У дачные ночи Lerysol Spring

Чтобы выигрывать, прежде всего нужно играть.

Albert Einstein

Мне хорошо с Сенекой за столом с бокалом вина потчевать, он своими письмами, пока долги списывает, меня наполняет энергией. Монолог, за следующим разбавляя вопросами вечными. Многое схоже взглядами на вращающееся, часто подтверждает гипотезы, подстилая фундаментом обоснований каменных. Забавно раскопать именно такого собеседника вовремя. Попросил позаимствовать, попробовать снести по ихнему- скупщикам. Стары рукописи, витают над ними философы, целители, следящие за шагами по дороге вновь рождающимися. Письма, как велел, отнес в ломбард процентщику, оценить по справедливости. Усмехнулся горбун дивности, такого за весь путь от одиннадцати до полуночи ему никто не предлагал. Но из… Не нагрубил, эмоциями напомнил о приеме изделий из золота или плоти подчинения. Расстались каждый при своем. Вернул величие удивленному. Простился, будет.

Вспомнились крылатые Хокинга: «Жизнь была бы очень трагичной, если бы не была такой забавной».

Не сплю ночью среди деревьев. Сон до трех присутствует, потом балуется, напитав баллоны энергией, подталкивая дает возможность скрипеть пером с чернилами выводя на белоснежно- чувственной странные словосочетания, действующие исключительно на подсознание. С первого взгляда приболевшие, с критичной температурою. Лечим, лечим, пилюлями. Иногда горькими, иногда укрытыми ласк шоколада поверхности. Беда, не преподают о таких, не изучены, как следует замазывается шпаклевкой простоты пепельной гуаши. Тишина ночи с посапыванием, безмолвная. Только пару слов о тишине и вновь салютом разорвана, разочарована, будто чует. Ночь особенная. Погружения в колодец себя, пока спокойствие, идеально чистый стол без голодных мыслей, можно с чистого заново на фундаменте прошлого надстраивать. Мне тебя пообещали ранним утром совсем сонной растрепанной в домашней пижаме пожухлой с брызгами. Смел в охапку растерянную, расцеловал от носа до пяток балуясь. И тишина обволакивающая, тишина дня необыкновенного красками и заполненного гомоном улыбок счастливых. Ты же первая, ты же особенная, волшебством укутанная. Дурилки, не понять расчетливому, самое ценное закладывается с без десяти четырех утра, особенно в пятницу. Когда один из обитателей внутренних обителей -веселящееся внутри уже натворило всякого, выплеснуло худшее на задворках буйной ночи, беспардонно уснуло растрепанно- пьяно -грубое. За ним с опаской встретиться приотворяет двери, и выглядывают настоящие. Внешне -чуть волнительные, чуть расстроенные, без хамства, обнаженные.

Выпускаю незаметно на прогулку персонажей чуланчиков, свой зоопарк от клыков до няшностей, каждый на своей лужайке, каждая со своим беспорядком сломанных полочек. Каждый над другим тихо — тихо посмеивается, забавляется, побаивается. Выгуливаю, кушают кислородные свежести, когда еще получится и с кем? Поголовное желание встречающихся влюбляться в один — два образа, зачастую дольки малые настоящего естества. Когда свободны необыкновенные среди океана, песка, закатов, рассветов, своих пальм без давления, без фотовспышек исследований. Иллюзорно играми каждым персонажем придуманные и играющими от начала разумности до глубокой ветхости.