Оригинал материала
Разгадки снов Lerysol Spring
Только дурак нуждается в порядке
— гений господствует над хаосом.
Albert Einstein
«Тебе уже хватит?»
Оставь, оставьте меня ограничивать, танцевать буду сама с собою, так волшебно у зеркала, покачивая прелестями.
«Тебе уже много, а мне?»
Не важно, я шуметь хочу, просыпайся, проснись, посмотри, какая ночь звездная. Мррр, фыррр, фыррр, мррр, спишь, а я одна устала, хочу тоже спать, хочу поцелуи шепотом, так быстрее засыпаю, мрррр…
«Что делаешь?»
Темно, без десяти четыре, неизменно колесо, ну надо же. Читаю тебя, от нечего… Соскучилась. Мне нравишься Ты, когда выпускаешь нежность.
Фиглей страдала, спасая мир красотой, а после, как всегда, еще стараюсь отыскать рычаг способный перевернуть. А ты?
«А я нашел тебя.»
Как? В характере её? Потом, конечно, в манерах шевелить губами, поступки поступать. Смеюсь, все знаешь про круговорот. Течение горной реки, бурное с выступами, разворотами. Чуть встала взрослее, на другую сотню лет от тех знакомых искренних четырнадцати в тебе. Также строг и нежен, когда час забав прибрежных волн. Сюрпризы калейдоскопа с бусинками тебя в шумящих рядом, меняется настроение с вращением каждым, де жа вю. Слова Франсуа де Ларошфуко порхают: «Нет таких людей, которые, перестав любить, не начали бы стыдиться прошедшей любви».
«Что со скамейкой?»
Бросила, а смысл? Не видела давно, соскучилась по пальцам, а ты?
Вечер, тишина, шелест листьев за окном. Костер, не торопясь похрустывает ветвями, спокойствие в лесу. Все словно повторятся с тобой, спинка на прогибе, чуть кончиками, тише, тише.
«Как ты? Где побывала?»
Раскраснелась вся, так преданна была тебе во мне. Но притяжение посылает схожих, а может сама раскапываю в них тебя. Кто под силой ветра в сторону сойдет, кто улыбнется и возьмется снова.
«О другом чуть, как ты ? Гадаешь? Какими кистями владела?»
Гуаши черные мазки по прежнему бросаю на полотно, мешая серое, с испачканным бельем. Беру оттенки белого, космический латте, слоновой кости, кремовые тона, но руки опускаются, не хватает кислорода. Понимаешь, все в желаниях. Непокорные гейзеры украсили характер уверенности в правоте. Доверяя пустоте слов вежливых и безразличных полностью, со временем лишь приходит понимание закулисья. Пусть. Чуть тише, чуть спокойней, плюс один к моим…. Там глубоко внутри один из персонажей хочет в волю извергать настоящую себя, не остановить. Беря терпение с молчанием под уздцы, обычно пять, возможно, десять, изредка пятнадцать и…, выбившись из сил, сменяет облик маленькой себя, ребенок.
«Салфетку дать?»
Тишина и всхлипы. Глазены просят приобнять, поцеловать, согреть от той иной в тебе.
А полетели к океану? Спрячемся. Я билеты взяла на завтра, с тебя сланцы и эспрессо в аэропорту, в знак благодарности.
Хочу, хочу, хочу в тебя… Ранним таким утром, уткнутся носом просыпаясь, гоня навязчивый туман сновидений, сладко потягиваясь, наигрывая кончиками стоп мелодии Моцарта.
Хочу, хочу, хочу в океан, но только после завтрака… Ты приготовишь? Приготовь, приготовь, приготовь для меня особенной. Шучу. Я быстро в душ, а потом на завтрак пораньше, когда обитатели острова еще спят. Сегодня присядем у окна.
Хочу, хочу, хочу завтракать фруктами, среди белоснежных скатертей, услужливых незаметных и утренней тишины. Только я и твои глаза.