Страна, которой нет

18 июля я была на Манежной. Просто не могла не пойти. И вовсе не потому что "фанатею" от Навального или испытываю пристрастие к уличной демократии. Оба эти симптома уже перестали быть актуальными даже для юных хипстеров. Если бы власть понимала, что все гораздо серьезнее, она бы не дала повод в самый разгар лета в очередной раз напомнить способному к рефлексии обществу о мерзости беззастенчивой лжи в условиях зависимого ручного правосудия.

Как это не парадоксально, но тысячи людей вышли в этот день на "несанкционированную" Манежку от чувства страха. Осознанного или нет, но жуткого ощущения, что дело против Навального - это дело против всех, кто никоим образом не видит себя в системе беспредела жуликов и воров.

Народу было много. Не берусь судить, сколько конкретно: 10, 30 или пятьдесят тысяч. Если бы власть не закрыла Манежку , наверное, кто-то мог бы посчитать в более-менее реальных цифрах. Но площадь была оцеплена, туда никого не пропустили, и народ рассредоточился по обе стороны Охотного ряда, Тверской площади и улицы Театральной... Если кто-то говорит, что точно оценил "поголовье" - не верьте, это практически невозможно было сделать. Да, собственно и ни к чему - реальным фактом в этой истории была мощная энергетика почти стихийной акции, которую никто не организовывал и никто не регулировал: люди просто стояли, а проезжавшие автомобили просто сигналили. Но все отчетливо понимали, почему они здесь, в это время и по какому поводу. Опознавательные знаки в виде стикеров "Навальный", " Я брат Навального", "За Навального" народ клеил на одежду, рюкзаки, портфели и сумки. Кто-то обклеил стикерами даже припаркованные автозаки.

Полиция десантировала довольно большое количество личного состава со всеми атрибутами : береты, бронежилеты, каски и щиты - все было. Иногда возникала тревога, что вот-вот вся эта рать получит приказ зачистить пространство и начнет разгонять людей. Чувствовалось, что это слегка нервировало не только протестующих, но и самих полицейских, которые до конца не понимали перспектив дальнейших действий. Несколько раз они сделали забеги в толпу для выхватывания протестных жертв в районе пересечения Охотного ряда и Тверской, где народ стоял довольно плотно. Видимо для приличия, брали в основном обладателей самодельных плакатиков и активно скандирующую молодежь. Видела, как молодые люди стали раскачивать набитый автозак, но просочится сквозь толпу мне не удалось. Говорят, что кто-то потом умудрился открыть дверцу и оттуда, как горох, высыпали задержанные. Кадры массового побега из автозака я позже увидела в блогосфере.

Где-то после восьми вечера люди стали передавать друг другу главную новость твиттера - прокуратура подала апелляцию на изменение меры пресечения Навальному и Офицерову. Этот слушок прокатился раньше, но все восприняли его как "утку", никто не верил, что это возможно. Однако чуть позже в Интернете появились официальные сообщения, а какой-то важный полицейский чин даже оттранслировал новость почти по-братски: " Да не напрягайтесь вы так, расходитесь, завтра их выпустят". Тем не менее акция продолжалась до самой ночи. А поутру все поняли, что вчерашний день прошел не зря. И вовсе не потому, что возникла иллюзия будто власть стала прислушиваться к народу, просто отчаяние сменила надежда. Надежда на молодежь, которая в отличие от старшего поколения не обрела инстинкт страха и категорически отвергает гулаг в качестве нормы жизни. Подавляющее число молодежи было главным отличием Манежной 18 июля от всех предыдущих акций. Очень приличные юноши и девушки, с явными признаками образования на лице ( сильно не Света из Иванова) , без симптомов алкогольно-пивного драйва, они не просто тусовались, они осмысленно и без агрессии выражали протест беспределу и беззаконию. А через дорогу, напротив здания Госдумы, светилась вывеска дорогого ( судя по месторасположению) ресторана с названием "Страна, которой нет". Странно, что я раньше ее не замечала.