Оригинал материала
Дети на ветру
История публикаций японских авторов, пишущих книги для детей/подростков в СССР, мало чем по своей логике отличалась от соседствующих с литературой сфер. Случай детской литературы может и несколько проще в виду ключевой своей аудитории, хотя и спектр тем, затрагиваемых в детской литературе Японии, несколько отличался от массовой советской, что неудивительно, учитывая разницу культур и целей текста для подрастающей аудитории. Часть авторов/произведений мы прибережем для светлого будущего, а пока поговорим о реальности японских детей послевоенного времени, пускай и с налетом сказочной пыли.
Публикуемая в СССР детская литература из Японии должна была придерживаться определенного социального посыла, поэтому заранее стоит оговориться, что в ряде произведений обязательно будут «прогрессивно» окрашенные персонажи, которые ратуют за мир во всем мире, борются с буржуазией и прочим идеологическим формализмом. Большинство произведений разворачиваются в пограничное для Японии время, поэтому тут либо небольшой промежуток в период до войны, либо промежуток после, лишь некоторые из текстов перешагивают этот временной бордюр. Самая важная черта этих книг заключается в том, что детский глаз смотрит на проблемы взрослого мира иначе, а значит переживает, пытается помочь, исходя из своей, другой, логики. Если визуализировать данное отношение, то лучше всего подойдет в этом отношении фильм Шона Бейкера «Проект Флорида», где тоже разворачивается взрослая история, но через призму детского глаза.
Другой момент, который сильно бы отличал японскую детскую литературу от соседствующих национальных форм — это честные и сознательные разговоры про смерть, ее в произведениях много, тема открыто преподносится читателю, без излишнего сентиментального засаливания и подготовки. Поэтому ряд советских граждан, убивавшихся от душераздирающего «Босоного Гэна» / «Могилы светлячков», активно крутившихся в прокате 1980-х годов, могли бы быть гипотетически готовы к наплыву слез, если бы обладали небольшой портативной библиотекой детской литературы из Японии. Несмотря на небольшое количество книг, переведенных и изданных в СССР, многие из них очень ловко препарируют эмоции читателя, порою спокойно выходя за пределы «детской литературы». То есть, даже при том, что вы уже набрали значительных цифр в своем возрасте, японские писатели позаботились о том, чтобы защемить пару ваших душевных струн.
Книги, весьма удачно, сопровождались иллюстрациями советских художников (в большинстве своем), еще одна весомая причина, по которой стоит обратиться к этим произведениям, поскольку качество и талант исполнения превосходит любые ожидания, собственно, это то поле деятельности, в котором мало какая современная детская литература отечественного производства может соревноваться. Особенно это видно на примере постсоветских детских изданий, где многие тексты погружаются в иллюстративный делирий, разница пары лет в этом вопросе очень существенна. Больше всего в оформлении книг иллюстраторов волновала стилизация, хотя это и не отменяет их заслуг в соблюдении настроения произведения и соответствия визуального тексту. Стилизацию под «Восток» у нас любили применять по поводу и без, любая тематическая связь с Дальним или Советским Востоком порождала различные эксперименты с формой. Самый ходовой прием — стилизация шрифтов, которая уже с обложки готовила бы читателя к грядущей встречи с Востоком, иероглифами и прочей экзотикой. Иллюстраторы вполне себе справлялись с отображением Японии, избегая излишних национальных клише, в некоторых случаях получалось очень даже убедительно.
Сунада Хироси (砂田弘). «Прощай, дорога!» (さらばハイウェイ)(1970).
Сокр. пер. с японск. Г. Ронская. Рис. А. Шульца. Послесловие: Владимир Цветов. М. : «Дет. лит.», 1974. Тираж: 100 000 экз.
История о маленьких людях и больших корпорациях — не самая обычная тема для подростковой литературы с весьма кинематографичными поворотами сюжета. Сёдзо Такэути — таксист, который волей обстоятельств вступает в конфликт с крупной автомобильной компанией. Мальчик Мамору Мацумото попадает под машину из–за неисправности автомобиля, а ведь он хотел стать перспективным бейсболистом. Мама мальчика начинает увлеченно погружаться в протестантизм. Вьетнамский врач, который ненавидит Америку, потому что его брат погиб под колесами военного автомобиля. Девушка, которая мечтает пойти по стопам своего отца и стать врачом, но сталкивается с патриархальным миром. Богатый президент автомобильной фирмы Камиока и его внук Ёсихико. «Прощай, дорога!» — это небольшое высказывание в духе «Левиафана» Звягинцева или «Дурака» Быкова, пускай и с меньшими последствиями. История, как и ее персонажи здесь весьма колоритны, даже несколько удивительно, что произведение поместили в категорию «Детская литература». Но, как пишет Цветов в послесловии: «Сунада, писатель-реалист, сочувствующий социализму», здесь, как говорится, без аргументов.
Хирацука Такэдзи (平塚, 武二). «ПАПА большой, Я маленький». Повесть, рассказы, сказки. (パパはのっぽでボクはちび) (1977).
Перевод с японского Г. Ронской. Рис. Р. Вольского. Послесловие: В. Санович. М. : «Дет. лит.», 1981. Тираж: 100 000 экз.
Очень нежная и по-своему «взрослая» история о мальчике и его родителях. Хирацука Такэдзи создает страну «Что-хочу-то-и-делаю», место, где маленький герой вместе с папой и мамой рефлексирует на тему своих тревог и волнений. Простые вещи: отношения между взрослыми, детские страхи и любопытство, мучительные дроби в школе — через все это получается рассказать историю о семейных узах, причем не о тех, что насаждаются через размытые «семейные ценности», а через простые и знакомые всем истины. Особенность этого текста заключается в том, что он не только прописывает знакомые многим детям ситуации, но и через все эти символические образы и сказки показывает послевоенную Японию. Эта книга очень ценное пособие на тему того, как и кто может смотреть на наш мир.
«-Стало быть, я ниже папы на пятьдесят пять и восемь десятых сантиметра. Значит, мы видим предметы с разной высоты.
— Однако лёжа мы видим все одинаково, малыш, — говорит папа»
Тани Синсукэ (谷真介). «Дети из дома #300» (300番地のこどもたち) (1967).
Перевод с японского и послесловие Г. Ронской. Рис. Г. Епишин. М. : «Дет. лит.», 1976. Тираж: 100 000 экз.
«Дети из дома #300» — это пример того, когда рассказ о быте детишек из старого барака, которые вечно в поиске новых игр и достойных соперников, превращается в историю для взрослых глазами детей. Одним дано жить в бараках, чувствовать дух коммуны и единения, проводить все время на улице, пока их родители (или только один родитель, неполных семей там тоже хватает) работают не покладая рук, пытаясь «выжить» в мире без войны. Другие дети уже живут в многоквартирных новостройках, забот у них тоже хватает, но они другие. Барачные ребята жуют рис и запивают его мисо, а другие уже попивают молоко и заедают его булками. Тани Синсукэ все равно находит способ привести соперников к одному — причин разобщения быть не должно, все найдут мир и покой в друг друге. На фоне этой истории проступают страшные и буржуазные дядьки с усами, которые будут пытаться лишить детей их игровой площадки на горе. В книге очень много отсылок к военному времени, которое дети не застали, но по своему незнанию они все равно будут натыкаться на многие свидетельства войны. В послесловие этой книги можно найти ужаснейший заход про «знаете ребята, в капиталистических странах такое бывает, когда приходят злые дяди и отнимают собственность», понятно, что морализаторство подобного толка очевидного о другом и не о книге, поскольку это история — о меняющейся эпохе и возможности детей отстраниться от проблем, не видя их глазами взрослого человека.
Накагава Риэко (中川李枝子). Детский сад «Тюльпан» (いやいやえん) 1962.
Перевод с японского А. Коломиец. Рис. Т. Сорокиной. М. : «Дет. лит.», 1967. Тираж: 300 000 экз. 2 издания.
Небольшой сборник рассказов про мальчика Сигэру из детского сада «Тюльпан» — это истории про обнаружение детьми чудесного, гармония волшебного и реального в едином мире. Никакой строгости и морализаторства, мир Сигэру и его одногруппников выстраивается из сосуществования обыденного мира (где можно подраться, пошалить, побегать, схитрить) и мира ирреального (медвежонок придет в детский сад, можно встретить мальчика-лесного духа, поговорить и сфотографироваться с гигантским китом). Сигэру, посредством своей гиперактивности и озорства, учится узнавать мир вокруг себя, а это приводит его к новым знакомствам и опыту.
«А Сигэру еще до того, как идти в угол, уже вспомнил, что он сегодня:
забыл умыться,
сосал палец,
не вытирал носа,
разбросал куклы девочек,
баловался, когда все пели,
обозвал своего товарища дураком,
бросался морковкой за завтраком,
бегал по коридору,
бросал на пол свой носовой платок,
вырывал игрушки,
щипался, когда руководительница рассказывала сказку.»
Катаяма Сёдзо (片山昌造). Дети Зари (あかつきの子ら) (1956).
Перевод с японского И. Львовой. Рис. Ю. Ракутина. М. : «Дет. гиз.», 1960. Тираж: 30000 экз.
Еще одно произведение-рассуждение на послевоенную тему под авторством Катаямы Сёдзо. Как жить в мире после атомной бомбы? Как умерить националистический пыл и зажить по-прежнему, а главное, как научить этому взрослых? Главные герои, проживающие в Каруидзаве, курортном городке, переживающем оккупацию, пытаются понять почему нужно помогать нуждающимся, почему корейских ребят ущемляют и как им самим вести себя в мире отношений, выстроенных взрослыми. Взрослые тоже не стоят в стороне, а как это и бывает, пытаются выжить в новых жизненных условиях и обеспечить судьбы своих детей.
Кандзава Тосико (神沢利子). Как бабушка была паровозом (むかしむかしおばあちゃんは) (1985). Перевод с японского Г. Ронской. Рис. Фудзиэ Ямаути. М. : «Дет. лит.», 1991. Тираж: 100 000 экз.
Бабушки даже больше, чем дедушки, представляются большим набором историй, нашим архивом, который мы так тщательно изучаем, будучи детьми. «Как бабушка была паровозом» — это завуалированные разговоры про торжество жизни и принятие смерти, про то как опыт старшего поколения (не в замученном нравоучениями смысле) может стать понятен ребенку. В атмосфере летних каникул скрывается не только веселье, но и тянущее ощущение того, что каникулы, рано или поздно, подойдут к своему логичному заключению. Память, будь ты грелкой или мышкой, бессмертна, пока она передается другим, собственно, это и происходит в этой трогательной, но очень душевной истории.
Цубота Дзёдзи (坪田 譲治). «Дети на ветру» (風の中の子供) (1938).
Перевод с японского Г. Ронской. Рис. Т. Сорокиной. М. : «Дет. лит.», 1978. Тираж: 100 000 экз.
«Дети на ветру» — сборник историй про приключения двух мальчишек, Сампэя и Дзэнты, Ребята много времени проводят на улице, окруженные миром природы, они находят волшебство в том, что не могут для себя объяснить. Мир взрослых в этом повествовании — непредставим для ребенка, за исключением страхов и обстоятельств, которые заставляют кардинально переменить свою жизнь. Обвинения отца в подделке документов, финансовые проблемы, необходимость переезда, разлад семьи с бабушкой и дедушкой — все это решается взрослыми, пока дети пытаются взглянуть на эти тяготы жизни со стороны и перенести их в свой мир. Гуманистический посыл, которым можно было бы продавить все повествование, говорит не только о том, что все проблемы находят свое решение или что семья — наше все, но и про призму детского глаза, его способность воспринимать мир вокруг себя. Счастье обретется всегда, даже если будут разногласия и разлуки. В дополнение к сборнику идут несколько сказок, с ними все проще и привычнее, это истории с выстреливающей моралью, хотя есть и привлекательные, к примеру, сказка про Тэнгу и Хикоити, которая словно первая встреча Голлума и Бильбо Бэггинса.
Сайто Рюсукэ (斎藤隆介). Огненный Конь (天の赤馬) (1977).
Перевод с японского Г. Ронской. Рис. А. Дугина. Послесловие: К. Черевко. М. : «Дет. лит.», 1985. Тираж: 100 000 экз.
«Огненный конь» несколько выбивается из ряда других произведений, поскольку с самого начала рассказывает не милую и очаровательную историю взросления, а сразу бросает читателя на фронт боевых действий. Юный Гэн оказывается втянутым в противостояние между угнетенными крестьянами-горняками и кровожадными самураями, которых обуяла власть и обратного пути уже нет. Ожидается много пафосных речей, экшн-сцен и маленьких личных трагедий, которые ломают героев для того, чтобы дать им повод биться до конца. Суровая вещь, но увлекает своим динамичным повествованием, не говоря уже об актуальной повестке для советского читателя — борьба угнетенных и господствующих.
Саотомэ Кацумото (早乙女勝元). Дети из предместья (1962).
Перевод с японского Г. Ронской. Рис. В. Высоцкого. М. : «Дет. лит.», 1973. Тираж: 50000 экз.
«Дети из предместья» в начале могут показаться очередной безобидной историей о детях и их приключениях, но не все так просто. Здесь четче звучит взрослая тема: сложные условия жизни родителей, маленькие трагедии и первая смерть, уважение к малоимущим и влюбленность в преподавателя. Два центральных персонажа — Сёдзи и Момоко, то спасают щенка, то оправдывают дырки в своих тапках, ведь так лучше проветривается. В какой-то момент детские радости сменяются трагическим ритмом реальности, война проникает не только в мир взрослых, но и сокрушает детский. Тут уже и брат Момоко уходит на войну, продовольствия все меньше и меньше, обнажаются руины, приходит смерть. Очень непростая для прочтения вещь, но необходимая для проговаривания масштабов тех тем, что в нашей культуре обычно опускают.
Инуи Томико (乾 富子) «Песнь о Чайках».
Перевод с японского А. Коломиец и И. Кожевникова. М. : «Дет. лит.», 1968. Тираж: 50000 экз.
«Песнь о Чайках» — более степенное и размеренное произведение, которое, чтобы разнообразить ход повествования включает в себя две группы главных героев: школьники, увлеченные гравюрой под руководством верного учителя и…чайки. Первые герои столкнутся с непониманием некоторых родителей и директора школы, но будут пытаться бороться против угнетения со стороны административных господ. Вторые же окажутся в центре разногласий, связанных с сосуществованием птиц и несчастных крестьян, которые терпят от них убытки. Не самая торопливая и богатая на события книга, но хорошо демонстрирует конфликт промышленного и природного, а еще, конечно же, тут много политической повестки, густо и щедро.
Лети, журавлик! (1966). Перевод с японского Г. Ронская. Рис. Д. Бисти. М. : «Дет. лит.», 1966. Тираж: 50000 экз.
Сборник рассказов японских писательниц про последствия бомбардировки Хиросимы: Томико Инуи «Река и Норио», Мицуко Ооно «Каппа умер», «Зеленая машина» и «Лети, журавлик!», Ясуко Миямото «Легенда о человеке, потерявшем свою тень» и «Золотые рыбки», Юко Ямагути «Сабуро» и «Флажок Иоко», Токиэ Митараи «Дед с белой бородой». В этом подборке текстов удалось собрать прежде рассказы с очень личным подходом к теме, наверное, никто так не переживал личные трагедии, как матери и их дети. С точки зрения жизненной правды — это самый жесткий сборник, который из маленьких историй рождает большие трагедии, но оставляет, а без этого никуда в любую эпоху, надежду на будущее. Если есть шанс омолодиться и вернуть себя во времена средней школы и попробовать пережить этот опыт с высоты тех лет, то пищу для размышлений вы обретете.
Куроянаги Тэцуко (黒柳 徹子). Тотто-тян, Маленькая девочка у окна (窓ぎわのトットちゃん) (1981). Перевод с японского Л. Левина. Рис. В. Брагинского. Предисловие: В. Цветов. М. : «Дет. лит.», 1988. Тираж: 100000 экз.
Как перевести своего ребенка в необычную школу, которая состоит из вагонов, а еще там вовсю гуляют и плавают в бассейне? Легко, если Тотто-тян в обычной школе постоянно громко хлопает крышкой парты и смотрит на уроках в окно. Произведение Тэцуко Куроянаги — это история про то, как свободное отношение к воспитанию порождает настоящих людей, а не полуфабрикат без своего отношения к ситуации. Действие книжки происходит в довоенный период, нам постепенно явят тяготы времени, но и одновременно покажут, как им противостоять. Как принимать отличных от себя ребят, ведь это не только про физические качества, но и про национальный вопрос. Как пережить опустошение войны, прекращение привычного ритма жизни и разрушение всего вокруг. Повествование охватывает пару лет, поэтому можно сполна проследить взросление главной героини и ее мира вокруг.
Кадзуо Мори. «Мост Коропоккуру». Пер. с японск. Б. Бейко и К. Черевко. Рис. Б. Пашкова. М. : «Дет. гиз.», 1963. Тираж: 30000 экз.
Затерявшаяся на фоне других произведений, вышедшая в начале 1960-х годов, книга Кадзуо Мори «Мост Коропоккуру» рассказывает историю Сётаро, юноши, чья семья стала колонистами-переселенцами на Хоккайдо. В принципе, можно сказать, что все оставшиеся приключения становится особенными по причине трудных жизненных условий: тут тебе горные массивы, бурные реки и дикое зверье. И обязательное тяжелое финансовое положение семьи, которое сильно осложняет им жизнь, вынуждая бороться за свое выживание. А бороться есть с кем, помимо природных ненастий, всегда найдутся чиновники, которые не хотят строить мост для крошечной деревеньки, собственно, в истории место задает повествование, вполне увлекательно, найдется даже место и легендам айнов.
Токунага Сунао (徳永 直). «Дни детства». Пер. с японск. М. Ефимов, В. Цветов. Рис. Ю. Ракутин. М. : «Дет. гиз.», 1958. Тираж: 30000 экз.
Сборник рассказов с набором нравоучительных историй в духе «упорство и труд все перетрут» или как попасть в рабочий профсоюз. Токунага Сунао был любим в СССР и выступал в качестве одного из главных авторов японской пролетарской литературы. «Дни детства» — это четыре рассказа, замешанные на личных воспоминаниях автора о его трудном юношестве. В книге много труда, пота и слез, разбитых мечт и голов, а главный мотив — упорство в труде и социальное единение перед лицом эксплуатации, довольно специфичное произведение с заведомо понятными мотивами…
Другие материалы серии:
Кадры на прокрутке. Мастера советских свитков
Дорогая, я уменьшаю детей. О японском дет.лите в Советском Союзе (3.0)