Небо над Берлином

Со мной по соседству живет ветеран Великой Отечественной Войны Дмитрий Селиверстович Марченко. Я уже давно собиралась побеседовать с ним о войне и о победе, и вот сижу напротив него. Глаза у Дмитрия Селиверстовича ясные и чистые. Рассказ тихий, неспешный, как ручеек льется. Я устраиваюсь поудобнее и слушаю…

Родился я 23 февраля 1922 года в Харькове. Самый обыкновенный парень, после десятилетки поступил в Ленинградское Артиллерийское училище, которое окончил в звании лейтенанта. В 42-м отправился на фронт. Нас привезли в Москву, сформировали части и отправили прямо под Сталинград. Бои там шли страшные, настоящая мясорубка. Я на «Катюшах» служил. По-военному они называются БМ-13 - реактивные минометы. Со мной вместе хорошие ребята служили, все грамотные, образованные. За Сталинград мне награду дали, после мы еще отдыхали 10 месяцев. Оружие получали, набирали новый состав: много наших в боях полегло.

Воевать - это очень тяжелая работа. Война есть война. Про нее книг написано столько… (вздыхает). Половину наврали, половину правду наговорили, теперь уж и не разберешь. Вот кто воевал, тот знает. Мы видели, как убивают, как товарищи гибнут. Я сам ранен был и контужен. Много бывших фронтовиков писателями стало. У них-то книжки правдивые…

Словом, воевали мы на Курской дуге. Склады с продовольствием, вещевые брали. Так, под Осиповичами крепкий бой был за узловую ж/д. станцию. Нельзя было допустить, чтобы через нее эшелоны к Бобруйску шли. Польшу освобождал, мне за нее медаль дали. Помню, как в Варшаву входили. Мы на машинах ехали, а за нами детишки бежали, цветами забрасывали. Женщины счастливые нам что-то кричали. Мы когда польскую границу перешли, уже знали, что победа за нами. Так, с верой в душе и на Берлин шли. В пути множество городишек освобождали. По дороге попадались даже спиртовые заводы. Но у нас ребята совестливые были: никто не напивался. Помню, когда у нас топлива не хватало, мы в бензин немного спирта добавляли. На Берлин прямая дорога была: через городок Зелов – вот уж «крепкий орешек»! – и Зеловские высоты. Путь один был: справа болота, а слева эти самые высоты. В обход идти времени не было, поэтому прорвались вперед, заняли песчаное поле неподалеку. На машинах ехать трудно было: колеса в песок зарывались, тогда у пехоты преимущество было.

Так вот, расположились мы на этом поле, всюду прожектора поставили и направили на противника. Это нам очень помогло: немцы на какое-то время ослепли. Авиация фашистская за нами охотилась. Мы стрельнем, и сразу в укрытие, а они кидаются пустое место бомбить. Одним словом, как Зелов взяли, так прямиком на Берлин и пошли.

Помню, входим в город, а там все пылает, дым кругом, дышать тяжело, да и не видно ничего. У меня две машины были, в каждой по девять человек. В машине по 16 снарядов – 8 вверху, 8 внизу. Если темно, то видно, как они красиво летят…. С грустью улыбается. Друг друга перегоняют: то один вперед вырвется, то другой. А в небе шлейф видно…. Наш взвод последний залп давал, фактически, мы войну завершили. Потом Сталин, Рузвельт и Черчилль приезжали. О последних впечатление было «не особенно», непривыкший к иностранцам народ был. Сталин – вот кто был на высоте! Вождь, что и говорить. Весь такой подтянутый, с выправкой.

В Берлине мы еще три года в казармах жили. Учились, учились, учились.… Вот, собственно говоря, и вся война. Пока жили, ни одного случая убийства не было. Некоторые немцы нас как освободителей принимали. Русские солдаты многих немецких детишек спасли после бомбежек. Они ж не враги: дети, женщины. Я вообще хочу сказать, что многие рабочие не доверяли Гитлеру. Не было в них патриотизма, одна разобщенность. «Катюш» они как огня боялись. Часто удирали, оружие бросали…. Одни эсэсовцы дрались как львы, но мы и их побили. Россиян они представляли могучими бородатыми дикими мужиками. Наш человек непобедим, так еще испокон веков повелось. Всегда стояли за Родину, и будем стоять! Наше поколение очень патриотичное было: все солдатики, офицеры плечом к плечу за Отечество воевали. Никакой дедовщины и в помине не было! Конечно, были предатели, но мы их в расчет не брали. Подростки нам очень помогали, женщины на станках работали. Артисты с концертами постоянно приезжали. Русланову, вот, помню. Помню, как солдаты вместе с артистами «Синий платочек», «Катюшу» распевали под гармошку. Вообще, армию хорошо поддерживали, боевой дух поднимали.

Питание было хорошее. Всем по 100г полагалось, давали печенье, даже шоколад. И с одеждой проблем не было. Под Сталинградом овечьи полушубки, варежки и валенки выдавали. Помню, что часть получки нам на руки выдавали. Я свой офицерский аттестат маме отсылал, а она все деньги в церковь относила, просила за сына помолиться.

В Москву я по работе приехал как специалист по кварцевым изделиям. Работал на Ламповом заводе. В чем секрет долголетия, спрашиваете? (Смеется). Злоупотреблять не надо. Водку не надо пить. Эта отрава уже полчеловечества сгубила. Так вот.

Полина ШИНЕЛЕВА, фото из семейного архива Д.С. Марченко

Этот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script