Хайджи за сказкой идет.

Шончалай родилась в городе Кызыле Тувинской АССР, после чего жила в Хакасии. По отцу ее род — Ховенмей, из которого вышла плеяда всемирно известных деятелей культуры. Ее дед — Байкара Ховенмей (Бай Кара) был первым поэтом Тувы и стал впоследствии классиком тувинской литературы. Одна из бабушек по линии матери — Анбус Чаптыкова — некогда была известной на всю округу шаманкой и в последние годы жизни была старейшиной рода Салгын (Шалгыновых), входящего в сеок (племенное объединение) Ах Хасха. Первое письменное упоминание о хакасском роде Ах Хасха относится к 1293 году и содержится в китайской летописи «Юань ши». В 1705 году ее пра-пра-прадед Пронча был назначен Петром I волостным (губернатором) и был жалован шубой «с царского плеча» за хорошую службу. От него идет родословие Шончалай — десятое поколение согласно Родовой книги.

В 1997 году при ХГУ им. Н.Ф. Катанова (г. Абакан) впервые открылся класс «Народные хакасские инструменты» Шончалай стала одной из первых выпускниц. Пение появилось в ее жизни далеко не сразу, да и поначалу Шончалай заинтересовалась питчейныном — чукотским горлохрипением и шаманскими практиками народов Сибири и Крайнего Севера.

С 2003 года является ведущей исполнительницей в Театре шаманских Мистерий «Камлат-Кам», преподает хореографию северного танца и ведет курс по психоэнергетическим практикам шаманов Арктики. Занимается традиционным обережным бисероплетением и национальной вышивкой. Совместно с Олардом Диксоном Шончалай Ховенмей организаует экспедиции по изучению шаманизма в Хакасию и Туву.

Шончалай рассказывает о своем опыте и пути.

Я была на твоем тренинге, где ты рассказала про горлохрипение. Необычный для меня термин, я привыкла, что говорят о горловом пении. А про питчейнын слышу вообще впервые в жизни.

Питчейнын — это горлохрипение чукотское, самый древний стиль горлового пения. Он у меня стал получаться и разработал мне горло. Я до этого не пела, я инструменталист, мне пальцами двигать было надо. Потом у меня произошло слияние с танцем — северный танец должен идти с питчейныном, танец без питчейнына не танец — традиционно надо петь и двигаться. Я открыла себе горло, а потом была воля духов, которые во сне помогли освоить хай, правда, своими методами, раскроив мне череп. Потом я анализировала и поняла, что так и происходило во все времена. Научить можно всему и научить хорошо, но когда все происходит с благословения духов, то появляется внутреннее понимание приемов звукоизвлечения. Лет пять я пела питчейнын, а потом я попробовала тувинское горловое пение хоомей и ничего не получалось, а потом, после сна и благословления духов ко мне пришел хай — хакасский стиль горлового пения. Когда время пришло, моя учительница прислала мне записи старинных песен, собранных известным исследователем хакасской музыки А.А. Кенелем (первый композитор, репрессированный, ученик Римского-Корсакова) и отрывки эпоса.

Ты выступала с исполнением эпоса в Хакассии?

В Хакасии эпос это чисто мужское. Я в Хакасии не выступала.

Теперь ты хайджи?

Нет, я себя хайджи не называю. Сказители-певцы имели в своем репертуаре ряд крупных сказаний, повествование которых часто продолжались несколько ночей. Считается, что самые сильные хайджи наделены особым даром, так же как и шаманы. Отсюда и их название «ээлiг-хайджи». Не каждый музыкант хайджи. Я перепела исполнение Семена Прокопьевича Кадышева — самого старейшего и самого известного хайджи, пошла по прямому и незамысловатому пути. Настоящий хайджи — это тот, кто знает свой эпос, не просто услышал от старика, и перепел, даже с благословения духов, а сказка к нему сама приходит. Именно этого у меня пока не произошло и не знаю произойдет ли вообще.

Как поет хайджи? Горловое пение, владение им, насколько оно обязательно для хайджи?

Горловое пение — дар горных духов — у хакасов применялось исключительно при исполнении героического эпоса. Считалось, что когда хайджи начинает сказывать свои сказания, то слушать его приходят не только люди, но и горные духи. В связи с этим певец сказывает свои произведения вначале горловым пением (для горных духов), а затем уже обычным голосом (для людей).

Как долго он поет, по каким законам развивается эпос? Что регламентировано, а что нет? Есть простор для импровизации?

Сказание было регламентировано. Так, изменять сюжетные линии, что-либо особо приукрашивать, или убирать из текста, прерывать развитие какого-либо действия категорически запрещалось, иначе сказитель мог быть серьезно наказан свыше, вплоть до смерти. Алыптыг нымах — богатырская сказка, сказание о богатырях, которое начинается с зачина, в котором идет сотворение мира, а потом идет развитие сюжета. В одном эпосе может быть история четырех поколений. Рассказывается о богатыре — вот он жил, родил детей, он в битве погибает, а дети его остаются, подрастают и тоже идут на битву — это уже другое поколение и это уже другая часть эпоса. И таких будет четыре-пять поколений. Эпос — это преемственность: вот моя земля, вот материнская земля, вот отцовская земля. Вот здесь богатырь жил, пошел за невестой, нарушил какой-то завет, ему пришлось к Ирлик хану спускаться, что-то он взял оттуда, вышел, на коня сел, три горы перескочил, молочное озеро увидел, оживил кого-то. Такая вот цепочка идет и обычно заканчивается ни на чем. Хайджи мудрыми были и оставляли место для того, чтобы дальше можно было продолжить. Память у хайджи нечеловеческая — десять тысяч строф — запомни! Традиционно исполняли эпос ночью — днем занимались своими делами, а ночью слушали эпос. Он мог продолжаться до трех ночей. Но хайджи не имеет права, не закончив эпос, уйти из деревни. Хайджи — они как бродячие музыканты — куда их приглашали там они и пели. По легенде, если хайджи не допел эпос и уходил из деревни, к нему приходили духи и говорили — «Тебе что жизнь надоела? Иди обратно и допой». Как говорится, хайджи за сказкой идет. Он не сам сказку говорит, а сказка его ведет. Во время исполнения сказителем героического сказания перед слушателем разворачивается виртуальная реальность сказки: ее многомерность, многоплановость. Сами сказители говорят: «Когда я рассказываю сказку мой ум, мои мысли со сказкой, кружась уходят», он не только видит эти миры, но и переводит свои видения на доступный язык понимания.

У него раскрывается видение и он просто описывает то, что видит, буквально. Когда он описывает то, что видит, люди которые его слушают, они тоже видят это. Хайджи перевоплощается в каждого из персонажей и слушатель ясно представляет действие, как на 3D экране: как герой разговаривает с матерью или гневно отвечает врагу, а они сидят, слушают и смотрят, а потом, если хайджи ошибся и у какого-то коня была другая сбруя, то кто-то из слушателей встанет и скажет — «нет, другая сбруя была, точно!».

Слушатель может поправлять, потому что если он слышал один раз эту сказку, то он видел ее визуально и помнит детали. Когда человек рассказывал, он подмечал все сплошняком — цвет, количество камней, масть коня, какая сбруя, где озеро было… Все эти вещи слушатели выхватывали из сказанного и, грубо говоря, строили себе конструкцию из этого. Эта картина, которую произносил хайджи, разворачивалась у них перед глазами, таким образом они смотрели телевизор. Есть особенность традиционного исполнения хакасского эпоса — — чередование — эпос чередуется с пересказом пропетого.

Как становятся хайджи? Этот дар передается по роду?

Как у шаманов, так и у сказителей существуют ряд передач сказительского дара: по наследству, то есть по мужской или женской линии, иногда с перерывом в несколько поколений от прадеда по отцу к внучке. Также сошествие духов-тёс, у нас говорят: «духи давят», что влекло за собой что-то вроде шаманской болезни, когда человеку приходится решать быть шаманом или сказителем, и о чудесном появлении дара либо музыкального инструмента во сне, когда приходит Хай-ээзи — хозяин-хая и начинает учить неофита.

Расскажи, откуда и каким образом приходит хай к хайджи?

Как и у шаманов, сказитель во сне проходит экстатическое посвящение, например сны о медных трубах, вставленных в горло будущего сказителя хозяином хая, о превращении в человека-лебедя, поднимаясь высоко в небо курлыкая. Так же во сне духи говорили, чтобы сказки не сокращали, иначе будут сокращать жизнь. Вернувшись, они сообщают об обладании некой Силы, которая переполняет их, заставляя рассказывать богатырские сказания окружающим.

Есть много легенд и сказаний, связанных о получении дара петь горлом хай, большинство из них повествуют о горных духах. Горные духи — это очень могущественные духи и силу хая приписывают им. Духи любят приходят послушать хай. Становление шамана и становление хайджи — это один корень, потом ему дается право выбирать. Вернее, сами духи за него решают — чем он будет заниматься шаманским целительством либо петь эпос. Это разная категория людей. Как сейчас, так и тогда и шаманы и хайджи не очень свою участь жаждали. Их участь была не очень доходная, и как сказал ученый-этнограф Лев Яковлевич Штернберг «Талант шамана не дар, а бремя», так и сошествие духов на будущего сказителя не всеми и не всегда воспринималось с радостью.

Есть показательный рассказ про одного хайджи, который сидел дома и пел. Мать вдруг прибегает на крик ребенка, смотрит — ребенок в очаг упал и жарится там. Мать выхватывает своего ребенка из этого очага, смотрит на своего мужа, а у него слезы на глазах и он не может прекратить петь. Он вошел в такое состояние, что он видит что происходит, но духи не отпускают его и он ничего сделать может…

Есть ли разные категории эпосов или, возможно, разное назначение эпоса? Ну, например, эпос нужно исполнять в таком-то и таком-то случае? В каких случаях _нужно_ исполнять эпос?

Есть эпос, который предназначен для того, чтобы просто петь его народу, а есть категория исполнения мелодий на похоронах, во время ночных бдений возле тела покойного. Такой хайджи тоже всю ночь пел и играл, он успокаивал душу мертвого и звуком помогал ему. Брали с собой сказителя и охотничьи артели: считалось, что рассказывание сказок приносит удачу. Считается, что звуки чатхана имеют целительную силу, и проводят целые церемонии избавления от болезней и бедствий.

Расскажи, пожалуйста, про свой инструмент. Чатхан — когда он появился? Как на нем играют? Пожалуйста, расскажи еще именно о _своем_ чатхане.

Чатхан — обязательный спутник хайджи (сказителей хакасского эпоса), тахпахчи (певцов). Считается, что по своей силе чатхан не уступает шаманскому бубну и в случае необходимости, может с успехом заменить его. Это многострунный щипковый музыкальный инструмент хакасов, типа цитры. Корпус-резонатор в форме продолговатого ящика, чаще без дна, с прикрепленными вдоль струнами. В прошлом инструмент выдалбливался из цельного куска кедра или сосны. Позднее стали сколачивать, склеивать из отдельных дощатых частей. Прежние чатханы имели всего 3-4 струны, сплетенные из конских волос. Могут применяться до 14 струн. Традиционно играют сидя, положив один край чатхана на колени, другой на пол, поджав ноги под себя. Играют на чатхане пальцами правой руки — щипком и щелчком. По хакасскому мировоззрению, между человеком и вещью, имеется энергетическая связь. Музыкальные инструменты вообще считались живыми, так, например, певец-хайджи перед тем, как начать исполнение символически угощал чатхан чаркой с вином, чтобы сердце и голос инструмента не исчезли. Он является символом хакасского народа. Согласно историческим источникам он появляется в долине Среднего Енисея в эпоху поздней бронзы и раннего железа (IV век до нашей эры). На долбленом чатхане со струнами из конских волос играли в маленькой юрте, где звук которого по кругу ходил. Вот этот, который ты видишь сейчас, — ему лет 50, он был сделан в период возрождения изготовления инструментов и игры на чатхане. На чатхане «хазых» — это косточки бараньи из лодыжки, они подстраивают струну.

Шончалай играет на чатхане не только аккомпанируя себе во время исполнения хакасского эпоса. Она исполняет инструментальные композиции, сочиняет песни на хакасском, русском и тувинском языке. Танец Волчицы преображает ее в Волчицу. Я видела. Игра на чатхане преображает пространство в волшебное. Я слышала.