выполняющая финальную часть операции по превращению этого района в очаг восстания.

Что это за семерка?

Григорий Рогов — большой коренастый парень с выразительными карими глазами и густыми усами. Он часто беззаботно улыбается и явно наслаждается видами. Его позывной «Шпала», потому что он имел большой опыт по диверсиям на железных дорогах. Простой и отзывчивый по характеру, тем не менее может иногда сказать крепкое словцо. Анархо-коммунист.

Алексей Солонович — мрачный интеллигент, немного взъерошенного и неопрятного вида. Его позывной — «Слон». Он успел поучаствовать в нескольких операциях известен тем, что использует парапсихологические техники для военных целей. Мечтательная личность и идеалист. Анархо-мистик.

Лев Черный — молодой невысокого роста с густой шевелюрой. Участвовал во многих операциях. Имеет и фронтовой опыт, настоящая душа компании и мастер толкать речи. Позывной — Торч. Анархо-синдикалист.

Фаня Барон — девушка, невысокого роста, брюнетка. Участвовала во многих операциях, поддерживала кассу и информационные ресурсы организации, позывной Гриф. Внимательная и всегда ищет подвох. Анархо-коммунистка.

Федор Цесник — высокий блондин лет 20-ти. Настоящий охотник и партизан, участвовал во многих операциях. Прекрасный снайпер и весельчак. Позывной — Кузнец. Анархо-коммунист.

Сидельник Шая — голубоглазая красавица, участвовали во многих операциях, небинарная персона. Позывной «Алекс». Отлично разбираются в БПЛА. Анархо-коммунист_ка\ки.

Петр Соболев — брюнет с хитрым прищуром, невысокого роста. Участвовал в крупной бомбовой атаке на представителей режима в Москве, смог сбежать прямо из-под носа палачей режима и с тех пор непрерывно занимается подпольной деятельностью. Мастер по взрывчатым веществам. Позывной Вольф. В разговорах склонен к сарказму и иронии. Анархо-коммунист.

Их подъем был труден, однако цель была уже близка. Небольшая площадка на склоне, где группа планировала устроить стоянку. Добравшись до места, группа сбросила тяжелые рюкзаки. Наскоро уложив свои вещи, участники разделились — 2 группы по трое + один остался караулить стоянку с вещами. 2 группы взяли заранее подготовленные карты, на которых были отмечены схроны — тайники с оружием и боеприпасами, которые были обустроены предыдущей разведывательной группой, что была на этой местности до них.

Чтобы сосредоточиться в одном месте для проведения операции — приходилось довольно сильно рисковать, путешествуя по дорогам враждебного государства-деспотии к одному и тому же месту. Если прибавить к этому факту необходимость привести оружие, боеприпасы и взрывчатые вещества — то вероятность отрицательного исхода операции резко увеличивается.

Поэтому операция была разделена на 2 части — первая разведывательно-подготовительная часть — ее команда разместила тайники с необходимыми материалами на местности, чтобы вторая группа бойцов не рисковала лишний раз при сосредоточении. В 2-х тайниках в разобранном виде лежало оружие, боеприпасы и герметично упакованная взрывчатка. Ее предстояло отыскать по бумажным картам-схемам и специально оставленным ориентирам, откапать, принести на место стоянки и там подготовить и собрать.

Перед тем как начать операцию, революционной организацией в интернете был организован фейк, что в этом районе стали замечать НЛО — специально для того, чтобы оправдать внезапное появление новых «туристов» — уфологов. Местные барыги, ослепленные жадностью конечно же будут поддакивать этой версии, хотя никаких НЛО тут почти никогда не видели. Они надеются на деньги от новых туристов — скоро их надежды превратятся в кошмары.

Два человека от первой группы остались для того, чтобы обеспечить поддержку на месте. Сегодня вечером с одним из них назначена встреча для обмена последними разведданными.

Разделившись на 3 части, наша семерка пошла по следам 2-х схронов, а один — Кузнец, как самый зоркий остался в лагере — наблюдать за долиной снизу. Он достал из футляра свой верный оптический прицел, усмехнувшись про себя от мысли, что этот прицел подошел бы для наблюдения за пришельцами.

Шпала, Алекс и Слон шли по склону горы — задача не из легких. План-схема, которую им передали на последнем пункте сбора — во время встречи с прошлой группой показывал, что схрон находится на расстоянии около километра от них — ориентир кусок стекла, воткнутый в землю с привязанной к нему лентой. Спустя час лазанья по кручам, группа наконец-то оказалась в том месте, где должен быть тайник. После чего все начали искать тот самый ориентир. Кругом голые скалы — а что если этот кусок стекла упал или закатился куда-то? Если его кто-то увидел? Если так и не удастся найти тайник и операция окажется под угрозой, даже не начавшись? — Эти мысли промелькнули в голове Слона, но он отринул их, сосредоточившись на поисках — он увидел, что снизу земля намного пригоднее для того, чтобы в ней что-то спрятать — не такая каменистая. То же заметили и остальные. И тут Шпала своим громким басом провозгласил — Нашел! Слон и Алекс подбежали к Шпале. Тот стоял над местом, где торчал из земли небольшой кусок стекла — можно подумать, что кто-то просто разбил тут бутылку, но почему-то к ней привязана лента. Под землей оказался куда больший кусок, чем может показаться на поверхности — умышленный характер этой конструкции очевиден. Это оно — ребята достали лопатки и приступили к раскопкам. Вскоре они нашли то что искали- тугие свертки в которых позвякивало что-то металлическое. Взяв их и сверившись с имеющимся у них описанием содержимого схрона — убедившись, что ничего не забыли группа направилась к месту стоянки. Придя туда — они обнаружили, что их товарищи уже тоже вернулись, а Кузнец что-то им оживленно рассказывал.

— Что случилось? — спросил Шпала.

— Есть тут новость — я видел дрон, как мне показалось — ответил Кузнец.

— Показалось? — потянул Шпала.

-Не, точно не показалось — сказал Кузнец. Эту информацию надо взять на заметку. Должно быть БПЛА принадлежит местным егерям или охотникам.

-Сезон сейчас не охотничий, может быть фермер запускал этот дрон — сказал Слон.

-Как думаете, это осложнит нам дело? — спросила Алекс.

-Может быть осложнит, а может быть наоборот очень облегчит, если тот, кому они принадлежат поддержит наше выступление — заметил Торч.

Ну, ладно, пора за работу, сказала Гриф и похрустела костяшками пальцев. Товарищи обратили свое внимание на содержимое свертков. Расстелили полотенца и стали высыпать из свертков металлические детали — предстояло собрать 7 единиц огнестрельного оружия — задача непростая, даже с описанием содержимого всех свертков.

Группа принялась за работу время от времени визуально проверяя окрестности и вскоре удалось собрать оружие — 2 сайги, 2 карабина, турецкий дробовик, чей вид вызвал некоторый скепсис Кузнеца и 2 фронтовых АК, что удалось приобрести у жадных участников войны с Украиной.

Отряд спрятал собранное оружие, чтобы его ненароком не увидел никто посторонний, хотя на склоне горы любого постороннего будет видно за несколько километров — обзор на долину был отличный. Тем не менее никогда нельзя пренебрегать конспирацией и скрытностью.

Шпала взглянул на часы — у него на руках были старые механические командирские из 80-х годов. Никаких смарт часов, а также смартфонов отряд с собой не взял. Подобные гаджеты — слишком просты для отслеживания, плюс сотовые телефоны и так будут бесполезны, если план анархистов будет приведен в действие… Время встречи подходило…

Для связи у них было несколько разобранных раций, которые тем не менее без надобности не собирались и не использовались. Общение же по ним происходило по шифру, где самые распространенные слова типо да\нет, положительно\отрицательно заменены на существительные — собака, кошка. В результате сообщения постороннему наблюдателю покажутся обыденными.

Предстояло дождаться контакта из 2-х спящих агентов — участников первой группы, что устраивали тайники. По их легенде они остались здесь, чтобы наблюдать за НЛО — ведь чтобы увидеть пришельцев, нужно долго следить за звездным небом, не так ли?

Спустя несколько минут группа увидела снизу человека, который быстро приближался к подножию горы на велосипеде. Затем начал лезть в их сторону и спустя какое-то время добрался до стоянки группы.

-Привет уфологам! — сказал тот.

-А ты знаешь, что в Германии 40-х один парень тоже искал НЛО и его даже не поймали — сказал Шпала, пока Торч тихо посмеивался, глядя на эту сцену.

-И этого парня звали Неттлау — сказал человек. Эта была кодовая фраза, хотя Торч знал этого анархиста лично, и поэтому вся тема с паролями его сильно забавляла.

Ну присаживайся — сказал Шпала — что слышно внизу?

Наш контакт — человек лет 40, которого звали Петр Рыбин с позывным Зонов или Зона. Анархо-коммунист, проверенный товарищ, что присоединился к движению еще в начале 2000-х.

-Есть хорошие новости и плохие. Начну с хороших — последние протесты в связи с реформой самоуправления здесь были серьезные, народ очень негативно относится к власти, даже мелкая буржуазия выступает против этой реформы, так как она на корню уничтожит все село Б.

-Неплохо — хмыкнул Слон, а плохие?

— Погоди с плохим заметил Зона — мусора для вас не будет особой преградой, как вы надеюсь заметили — в селе есть только один пункт полиции, там они все и находятся — он здесь прямо на единственной центральной улице — сказал Зона, показав на карте, что достал из кармана на здание. Всего их там пятеро, но как правило в самом здании находится трое. Двоих других я не видел уже несколько дней — наверное уехали. Из оружия я видел у них только пистолеты и то не каждый день, есть одна машина на весь пункт. Сотовая вышка находится, как и было выявлено в результате OSINT-работы перед операцией прямо около пункта полиции, рядом со стелой героям второй мировой войны.

-Ясно — потянул Шпала.

-Так, а еще вот это. Сказал Зона и достал бумагу — на которой была поддельная ориентировка МВД на арест нескольких местных жителей с фамилиями. Это тоже может пригодиться сказал он — протянув бумагу Торчу. Торч взял бумагу и многозначительно произнес — лучший способ подтолкнуть обывателя к восстанию — это внезапно поставить его перед фактом того, что он теперь вне закона и без восстания.

Ну, а теперь кое-что плохое — во-первых, вам придется сразу же запугать или как-то устранить священника — он слабый по характеру и скорее всего если надавить на него психологически, то проблем не будет — зовут Макарион, заведует приходами в трех окрестных деревнях. Он путинист, хотя и из местных. Но его не слишком жалуют из-за пары доносов и позиции по протестам с самоуправлением. Впрочем, это мелочь, а настоящая проблема — это егеря, они же так называемые государственные инспектора.

Я так и думал — сказал Кузнец, дрон скорее всего их.

-Егеря — это серьезная военная сила. Они знают местность, у них полно оружия, есть дроны — но пока они не подняты по тревоге — их позиции известны — это кордоны и туристические станции — вот они. Зонов показал на карте их расположение около горного озера, что прилегало к селу. Если с ними завяжется бой — это будет очень сложно, но у вас тут есть небольшое преимущество.

-Я уже догадываюсь, что именно ты скажешь — сказали Алекс.

-В отличии от полиции, эти ребята не привыкли иметь дело с беспорядками. Если народ нас поддержит, егеря скорее всего или останутся нейтральными или присоединятся. Но если нет — то это будет проблема. Последнее, что вам следует знать — если дело не выгорит, то тогда — двигайтесь к этому дому — второму по улице — я его снимаю. Зона показывал по карте. Там переоденетесь и на велосипедах поедите к подножию этой горы, далее через гору в соседнюю долину и 3-х дневным переходом до населенного пункта У. Провиант будет ждать вас у меня в доме — я все подготовил. Лица не показывайте, чтобы ориентировки не было. У населенного пункта У — вот в этом месте разделитесь, чтобы не искали группу из семи человек. И дальше постарайтесь раствориться. Оружие спрячете — сделайте тайник, также, как и мы здесь. Всем все ясно?

— Да! — хором ответили все семеро.

-Ладно товарищи, буду ждать вас завтра– сказал Зона.

-Сигнал — горящая вышка сотовой связи. — напомнил Торч.

— Да, я помню. Я еще не такой старый, знаешь ли — улыбнулся Зона. Ну я пошел, а то уже темнеет.

Группа развела костер и собралась вместе, чтобы последний раз пройтись по своему плану:

Итак — пройдемся еще раз — сказал Шпала.

-Хорошо, что в этот раз уже не придется проводить прений и голосований — шепнул про себя Торч.

План обсуждался много дней и по каждому пункту проводилось голосование. Дискуссии были жаркие, а проводить их приходилось с шифром через один из анонимных мессенджеров. Анархисты неукоснительно следуют принципу прямой демократии в своей группе — поэтому высказаться и проголосовать по пунктам плана должен был каждый -ведь когда решение уже принято его нужно будет выполнить и привести в жизнь любой ценой.

-Мы начинаем в 4 часа утра. Переодеваемся, берем оружие, брошюры, фальшивые ксивы ФСБ и спускаемся в долину. Двигаемся по центральной улице, пока никого нет. Подходим к пункту полиции — это должно быть в районе 5 часов, выносим дверь и представляемся спецназом ФСБ из Москвы, кладем всех в пол и забираем оружие. Спрашиваем: «вы пустили местных на митинг против закона об упразднении самоуправления в прошлом месяце?» В это время Вольф взрывает вышку сотовой связи. Связываем и закрываем мусоров там же в мусарне или валим, берем их оружие. Далее собираем местных перед вышкой — говорим, что пожар.

-Думаю они и так сами соберутся от того, как рванет это штука — сказал Вольф глазами указывая на пакет, в котором была завернута герметичная большая банка с аммоналом.

— Затем будет твой выход торч, надо будет толкнуть речь.

-Я скажу, что мы фронтовики, которые услышали о проблеме республики, о том, что Москва собирается уничтожить самоуправление и вместе с ним и все село, все села вокруг. Добавим еще, что из-за прошедших протестов из центра уже спущены приказы об аресте многих местных жителей. Это конечно не совсем правда, хотя слухи об этом давно ходили в местных телеграм каналах. В отместку мы объявляем о создании совета восстания и объявляем о передаче всей власти ему.

-Это напоминает мне историю из книги «Подпольная Россия» революционера Степняка-Кравчинского, как народовольцы пытались устроить восстания крестьян разгоняя дезинформацию о том, что царь ненастоящий, потому что предыдущий до сих пор жив. — мечтательно заметил Слон.

-В этот момент нужно будет избавиться от местного главы, судя по OSINT, проведенному до операции он уже много лет управляет этим селом, совмещает, как это водится в современной России роль капиталиста и бюрократа, самовыдвиженец. Его позиция по вопросу восстания неизвестна — нужно будет вызвать его к ответу, как только народ проявит инициативу в деле создания совета.

-Если будет мешать — разговор будет короткий — сказала Гриф.

-Далее надо будет спросить егерей. Какова их позиция? Первый их пост у берега озера, если народ нас поддержит и поддержат они — то будет хорошо, а если нет — в случае если народ будет с нами, а егеря нет — нужно будет общими усилиями задержать их и обезоружить, посадить к мусорам или завалить.

-Вот этого бы с егерями не хотелось бы — заметил Кузнец.

-Затем призовем всех брать в руки оружие и отправляться с нами по кордонам вдоль озера, остальные же под руководством Зоны будут проводить первый съезд Совета и готовить резолюцию, еще ему надо будет передать это — сказал Торч, указывая на сумку в которой были брошюры собранные из цитат и пояснений Волина — теоретика анархиста, что помогал Махно организовывать советы среди крестьян во время гражданской войны. Брошюры внешне были замаскированы под уфологические флаеры — снаружи «Я хочу верить» с изображением звездного неба — а внутри огненные речи анархистов-революционеров прошлого «Любая власть — есть гибель», «Берите в свои руки решение всех жгучих вопросов момента!» Создавайте необходимые для этого органы» «ВЫ, взрослые самостоятельные люди в непрекращающихся творческих исканиях сможете, наконец, довести свое сознание до той высоты, которая позволит вам направить свои творческие силы в русло самостоятельной организации и созидательной деятельности на местах. И тогда — спасение и победа будут обеспечены» и тд.

На следующих страницах описание того, как нужно проводить общее собрание, писать резолюции, проводить голосование по вопросам, назначать исполнителей при необходимости и проводить свои же решения в жизнь, также внутри находится примерный трафарет первой резолюции совета восстания села Б, который и предстояло принять Зоне и местным жителям, если все пойдет по плану.

-Мы двинемся по озеру от кордона к кордону вовлекая всех, кого сможем, пока не доберемся до следующего села, что находится на другом берегу. Думаю, на это уйдет целый день, и информация в центр начнет просачиваться. Поэтому в селе А надо будет готовится к серьезному бою с мусорами. Впрочем, если остальные жители нас поддержат — это не будет проблемой — заметила Гриф.

-Весь вопрос в поддержке народа, заметил Торч. Конечно мы будем идти до самого конца, вы ведь все подготовили предсмертные манифесты перед этой операцией?

Да — хором ответили все. Каждый член группы написал нечто вроде манифеста-завещания и отправил его надежному товарищу, чтобы в случае их гибели тот опубликовал их. Вооруженная борьба с тиранией — это путь в один конец, и к этому концу нужно быть всегда готовым. Подготовка предсмертных манифестов — это распространенная практика в том числе и в СДС. Курдских формированиях, что поддерживают идею внедрения советов и прямой демократии у себя на территории. Она повышает боевой дух и формирует готовность идти до конца.

Психологически надо быть готовым к смерти, но практически всегда стоит прорабатывать и варианты отхода.

-Я напомню нашу конечную цель. Программа минимум — создание партизанского подполья, которое бы поставляло новых бойцов, ресурсы и было бы занозой в боку у тирании долгие годы на этой территории. Программа максимум — организация независимой анархической зоны, отделенной от режима фронтом, которая бы покрывала всю территорию бывшей республики сетью конфедерации советов и коммун с перспективой присоединения к ней все большего количества новых сел, деревень городов России — сказал Торч.

-В какой-то момент тирания начнет мобилизовать свои силы — если все пойдет по плану — ядро восстания будет находится в долине, куда военным силам будет очень сложно попасть — озеро на севере и горная гряда — естественные преграды, которые с помощью местных жителей легко будет защищать долгое время. Местные знают перевалы и горные тропинки — уходить из-под потенциальных ударов при поддержке жителей будет сравнительно просто…. во всяком случае по началу — заметил Шпала.

-Будем надеяться, что они не будут отправлять для подавления самые боеспособные части с фронта — заметила Гриф.

-Им придется отказаться от сладких захваченных заводов и порабощенных земель, чтобы решиться на такое. Поэтому они будут как можно дольше тянуть резину обходясь минимальными силами — уверены. — сказали Алекс.

-Ну что же, тогда на этом все — заметил Торч.

Наступила тишина. Каждый подумал о том, что будет если завтра их постигнет провал. Если народ встретит их стеной непонимания, так знакомой каждому в современной России, эти наполненные презрением глаза обывателя, который уже начинает тянуться за своим телефоном, чтобы втихомолку донос накатать.

-Интересно, а почему народ сам не организует восстание? — спросила Гриф.

-Как говорили бойцы РПК — только когда костер ярости выгорает до тлеющих углей, рождается революционер-партизан — тихо сказал Шпала.

-Все дело в том, что один человек в целом готов на бытовое насилие в России, а вот простой народ в массе на самом деле всегда стремится избегать насилия… у народных масс в целом есть моральный ориентир и тирания пользуется этим фактом, давя их дальше и дальше. — тихо заметил Кузнец.

-Чтобы направить массы по пути восстания нужны отчаянные, те кто уже перешагнул черту. Те, кто пострадал от действий тирании столь сильно, что просто не может вернуться к нормальной жизни, не отомстив. Они — революционеры, чей гнев превратился в тлеющие неугасимые угли. Им суждено пожертвовать собой, чтобы пробить стену, что отличает обычного недовольного жизнью обывателя от грозного представителя восставшего народа. Увести за собой волну народного недовольства за черту невозврата, туда, где будет четко работать старая формула революционной ситуации — верхи не могут управлять по-новому, низы не хотят жить по-старому. Увести народ в новый мир, где люди почувствуют свою силу, свое творчество и начнут ковать свою собственную судьбу, без тирании, иерархии богатства и капитала, начальников, мусоров, фейсов и тюрем. — сказал Вольф

-Пожертвовать собой, вынув свое сердце, чтобы оно осветило путь остальным, образ прямо из «Данко» Горького — сказал Слон.

-Только мы собираемся их для начала обмануть, представившись фейсами, а потом фронтовиками — заметил Шпала.

-Ну товарищ, использование информационной войны — это старая тактика, ее применяли в гражданскую все, в том числе и анархисты. Помнишь, Махно в своем дневнике описывал, как он регулярно использовал маскировку, переодевался в форму противника для перемещения по враждебной территории, Как в немецкой форме ходил его товарищ Щусь, чтобы вводить противника в заблуждение… А еще тот случай, когда участники его отряда переоделись в офицерскую форму, чтобы вывести нескольких беляков и помещика на чистую воду.

-Мда, а потом сам Махно отхватил этому помещику пол головы шашкой, хохотнул Шпала — я помню, добавил он.

-Троцкий вон вообще для обороны Петрограда от Юденича сказал, что у белых броневики картонные — сказал Вольф.

-Мда уж если вспомнить как врали большевики — наша дезинформация — это считай, что правда. — заметил Торч.

-Тем не менее, товарищи, завтра пути назад уже не будет, это начало настоящего шторма. Каждый из нас может не пережить завтрашний день. Пробить стену многолетней пассивности и повести людей на восстание — это очень сложная задача. Думаю, сегодня будет последняя ночь, чтобы вспомнить все то хорошее, что было в наших жизнях, вспомнить родных и близких, потому что вне зависимости от результата — наш путь — это путь в один конец… Свобода или смерть! — сказал Вольф

Свобода или смерть! — хором повторили остальные.

-Товарищи, давайте не будет заканчивать на такой страшной ноте и вместо этого почитаем стихи — заметил Торч.

-А у тебя есть что-то на примете? — спросили Алекс.

-У меня есть, — ответил Слон, — впрочем, не уверен, что это повысит общий тон нашей беседы. Хм-хм.

Вздымается пирамида над океаном крови и слез,

Кричат в нем миллионы от боли, но глаза полны грез.

Мечтают пролезть наверх к золотому трону,

Плевать на других с высока, одеть корону.

Весь океан тел — все думают так,

А кто утонул — неудачник, слабак.

Дети хотят олигархами стать,

По головам бегут в бездну, забыли, как звать!

Богатые богатеют — устроен мир так,

Сидящие на пирамиде, смеясь говорят.

Задорят, подбадривают- используют власть,

Но знают отлично, что к ним не попасть.

Фундамент их капища — эго людей,

Этих полных иллюзий пустых кирпичей.

Не веришь в равенство — и тоже им станешь

Проценты и деньги в голове лишь оставишь.

Тянись к пирамиде, сквозь тела продирайся,

Над ценой квартир по ночам убивайся…

Мысль Слона немного убежала вперед и он на этом прекратил чтение.

-Неплохо — ответил Торч. Ну, а теперь моя очередь, вот это вам понравиться.

-Это похоже на рэп баттл засмеялся Кузнец. Только рэп политический.

Торч начал свой стих:

Есть один путь спастись из кошмара –

Дать иерархии бой — бояться не надо!

Убить мусоров — палачей невиновных,

Казнить чекистов-ренегатов безродных,

Сжечь богатеев — бессердечных жадюг,

Чинуш расстрелять — лицемерных гадюк,

Запытать до смерти пропагандистов,

Сжечь языки им кислотою сернистой!

Пусть грохочет война над одной восьмой суши,

Любую цену заплатим, чтоб тиранию разрушить.

Чтобы в конце концов достать и тирана.

Ему особую кару измыслить надо!

За каждую жизнь, что он загубил –

Чтоб родственник жертвы кусок отрубил.

За муки невинных по всей стране –

Крики деспота станут гимном новой вольной земле!

-Охохо, засмеялись все. Только вот тиран убил сотни тысяч не только в этой стране, но и в соседних, сказала Гриф.

-Но это я для рифмы — начал оправдываться Торч.

-Вот что делает имперское мышление, товарищ Торч — сначала рифма у него, а потом начнешь говорить о том, что Крым не бутерброд — сказал Кузнец.

Все дружно расхохотались.

Впрочем, я бы послушал гимн анархической зоны, чтобы вместо басов были вопли Путина — сказал Шпала.

А вместо барабанов удары по его заплывшей харе — процедили Алекс и плюнули сквозь зубы на землю.

-Ладно, пора спать, если конечно удастся уснуть. С завтрашнего дня нам спокойно спать не придется долго — сказал Шпала.

-Надеюсь во сне нам придет намек на то успех нас ждет или неудача — сказал Слон. Старая анархо-мистическая техника, еще со времен 1920-х использовалась — прошептал он, когда заворачивался в спальный мешок.

Тревожное предгрозовое небо… Начинается рассвет… или это отсветы пламени пожара на востоке, а под ногами виднеется маленькая алая роза… я срываю ее, а потом смотрю наверх — и вижу в небе орла. На этом моменте Слон проснулся, было еще темно.

Размявшись он стал переодеваться — простая камуфляжная форма вместо их туристической. Он достал балаклаву, которую он положил в карман и дополнительный магазин для оружия. Затем фальшивая ксива ФСБ — подделка была очень уж плохой, просто куплена в магазине сувениров, она должна купить им хотя бы несколько драгоценных минут замешательства противника.

-Ну что, снилось что-нибудь? — спросил Торч. Тот уже знает об анархо-мистических техниках интерпретации снов, которые использует Слон.

-Да, восход, роза и орел. Думаю, нас ждет успех, признаки хорошие…но сражение и кровь неизбежны.

-Ну, приятно слышать — сказал Торч и повесил на плечо автомат.

Остальные тоже были готовы — пора в путь. Спуск со склона — это непростое испытание особенно с утра и с оружием. В долине было еще темно, стоял туман — по середине долины виднелась река — она скорее угадывалась в темноте. Деревня Б. — их цель тоже была едва различима впереди. Компания молча приближалась к деревне.

Никто не говорил не слова. Затем, когда до окраины оставалось несколько сот метров Шпала скомандовал — Надевайте балаклавы!

Все одели их и двинулись в село. Они шли по единственной центральной улице — вокруг никого не было, было слишком рано — 5 часов утра, но вот во дворе слева промелькнула тень — кто-то из местных не спит. Каждый шаг давался все труднее — внутри головы у каждого крутились мысли — может быть еще не поздно отступить, превратить все это в шутку, сказать, что они просто пришли порыбачить или поохотиться не в сезон или что-то такое. Но каждый революционер усилием воли отгонял от себя эти слабые мысли и шел вперед. Вот они прошли мимо церковного прихода и сельского магазина «Берёзка», который еще не работал и приблизились к белому двухэтажному зданию — посту полиции. Прямо около него виднелась сотовая вышка, а рядом с ней — стела солдатам второй мировой.

-Ну все поехали, я иду первый — сказал Шпала, хрустнув суставами шеи, как делают спортсмены перед боем. Он снял свой автомат с предохранителя — вслед за ним это сделали и остальные.

-Погоди, сказал Торч. — Слон, посмотри по-своему есть ли кто-нибудь в здании, там даже свет не горит.

-Хорошо, сказал Слон.

Слон вспомнил свои первые опыты с техникой мысленного зрения — он представил события из далекого прошлого вокруг себя, будто он стоял в море, что соткано из событий его жизни, а затем он представил, что его руки вытягиваются по земле подобно тени и устремляются в здание поста полиции через стены и дверь по полу, покрывая весь первый этаж. Он сосредоточился на ощущениях, что испытали его руки — на них стояла мебель, лавки, чувствовались двери. Они были как линии оказывающие небольшое давление на кожу рук. Столы — чуть пошире и давление больше. Но вот что-то странное — он уловил неприятное дребезжание прямо у входа — это дребезжание жизни — внутри кто-то был.

-Внутри кто-то есть я чувствую.

-Ясно, продолжаем — сказал Шпала и вздохнул и в этом вдохе было ясно, что мысленно он уже подготовился к худшему. Он передернул затвор — его примеру последовали и остальные.

-Шпала подходит к железной двери, хватает за ручку и резким движением открывает ее. Дверь с грохотом бьется о косяк, а Шпала вбегает внутрь с автоматом на изготовку. Перед входом сидел дежурный, чье лицо при виде вооруженной группы в балаклавах вытянулось чуть ли не в вертикальную линию.

-Спецназ ФСБ на землю с*ка! — заорал Шпала на дежурного одновременно быстро сокращая дистанцию до него.

-Спецназ ФСБ из Москвы — на землю мразь! — крикнул Торч, показывая ксиву и держа ее рядом со стволом, как щит.

Дежурный замешкался — а Шпале только этого и надо было — а ну на землю и оружие сдать, с*ка, нах! — крикнул он, схватив дежурного за глотку и вытаскивая его из-за стола. Руки дежурного потянулись к пистолету за поясом.

-Оружие на землю! — крикнули все остальные наводя на дежурного стволы.

-Кладу, кладу! — сказал дежурный и его руки потянулись расстёгивать пояс.

Торч довольно цыкнул — пока дежурного укладывали на землю.

-Вы допустили местных на протестный митинг в позапрошлый месяц, да? — продолжал играть роль фэйса Шпала-Вы это сделали, да?

-Нет, я ничего не знаю! — завопил дежурный.

-Тогда где твое начальство, кто еще есть в здании? — спросил Торч, играя роль хорошего полицейского.

-В здании больше никого!

-Вызывай остальных сюда — сказал Шпала. Дежурный достал телефон и начал набирать кому-то. Ало Сергеевич тут… И Шпала вырвал у него телефон и крикнул в трубку — тут проверка из Москвы ФСБ — всему личному составу немедленно на пункт полиции явиться для дачи показаний. Чтоб через 5 минут все тут были.

Дежурный позвонил еще одному человеку и сказал, что это все. На вопросы, где еще двое — он сказал, что они уехали еще несколько дней назад из деревни — перевились в другое место, поближе к центру. Революционеры тем временем осмотрели пункт и потребовали у дежурного ключ от оружейной комнаты и от камер — что тот послушно выполнил, после парочки затрещин он Шпалы. Затем его самого оперативно в эту камеру затолкали, предварительно, надев наручники.

Тем временем на место дежурного у столика сел сам Шпала, а остальные расположились у входа, Кузнец на втором этаже со своим карабином с оптическим прицелом.

-Идут сюда — двое… это остальные, кого вызывал мусор, готовьтесь! — крикнул он.

Дверь открылась, и Шпала прогремел своим басом — Так-так-так, а вот и остальные любители национальной независимости явились — оружие сдать, документы на стол и сесть — он указал на стулья, что стояли справа у двери. Тем временем Торч и Алекс подошли к двум недоумевающим мусорам, пока Шпала начал орать на них матом за нерасторопность. Торч и Алекс воспользовавшись их сумятицей быстро обезоружили их и усадили на стулья. Один из них начальник — начал приходить в себя.

-Послушайте, но это какая-то ошибка. Что за произвол? Никакой национальной автономии здесь никто не пытался устроить! — сказал один из мусоров, видно главный.

-А это уже нам решать, умник х*ев! — проорал Шпала, поигрывая фальшивой ксивой.

— Вы же идите посидите в камере и документы с телефонами на стол положите. Мы со всем разберемся, ясно?! — примирительно сказал Торч.

Мусора положили документы на стол, а затем Торч и Слон надели на них наручники и потащили в камеру.

-Ну это уже лишнее! — запротестовал один из мусоров.

-Заткнись! А восстание прошляпить было нелишним, сука! — сказал Слон, подыгрывая. Они затолкали этих двоих в другую камеру — чтобы они не смогли скоординироваться с дежурным.

-Отлично — сказали Алекс, когда мусоров закрыли в камере. Теперь вышка.

-Вольф подмигнул, взял свою банку с аммоналом, в руке у него сверкнул металл — это был детонатор, и сказал — держитесь за что-нибудь и отойдите подальше от окон.

Революционеры вошли в коридор — там было безопаснее всего и через несколько минут вернулся довольный Вольф. А где взрыв? Вольф закурил сигарету, улыбнулся и потом здание сотряслось и послышался звон битого стекла — а вот и он. Я еще немного подбавил бенза, для красоты. — усмехнулся тот.

-Ну все ребята, — сказал Шпала, выходим народ встречаем. Торч, это будет твой выход.

Торч тем временем забежал в один из кабинетов и положил на видное место ориентировку на аресты жителей деревни.

-Я положил наши ориентировки на арест местных сюда на стол. Если все пройдет хорошо — постарайтесь, чтобы местные их увидели. — произнес он. Немного помедлив и сделав долгий вдох и выдох, он сказал — ладно я готов.

— Я тоже помогу — сказал Слон.

-Ладно, только от плана сильно не отходим — предупредил его Торч.

Группа вышла из поста и сразу обратила внимание, что слева полыхала сотовая вышка. Ребята встали так, чтобы вышка и стела были у них за спиной и уже увидели, что почти вся деревня проснулась — кругом в окнах забрезжил свет.

Народ стал выбегать из домов и кричать «Пожар!» — И некоторые уже с ведрами устремились к вышке.

Шпала вышел вперед и сказал — «Не суетись, так надо. Просто жди здесь» — первому, кто подбежал. Видя вооруженных до зубов людей, местный в замешательстве остановился, вскоре к нему присоединились и другие и перед горящей вышкой собралась целая толпа. Среди собравшихся появился Зона и еще один агент анархистов — Александр Барановский с позывным «Трудяга». Трудяга начал свою деятельность в 200-х помогал рабочим отстаивать зарплаты, потом присоединился к анархистам.

Приближался момент истины. Торч вышел вперед и начал свою речь.

-Граждане Республики N…! Братья, Сестры! Друзья! Мы — фронтовики! Мы услышали вашу просьбу, увидели, как беспощадно московское государство растоптало ваш справедливый протест против уничтожения самоуправления. И поэтому решили протянуть вам руку помощи.

-Беспардонно, нагло государство с одобрения главы Республики Т., этого московского ставленника, что презирает нас, представителей простого народа — арестовывало активистов и ваших собратьев, которые поехали в столицу Республики на протест.

-Мало того из центра были спущены приказы об аресте многих из вас местных жителей. Многие из присутствующих здесь должны будут уже завтра сидеть в СИЗО в районном центре за поддержку протестов.

-Мы против этих драконовских мер и этой вопиющей несправедливости. Если государство хочет лишить наш народ самоуправления и уничтожить все наши села, арестовать и убить наших людей — то к черту такое государство! Отныне власть принадлежит нам всем — в лице совета народного восстания! Они будут кусать локти и умоются кровью за свою наглость!

И вот он — момент истины. Наступила гробовая тишина. Слон устремил свой взгляд на толпу. Нужно попробовать хоть немного внушить им боевой настрой телепатически. Он представил, как толпа начинает поднимать руки, присоединяется к анархистам и их требованиям, поднимает свой голос против тирании. Затем Слон превратил свое представление в туман и направил его в толпу. После чего проекция разбегается по всем по стоящим людям и покрывает их тела, сосредотачиваясь на груде — эмоциональный пояс восторга и пояснице — поясе страха и адреналина, а также голове — точке входа внушения. Он делает предположение — как толпа дышит, как несколько человек поднимают руки к голове, как кто-то переступает с ноги на ногу. Наступает роковой момент. И тут Слон видит, что его предположения начинают исполняться сначала в таких мелочах, как повороты головы, а потом все больше и больше.

Любая реакция лучше апатии, апатия — это смерть. — прошептала Гриф. Шпале невольно вспомнился отрывок из «Неизвестной революции» Волина, когда он вышел выступать перед рабочими завода и на мгновение ему подумалось — а что если рабочие не поддержат идею о самоуправлении, что если массы слишком темны? Что если большевики с их манипуляциями и принуждением были правы и только из-под палки можно вынудить массы поддержать революцию? Но Слон увидел, как в глазах собравшихся отразился алым цветом пожар на сотовой вышке. Вся сцена — революционеры перед народом, за спиной их горящая вышка, а подле нее стела в память о солдатах второй мировой сквозила символизмом. Нечто прорывалось, нечто древнее и могущественное. Настоящая народная стихия, подлинный потенциал человечества, что вечно скован буржуазной действительностью и государственным насилием. Эта сцена — как магический призыв, что взывает к справедливости для всех жертв тирании, призывает в этот мир их неотомщенных призраков, дабы те слились в едином порыве с народом, что вновь стал жаждать нового мира — проходит секунда, одна вторая. Вот уже Зона и Трудяга думают попытаться спровоцировать толпу и попытаться что-то сделать, как вдруг….

Нечто разорвалось. Слон шепнул Торчу — «Думаю все получится».

Один местный парень лет 18 с характерным лицом и формой глаз поднимает руку и кричит — «Долой Московское государство! Долой Царя, да здравствует народный совет!» И вся толпа начинает скандировать название своего села и республики хором ритмично, как живое забившиеся сердце.

-Не верю своим глазам, это сработало прошептал Шпала, который уже был готов к быстрому отходу и к тому, чтобы отбиваться от местных, если те попытаются задержать их.

-Это и правда сработало!

Торч продолжал, а народу становилось все больше. Но он не боялся — стихия проснулась и прорвалась — ее уже не остановить.

-А что же глава села, этот К…? Что он сказал насчет закона о ликвидации самоуправления? Где он?

-Тут один из толпы, видно он и есть глава выходит и говорит — А я и сам против! Только что я мог сделать?

-Раз ты ничего не смог сделать, то теперь народ все сделает сам! — отрезал Торч.

-А что церковь, что там Макарион себе думает? Что он сделал, чтобы поддержать наших активистов, которых избивали полицейские и ловили как собак в районном центре, а? Ведь говорил апостол Павел, где нет закона — нет и преступника, а на кой-черт нам выдуманные Москвой законы, а?

— Алекс спустились к толпе. Народ немного с опаской смотрел на нее и особенно на ее сайгу — та подошла к Трудяге и головой мотнула в сторону Макариона. Трудяга понял, что она имела в виду и медленно стал к тому приближаться.

-Я не вмешиваюсь в политику — сказал побледневший Макарион.

-Так не вмешиваешься, что получил денег из центра уж на три прихода! — с усмешкой произнес Торч, а Трудяга и Зона засмеялись и от них волнами по всей толпе прокатился смех.

-Ну вот и не вмешивайся дальше, пока мы, народ решаем вопрос, понятно? — сказал Торч.

-Зона подошел к нему и шепнул на ухо — а если вмешаешься устроим тебе испытание святого Себастиана, только вместо стрел будут автоматные пули.

Макарион, который и так был бледным стал белым как снег после этого. А тем временем митинг становился все больше и Торч продолжал.

-Товарищи, а что наши охотники, егеря. Что они скажут? Каково их слово? Власть собралась арестовать многих жителей деревни. И если выясниться, что арестован охотник или егерь — его отправляют против воли на фронт сразу же! Вы ведь знаете это. И что же вы скажете? Бросите ли вы родную землю и ее природу под ноги Московскому тирану, как подношение, а?

Один суровый мужичок из толпы вышел вперед и сказал голосом столь грозным, что даже Шпале стало не по себе от того, как много ненависти и боли было в этой фразе. — Да черта с два им, а не родной N!

-Товарищи! Все, кто может держать оружие, все кто готов к бою — берите винтовки, все что у вас есть. Мы дадим еще то, что было на посту и отправимся на лодках по озеру на кордоны — надо всех позвать к нашему движению, все села и деревни Республики.

Вскоре в толпе появились люди с оружием, у многих нашелся огнестрел, хотя была и группа с топорами и вилами.

–Давайте-ка я дам некоторым из вас что-нибудь получше. Кто знает, как обращаться с огнестрелом? — обратился Вольф к этой разношерстной компании с топорами и вилами. Несколько человек подняли руки.

-Тогда пойдемте за мной. Вольф вместе с группой местных зашел на пункт полиции и раздал им оружие из оружейной комнаты. 3 пистолета плюс еще 2, что были у мусоров и 2 укороченных АК. Заодно те вместе с Вольфом, как бы невзначай зашли в тот самый кабинет с фальшивой ориентировкой, и он удостоверился, чтобы местные жители увидели ее. Местные взяли ее в руки, вышли возбужденные с ней с поста полиции и размахивая — кричали — «они были правы!» «они хотят арестовать целых 100 человек только из нашего села, смотрите!»

Тем временем Торч уже организовывал жителей:

-Те, кто пойдут вместе с нами звать в совет другие села — готовьте лодки и оружие. Остальные — начинайте первый съезд совета народного восстания. Не волнуйтесь, ваша задача — не менее важная, чем у тех, кто пойдет с нами дальше. Ребята давайте эти документы нам на съезд — обратился Торч к группе, что носились с фальшивыми ориентировками и показывали их толпе — мы их зачитаем там.

Вскоре группа из 40 человек с оружием была готова и все вместе с революционерами отправились к озеру, где жители уже начали готовить к отплытию лодки. Тем временем Зона остался организовывать совет.

Тут сзади к ним подбежал Трудяга, в руках у него был какой-то сверток. Подойдя к группе — он сказал.

-Я не думал, что это пригодится, но… сейчас я думаю это будет уместным. И отдал сверток Шпале. Внутри оказалось черно-красное знамя. Включите рации — мы расскажем, как прошел съезд, связь теперь будет нужна — не забудьте, говорим шифром.

Сев в лодку вместе с несколькими местными, группа развернула черно-красное знамя и отправилась в путь к первому кордону. Егерь с митинга был вместе с ними.

Тем временем Слон думал о том, что — еще несколько часов назад он уже похоронил себя. А сейчас плывет под знаменем анархизма в окружении вооруженного народа брать следующие бастионы тирании и капитала, поднимать вооруженное восстание. Есть ли для человека честного и жаждущего справедливости лучшая участь, если судьба забросила его в такую страну, как Россия? Какова альтернатива? — ждать у моря погоды, время от времени жалуясь на власть на кухне или в интернете, пока здоровье не начнет подводить, а потом дотянуть финальные несколько лет моля о смерти в лапах современной российской полуплатной медицины? Кто выиграл время — тот выиграл все — так думают все тираны. И потому каждое мгновение промедления, без восстания и гражданской войны — это мгновение, выигранное тираном и его дружками олигархами-капиталистами. Пока тело еще слушается, пока сердце еще бьется — нужно ставить все на кон и бросить вызов государству — только тогда можно сделать шаг к новым силам, новому миру, новым способностям и подлинной свободе. И ему выпал этот невероятный шанс. Ему подумалось, что сейчас должно быть тысячи мучеников анархизма, что отдали свои жизни начиная с французской революции и бунта в Хаймаркет, и заканчивая фронтами Украины, смотрят на то, как они несутся по водной глади с черно-красным знаменем, готовясь к боям и подумал — так именно это и есть настоящая жизнь свободного человека! Не кредиты с ипотеками, не проценты с кэшбэками — а подлинный бой с силами тирании государства и капитала с оружием в руках плечом к плечу с восставшим народом!

Остальные тоже почувствуй нечто подобное. Торч разулыбался и сказал — у нас тут прямо день «Д»!

Алекс вовсю улыбались, Вольф был такого довольного вида, что никто его таким даже и не видел. Только Кузнец все смотрел в прицел своего карабина на берег.

Вскоре группа причалила к первому кордону. Все группа высадилась на берег, затем высадились местные. Несколько туристов и егеря с ближайшей станции быстро подошли к толпе вооруженных людей.

-Это что такое? — спросил один из егерей. — у вас там что пожар был? — я видел дым.

В это время местные начали за руку здороваться с некоторыми людьми с кордона — все друг друга узнали и обстановка немного разрядилась.

Торч хотел было толкнуть еще одну речь, но вперёд вышел тот самый мрачный егерь с митинга и сказал.

-Все Б. выступило единым фронтом против закона о самоуправлении. Теперь совет народного восстания управляет Б. В него входят все жители. Если Москва хочет лишить нас самоуправления — пусть катиться к черту. Мы вооружены будем идти до конца.

-А мы фронтовики, прослышав о том, как ужасно с вами поступил глава Т. … , сколько жителей было без вины арестовано, а несколько даже убито — решили поддержать вас. С нашей поддержкой мусора и фейсы встретят достойный отпор. — вставил свои пять копеек Торч.

-ЛЕВАКИ! — услышали все крик. Вперед вышел турист — пузан лет сорока с седеющей бородой и четко ощущающимся запахом спирта. На этом субъекте была одета футболка русской общины.

-Вы че тут начали?

-Вперед вышел Шпала — Это наше дело, мы поднялись против тирании Москвы, тебя это не касается, или хочешь вписаться за главу Т.?

Пузан нечёткой походкой подошел к Шпале и начал было тянуть руки к его оружию. Со словами — «ну давай, ик… стреляй!». Шпала недолго думая вдарил пузану прикладом по лицу так, что выпало несколько зубов, а пузан завалился с кувырком прямо в грязь.

-Мда, гражданскую войну понтами не выиграешь! — сказала, глядя на это Гриф. Все дружно засмеялись, несколько местных подбежали и немного попинали пузана, а тот начал выть нечто невразумительное, а потом добавил «Сталина на вас нет» — от чего Алекс закатились со смеху так, что аж слезы из глаз полились. Вот это зрелище — сказал Слон улыбаясь. Нацик призывает Сталина на защиту от народа и анархистов — пакт Молотова-Риббентропа в миниатюре — такое насильно не придумаешь.

-Ладно ребята, время очень дорого — надо поднимать остальные кордоны на восстание. Туристы пусть остаются на местах.

-А я тоже хочу с вами сказал один из туристов.

-Хочешь с нами? — переспросил Шпала. Ладно, если ответишь на вопрос.

-Какой?

-Кто такой Абдулла Оджалан? — с улыбкой спросил Торч. Все замолчали.

-Турист улыбнулся и сказал — это лидер Рабочий партии Курдистана, основатель идеологии демократического конфедерализма.

-Неплохо, а он мне уже нравиться — сказал Торч.

-Погоди ответил Шпала, ну и как ты относишься к его концепции. В 2-х словах.

-Поддерживаю конечно, особенно жинеологию — для региона ближнего востока это глоток свежего воздуха в вопросах прав женщин… Впрочем, и России до такого расти и расти еще…

-Наш человек, сразу видно — сказала Гриф.

-Ладно, запрыгивай, только на телефон ничего не снимай! — согласился Шпала.

И вот группа таким же образом плыла от кордона к кордону, от станции к станции весь оставшийся день. Сопротивления не было, только поддержка.

Тем временем Зона и Трудяга проводили первый съезд совета народного восстания:

Люди выходили и перед всеми выплескивали все, что накопилось у них за 25 лет тирании — рассказы полные слез и ненависти — отсутствие здравоохранения, вымирающее село, уничтожение природы, продажа земель олигархам, угроза уничтожения священных гор и курганов, браконьерство и покровительство всего этого центром, беспредел мусоров и чинуш. Такого количества ненависти к режиму пара бывалых революционеров не слышали даже в собственном кругу — настоящий вырвавшийся наружу пожар или наводнение, что нахлынуло после разрушения дамбы — вот как это можно описать.

Собравшиеся зачитали и фальшивый документ, который подготовили революционеры. Среди собравшихся оказалось много «потенциальных арестантов». Затем вытащили скованных мусоров и начали допрашивать их — те получили еще парочку тумаков. Конечно они ничего не знали ни о каком документе — Зона поскорее успокоил толпу, когда та повалила связанных мусоров на землю и начала забивать их ногами.

-Товарищи, прошу вспомнить, что в районном центре томятся в неволе многие ваши земляки после репрессий, запущенных в связи с протестами. Лучше держать этих мусоров в качестве заложников, чтобы потом обменять на ваших земляков.

Это идея всем понравилась и мусоров благополучно оставили в покое закрыв в старом сарае и дав им бутылку воды, чтобы не умерли от жажды. Закрывая дверь их временной тюрьмы Зона с грустью подумал — от вас мы такого гуманного обращения не видели никогда.

-А теперь товарищи откройте брошюры, что мы раздали на последней страницы и давайте обсудим первую резолюцию нашего совета и проголосуем по этому поводу.

Текст изначальной резолюции был следующим:

Мы, жители села Б., согласно историческому праву любого народа на восстание объявляем о

1. Создании народного Совета восстания (далее просто Совет), который состоит из всех жителей села, кроме пособников московской власти.

2. Передачи всей полноты принятий решений, во всех сферах, ранее относящихся к ведению главы Республики, российской Федерации, ее органов и представителей, а также их исполнения Совету.

3. Недоверии главе республики N., в связи с тем, что он не был избран народом республики.

4. Недоверии власти Российской Федерации в связи с тем, что она не выражает интересов жителей республики

5. Том, что территория, управляемая Советом независима от законов, решений и власти Российской Федерации.

6. О создании вооруженных отрядов Народной Самообороны.

7. Территория под контролем Совета объявляем автономной зоной конфедерации советов (АЗКС).

8. О том, что любые попытки властей Российской Федерации атаковать АЗКС и подконтрольные ей территории будут пресечены вооруженной силой.

9. Любое село, город, населенный пункт может создать восстания совет и если согласен с вышеизложенными пунктами, после голосования присоединиться к конфедерации (АЗКС)

Но жители внесли несколько дополнений, сделав его даже радикальнее, чем он был раньше:

1. Создании народного Совета восстания (далее просто Совет), который состоит из всех жителей села, кроме пособников московской власти.

2. Передачи всей полноты принятий решений, во всех сферах, ранее относящихся к ведению главы Республики, российской Федерации, ее органов и представителей, а также их исполнения Совету.

3. Недоверии главе республики N., в связи с тем, что он не был избран народом республики.

4. Недоверии власти Российской Федерации в связи с тем, что она не выражает интересов жителей республики

5. Том, что территория, управляемая Советом независима от законов, решений и власти Российской Федерации.

6. О создании вооруженных отрядов Народной Самообороны.

7. Территория под контролем Совета объявляем Автономной Зоной Конфедерации Советов (АЗКС).

8. О том, что любые попытки властей Российской Федерации атаковать АЗКС и подконтрольные ей территории будут пресечены вооруженной силой.

9. Любое село, город, населенный пункт может создать восстания совет и если согласен с вышеизложенными пунктами, после голосования присоединиться к конфедерации (АЗКС)

10. Требовании вернуть денежные средства АЗКС, который затем распределит эти средства среди своих участников в качестве компенсации за уничтоженную природу республики, уничтоженное здравоохранение, дороги, социальную сферу.

11. В полной мере вернут членам АЗКС все средства, уплаченные членами совета в бытность гражданами РФ в пенсионный фонд.

12. Компенсацию в размере 75% от всех ресурсов, что были вывезены из республики в период правления РФ.

13. В случае неисполнения — Совет и АЗКС оставляют за собой право принудить власти РФ к исполнению вышеизложенных пунктов военными методами так, как считает нужным.

На этапе обсуждения резолюции, видя, что ситуация выходит из-под контроля запаниковал глава села. Он начал кричать — это сепаратизм! Вас всех арестуют. На что ему сказали — что московские власти и так хотели кучу народу арестовать. Но он не унимался и пришлось его связать и закинуть в сарай к мусорам.

-Ну, вот тебе и колеблющаяся мелкая буржуазия — шепнул, хихикая Трудяга Зоне, когда главу заталкивали в сарай.

К Зоне подошел один из местных и сказал — у меня есть спутниковый интернет, не хотите посмотреть, что там пишут про наши события? — Зона и Трудяга конечно же согласились. Благодаря уничтоженной вышке информация просачивалась слабо — только один местный телеграм канал назвал наше выступление народным сходом. Время есть, но мусора в других селах будут наготове. Фальшивыми ксивами их уже не пронять. Надо связаться с ребятами и сообщить им об этом.

Тем временем местные собрали несколько делегаций в окрестные села, что были южнее в долине, дабы те тоже создавали свои советы и присоединились к конфедерации. Трудяга пошел с ними, а Зона остался и достал рацию, чтобы связаться с основной группой.

Тем временем основная группа и отряд, что уже разросся до 60 вооруженных человек обедали на привале.

Основная группа села кружком и после перекуса обсуждала то что произошло и то, что должно произойти.

-Ну все прошло лучше, чем мы думали. — сказал Торч.

-Да, хотя пришлось обмануть их насчет арестов — заметил Шпала.

-Ну фальшивые приказы постоянно использовали в гражданскую войну, так же как и слухи об арестах и мобилизации. Семенов, хоть он и белый — использовал фальшивые приказы, чтобы свободно перемещаться по территории красных и разоружать их отряды. — сказали Алекс.

-Все дело в том, что простой народ не пойдет на восстание, если в их головах останется хоть какая-то лазейка, которая поможет им избежать этого. Поэтому наша задача, как революционеров — дотянуть их до конца, до такого состояния, чтобы восстание стало фактом. — сказал Вольф.

-Вот поэтому то, когда протестом управляют либералы — они всегда спускают все в унитаз. Народ до последнего ищет лазейку, чтобы избежать кровопролития. А либералы всегда рады дать ему эту лазейку — направить недовольство не на бой, а на снежки и самолетики — сказал Кузнец.

-Но товарищи, если бы режим не создал себе такую репутацию — человеконенавистнического репрессивного монстра — то никто бы нам не поверил и насчет арестов, и никто бы не поддержал — это точно. — заметила Гриф.

-Да, режим сам создал недовольство своим идиотским законом об уничтожении самоуправления, мы лишь направили это недовольство по более радикальному пути — не более того. — заметил Торч.

Затрещала рация — это был Зона.

Товарищи — сказал он возбужденно — Собаку в селе выгуляли отлично, очень хорошо нагулялась, лучше, чем думали. Но у главы оказалась кошка — пришлось в сарай ее поселить. Новости об этом разошлись — у жителей А и И тоже будут кошки.

-Что ж, сказал Торч, доставая брошюру из кармана — пойду зачитаю остальным резолюцию и посмотрю на реакцию.

Тем временем Слон поднялся и сказал — я спрошу, нет ли у кого-нибудь из местных фото речной станции МВД, что расположено в селе И, куда мы сейчас планируем направятся. Хочу посмотреть на него удаленным наблюдением — готовы ли мусора к бою или нет.

Слон нашел паренька, что показал по телефону фото берега деревни И. где была та самая станция.

Тем временем Торч зачитывал резолюцию, что сразу же вызвало бурное обсуждение. После чего пришлось вызвать Зону по рации и просить добавить еще один пункт — никто не имеет права охотится в землях автономной зоны без разрешения совета. «без разрешения охотиться нельзя — передай хозяину собаки» — так прозвучало это сообщение на их странном шифре. Зона обещал немедленно вынести пункт на обсуждение на следующий съезд, который назначен на завтрашнее утро.

Слон посмотрел внимательно на фото станции, взял в руку прутик и позволил своей руке свободно нарисовать на земле символ. Получилась этакая каракуля. Слон сосредоточился на этой фигуре закрыл глаза, удерживая в уме лишь изображение символа. Затем стал проверять свои ощущения — не появилось ли чего нового. И тут в его ноге внезапно заболел палец. Он сосредоточился на нем, растянул ощущение на все тело и позволил своему воображению нарисовать ему любую случайную картину — он увидел станцию. Мусора лихорадочно говорят по рации и телефону с кем-то. Берут оружие, это не только пистолеты, но нечто большее — они нервничают, они готовятся к бою, они знают.

Паренек с телефоном вопросительно смотрел на него — не понимая, что тот делает.

Слон стряхнул с себя транс и подошел к остальным.

-Ребята, я посмотрел на станцию удаленным наблюдением — паранормальной техникой, которой ЦРУ шпионила в холодную войну за СССР. И результаты не очень хорошие. Мусора знают о восстании, кто-то слил нас им. У них оружие, будет бой, есть и автоматы.

-Что ж, никто и не говорил, что будет легко. Наверняка это этот Макарион… Я соберу остальных и предупрежу о том, что нас ждет — сказал Шпала.

Кто-то прикоснулся к плечу Слона — это был тот самый паренек с телефоном.

-Я понял, что ты сделал — ты посмотрел на них, как шаман — научи и меня! Слон в ответ сказал — когда мы победим и прогоним богатеев и разобьём государство — каждый человек сможет так делать, каждый будет шаманом.

Шпала шепнул Торчу, то что они выяснили.

Торч сказал — товарищи, мусора в И. знают о нашем походе и собираются не пустить нас туда. Но мы устроим им сюрприз — разделимся на 2 группы одна пойдет вперед и высадится прямо на пляже, а другая чуть в стороне. Та что в стороне — подойдет к станции с востока — тем самым мусора попадут в полуокружение. Во вторую группу пойдем мы, а вы ребята в первую. Готовимся к бою! По коням!

-Местные откликнулись радостным боевым кличем на национальном языке, который прозвучал будто гром. Все расселись по лодкам и отправились в путь.

Тяжкие мысли гложили революционеров — если все пойдет по плану, местным придется столкнуться лицом к лицу с силами режима — не дрогнут ли они, будут ли потери? Но преисполненные уверенностью обветренные лица простых жителей с оружием — с карабинами, а некоторые даже со старыми трехлинейками быстро развеяли их сомнения.

Революционеры высадились первыми, чуть поодаль и двинулись быстрым шагом к пляжу. Там уже виднелись мусора. Их было 10 человек — силы одного отделения в полном обмундировании с оружием.

Местные спрыгнули из лодок и с оружием на перевес двинулись к ним по пляжу напрямую.

-Приказываю разойтись! — крикнул кто-то из мусоров, верно самый старший по званию.

-Я займу позицию повыше — сказал Кузнец и полез на близлежащие дерево, а потом удобно расположился в ветвях. «Как финская кукушка!» — хохотнул он.

Остальные быстро приближались к строю мусоров с правого фланга.

Мусора сделали несколько выстрелов в воздух, прозвучала очередь поверх голов.

-Местные замешкались, но некоторые стали передергивать затворы.

-Немедленно бросить оружие и разойтись — кричал мусор в его голосе сквозило отчаяние.

Потом он направил автомат прямо на толпу и нажал на курок. Один из жителей подпрыгнул и стал хромать — пуля попала в него.

-Они стреляют по людям — сказал Торч.

-Кузнец, сними его! — вскричал Шпала.

Вместо ответа послышался выстрел и половина головы мусора разлетелась на куски. Тело еще какое-то время стояло, а потом рухнуло, но продолжало дергаться в конвульсиях и хватать ртом воздух.

-Открыть огонь! Огонь! Огонь по мразям, огонь! — закричали со всех сторон и началась перестрелка. Первый настоящий бой восставших.

В первые несколько секунд мусора потеряли еще троих — они не заметили, что были в полуокружении и поэтому совсем как на ладони для революционеров.

Мусора стреляли очередями, местные и революционеры одиночными. Товарищам невольно вспомнилась фраза из работы Че Геварры «Партизанская война, как метод» — отличить в бою партизан от войск режима можно по манере стрельбы — партизаны всегда стреляют одиночными — берегут патроны.

Вскоре после этого местные убили еще одного — мусора начали отступать к лодочной станции и заняли оборону в здании.

-Всем лечь! Скомандовал Шпала. Местные легли и попрятались в воде — только дула и макушки выглядывали из-под водной глади. Многие спрятались в лодках и за лодками.

-Надо выкурить их оттуда! — сказал Торч.

-У кого есть стеклянные бутылки? — крикнул Вольф. Ему тут же кинули несколько бутылок, одна чуть не угодила ему по макушке. С народом всегда так — сказал он, попросишь что-то и тебя этим просто закидают. Он взял бутылку, вылил оттуда содержимое и полез в лодку — сливать бензин из бака, спустя минуты импровизированный коктейль Молотова был готов. Вольф, достал из кармана баночку скипидара и тоже на глазок добавил его в бутылку. Но непроизнесенный вопрос одного из местных — Вольф сказал, а я так и знал, что в итоге все дойдет до коктейлей Молотова — вот и прихватил немного скипидару.

Кто еще будет делать? — несколько человек откликнулись, взяли бутылки, слили бензин, а Вольф кинул им скипидар, чтобы те добавили его в свои бутылки.

-Так ребята, я пойду с левого угла, там у них слепая зона — давайте мне свои бутылки, вы не рискуйте — сказал Вольф.

Местные сразу начали протестовать — Помолчите, вам еще новую свободную жизнь строить. Лучше прикройте меня! — прекратил их протесты Вольф.

Он взял коктейли и положил их в сумку, сумку держал над водой, вместе с карабином и в воде ползком начал двигаться к станции откуда мусора поливали восставших огнем.

Позиция мусоров не была подготовлена к такому бою — По углам были слепые зоны. Когда Вольф добрался до берега, чуть поодаль от основной группы — все дружно принялись стрелять по станции. Тем временем Вольф подполз к зданию — оно было деревянным — загорится отлично — но нужно все сделать наверняка. Он прижался к углу, вокруг него пули вонзались в стены здания.

-Главное, чтоб свои на застрелили, а то вот конфуз то будет — подумал тот, когда зажег первый коктейль Молотова и резким ловким движением кинул его прямо в разбитое окно над своей головой. Затем также кинул еще один, а потом и третий, но уже с другого окна. Внутри засуетились мусора. Стрельба с их стороны прекратилась

-Товарищи, это наш шанс — Вперед! — скомандовал Шпала.

И все двинулись на горящие здание. Несколько местных подбежали и тоже кинули в здание станции коктейли Молотова. Спустя несколько минут вместо него был уже огненный факел.

Вольф подошел к остальным и глядя на горящее здание и слыша крики мусоров, что доносились оттуда произнес — «Чудесный вид, не так ли?»

-О да! Прекрасный вид. — хором ответили остальные.

Вечером все жители сел А. и И. также вышли на съезд и приняли резолюцию. Приехал Зона, рассказав подробно что случилось в их отсутствие — в частности, что он успел пообщаться с Трудягой — тот сообщил, что к конфедерации присоединились еще несколько сел — они тоже создали советы и теперь вся долина была у них в руках. А в ответ выслушал рассказ своих товарищей о бое. От селян товарищи узнали много ужасных вещей о мусорах, которые сгорели на своей станции — сколько горя они принесли местным жителям.

Тем временем благодаря спутниковому интернету удалось узнать, что глава Республики решил выйти к жителям в селе Б. — В связи с этим Торч сделал небольшое заявление.

-Переговоры с режимом для нас сейчас — это смерть. А глава Т. Как обычно начхал на наше мнение, даже не спросив о том, где должна быть встреча и когда. Поэтому предлагаю устроить ему сюрприз — в Б. с юга ведет только одна дорога между двумя горами — как насчет того, чтобы разместиться по обеим сторонам и открыть огонь по нему, когда он будет проезжать с охраной — будет знать, как смотреть на нас с высока!

-А если выживет, пополнит обменный фонд — хохотнул Шпала.

Все дружно засмеялись и начали готовиться к предстоящему походу.

Местные не знали работы Маркса «Гражданская война в Париже», написанную по следам опыта Парижской коммуны — где четко раскрывалось, что восстание есть только наступление, а любые переговоры дают режиму громадное преимущество над восставшими, но революционеры об этом знали и не дали местным жителям совершить примитивной ошибки, той, что стоила жизни Пригожину.

-Ну что ж, пора подумать о том, где будет располагаться наша база — я думаю на склоне гор. Деловито сказал Шпала.

-Да, мы переходим к тому этапу, что был описан еще Че Геварой в его «Партизанская война, как метод»…кто бы мог подумать что мы дойдем до этого — заметила Гриф.

Нужно проститься с погибшими — трое местных погибли в перестрелке с мусорами. Торч сказал небольшую речь перед собравшимися:

-Мы собрались здесь, чтобы отдать дать уважения нашим товарищам, что отдали свои жизни в борьбе с ненавистным московским государством, в борьбе за свободу, за право каждого живущего на территории России человека вершить свою собственную судьбу. Мы никогда не забудем ваших жертв и обязательно отомстим за вашу гибель — заставим режим и его палачей заплатить сто кратно! Вы шагнули в вечность, ведь Герои не умирают!

-Это очень важная часть. Мученики — заставляют двигаться вперед, поднимают мораль и боевой дух — сказал Слон Алекс, глядя на церемонию прощания.

С 2-х сел И. и А. собрался народ в большой круг. Многие тоже взяли в руки оружие. На ковер вызвали родственников мусоров, что устроили стрельбу у берега. На общем собрании также зачитали то, что кремлевские СМИ распространили об инциденте — то что это группа цыган устроила стрельбу в селе. После этого было принято решение вынести на следующий съезд положение о том, что пропаганда кремлевских нарративов на территории автономной зоны будет караться конфискацией всего имущества и арестом. Старики, прослышав о том, что вся власть переходит к совету народного восстания — достали откуда-то из тайников свои старые партийные книжки и томики с Лениным и решили, что советский союз возвращается. Переубедить их не удавалось и тогда Торч просто сказал — ну да, это власть советов, только без номенклатуры и партий. Было и много других эпизодов — портреты Путина полетели в огонь, народ распевал песни на своем национальном языке — ощущение свободы и чего-то великого, сопричастности к великому делу всего человечества и ощущение солидарности разливалось вокруг.

Революционеры собрались после долгих дискуссий, чтобы обсудить между собой сложившуюся обстановку.

-Ложь о цыганах и попытка договориться — это знак того, что глава надеяться удержать ситуацию под ковром. — сказал Торч — значит у нас есть немного времени перед широкомасштабными военными действиями.

-Но как только мы убьем его — федералы точно объявят тут режим КТО. — заметил Шпала.

-Проходы в долину уже принадлежат автономной зоне — пробиться сюда федералам будет непросто. Горы затрудняют использование авиации и артиллерии. Думаю, у нас будет время чтобы подготовиться к обороне от них. Мы создадим несколько постов на склонах гор, чтобы с 2-х сторон обстреливать дорогу у реки. Возьмем лучших стрелков — без тяжелой техники федералам эту точку не взять — это будет повторение той засады в первой Чеченской, когда колонну прижали с 2-х сторон.

-Только надо будет наладить производство взрывчатки — сказал Вольф.

У егерей есть дроны, их можно переоборудовать в примитивные FPV или использовать для сбросов бомб. Это важно для борьбы с тяжелой техникой в том числе — заметили Алекс.

-Завтра надо избавиться от главы, а потом мы двинемся сюда к У. — развернем наступление с 3-х сторон и попробуем захватить населенный пункт. — деловито говорил Кузнец, глядя на карту. Сами знаете остановка — смерть, наступление — вот единственный путь восставших.

Слон смотрел в небеса и думал — еще сегодня утром, он шел на верную смерть. А сейчас они планируют атаку на главу республики, создание базы и дальнейшее наступление. Воистину одно из самых коварных орудий любого деспота — это капиталистическая современность — буржуазная полудрема, в которой постоянно прибывают природные силы человека под пятой тирании капитала и государства. Стоит недовольству появиться — как тотчас либералы или подкупленные спецслужбами дельцы-провокаторы выпускали пар в бессмысленное русло. Но если волну недовольства возглавляют революционеры — то дамба, сдерживающее подлинные человеческие силы, рушится и народная стихия разрывает свои оковы.

У революции появляется инерция — люди, что раньше были пассивными сами начинают поднимать других на восстания, созывают съезды, советы у них просыпается инициатива, они чувствуют, что от их решений зависит их собственная судьба.

Не стоит бояться того, что массы могут не назвать себя сразу анархистами — без понуканий со стороны партий и под влиянием примера революционеров — анархизм будет для них естественной реакцией на новые вызовы и проблемы. В борьбе и при строительстве мирной жизни они обязательно научаться. Нужно быть готовым адаптироваться — приблизиться к массам. Если кому-то по началу захочется считать советы восстания возвращением СССР и эта идея будет двигать его к революции — пусть так. Позже человек сам на опыте увидит разницу.

Даже если их восстание провалиться — подполье на этой территории и партизанские действия будут долгосрочной кровоточащей раной для режима, что породит еще немало бойцов для сил народной самообороны и анархистов.

Вот так и начинается шторм — подумал Слон — глядя на звездное чистое небо. Он вытянул руку к небу — чтобы человек мог воспарить — иерархиям суждено пасть — прошептал он небу.

Комментарий автора:

Все персонажи- революционеры названы именами анархистов, что были убиты властями СССР в гражданскую войну и при репрессиях 1937 года. Их позывные-прозвища — игра слов на отчество, фамилию, подпольную кличку или что-то связанное с прошлым человека. Например, Рогов воевал в железнодорожных войсках в первую мировую и поэтому он получил позывной «Шпала». Прочитайте о них в книге «Гонения на анархизм в советской России», в статьях по истории гражданской войны в Сибири, на вики и в списке жертв сталинских репрессий мемориала.

Анархо-мистик

«Боец Анархист», читайте нас в Телеграме