Трансгендерность как отягчающее обстоятельство. Прокурор требует срок за нюдсы и стихи

Кассационный суд оправил на пересмотр уголовное дело Юлии* из Уральского региона.
* Имя изменено.

Юля — красивая девушка, но даже самые конвенционально красивые чувствуют себя неуверенно. Особенно подростки. Так и получилось, что в 18 лет Юля флиртовала с незнакомыми людьми в интернете, а также писала у себя на страничке грустные стихи о собственной жизни.

История довольно обычная: было одиноко, хотелось чувствовать себя желанной. Однажды возникла идея заработать своей внешностью денег — и таким образом как бы получить материальное подтверждение собственной привлекательности.

Не повезло: продажу фотографий заметили полицейские.

18-летняя трансгендерная девушка продавала нюдсы и писала депрессивные стихи. Следствие и суд назвали это «распространение порнографии» и «призывы к суициду среди несовершеннолетних».

Статья 242 ч. 3 УК РФ предполагает до 6 лет лишения свободы. По ней привлекают и вебкам-моделей, и тех, кто пересылает интимные фото и видео. Не важно, ваши ли это фото или скаченные из интернета, бесплатно вы их шлёте или за деньги: опасно распространять любые нюдсы. Всегда есть шанс, что интимная переписка окончится уголовным делом.

— Статья ходовая, за неё могут отправить в места не столь отдаленные. Даже если наказание будет условным — годы следствия и суда истреплют ваши нервы, — объясняет правозащитник Эльвира.

Годы следствия

Обвинение по уголовным статьям и долгое разбирательство с чтением личных переписок было для Юли тяжёлым испытанием. Но она не пыталась убежать и содействовала следствию. Одновременно с этим она занималась личными делами: время-то на месте не стояло.

До 2023 года сменить гендерный маркер в России было возможно, но только после совершеннолетия. Прохождение комиссий тоже занимало время, особенно под подпиской о невыезде. Юля получила новый паспорт с правильными именем и гендерным маркером в 20 лет: предписанный «МУЖ» был изменён на правильный «ЖЕН».

Рассмотрение дела, в свою очередь, затянулось: в первой инстанции прошло 18 заседаний. Прошло три года, прежде чем, наконец, был вынесен приговор:

За нюдсы и стихи — 5 лет лишения свободы условно.

Районный прокурор подал обычную в таких случаях апелляцию, но сам же её и отозвал. Приговор вступил в силу. Казалось бы, Юля могла спокойно отбывать условное осуждение. Но это длилось недолго. Подключился прокурор области.

Прокурор-трансфоб

Областной покурор подал кассационное представление, где особое внимание уделил смене гендерного маркера. Напомним, дело завели, когда Юле было 18, и гендерный маркер она сменила тогда же — получается, на этапе следствия. Гособвинитель полагает, что это было сделано специально, чтобы ввести следствие в заблуждение и избежать реального лишения свободы.

Прокурор акцентировал внимание, что для смены гендерного маркера Юля не делала хирургических операций (они не требовались). Более того, он голословно утверждал, будто после приговора обвиняемая прервала заместительную гормональную терапию (она не прерывала).

Дело слушается в закрытом режиме, защиту осужденной осуществляет правозащитник Эльвира. Она считает, что именно трансфобия побуждает прокуроров требовать пересмотра дела:

— В кассационном представлении прокурор утверждает, что приговор «исказил суть правосудия», ведь Юлия «является лицом женского пола, но фактически остаётся при этом мужчиной». А, значит, должна сидеть в тюрьме, как мужик! Л — логика, — возмущена Эльвира.

Гособвинитель требует «назначить окончательное наказание в виде реального лишения свободы», то есть 5 лет заключения. Такой срок можно получить за убийство — впрочем, за убийство можно получить и меньше.

Трансгендерность как отягчающее?

Разумеется, защита подала возражения. Утверждение, будто вся Юлина жизнь была только для «смягчения наказания», безосновательно. Статьи, по которым было предъявлено обвинение, не освобождают женщин от уголовной ответственности, в том числе предусматривают возможность лишения свободы.

Гендерный маркер был изменен законным путем и на законных основаниях. Никакие операции тогда не требовались, а сейчас провести их в России и вовсе невозможно. Что касается гормональной терапии, то Юля её не прерывала, что подтверждается медицинскими анализами.

— Кассацию мы не отбили — рассказывает Эльвира, — приговор не устоял, коллегия судей согласилась с позицией обвинения и вернула дело но новое рассмотрение. Грубо говоря, будут прокручивать фарш по второму кругу. Трансгендерный статус моей подзащитной воспринимается прокурорами как отягощающее обстоятельство. Это неправильно и негуманно!

Юлии тяжело даются суды. Она признала вину, раскаялась и всё это время, уже четыре года, ведёт законопослушный образ жизни. Создала семью, мечтает спокойно жить и работать.

«Мы не падаем духом. Ведь пересмотр может снизить срок наказания, будем работать дальше и добиваться справедливости».