Война и мир генерала Романова

Легендарный офицер в воспоминаниях коллег

Жуковский гордится Героями-летчиками. Но мало кто знает, что в 1960-е годы в недавно расформированной воинской части № 3455 проходил срочную службу Герой России, бывший командующий группировкой войск на Северном Кавказе, генерал Анатолий Романов.

В Жуковском живут люди, хорошо знавшие его и служившие вместе с ним. Все они - представители Союза офицеров «Честь имею». Это полковники Николай Ищенко, Василий Кузнецов, Виктор Пронин и подполковник Александр Абасеев.

- С Анатолием Романовым я познакомился в 1988 году, когда его назначили начальником штаба Московской дивизии. Я в тот момент был начальником штаба в/ч 3455. Сложилась крепкая дружба. В общении с подчиненными он никогда не ставил себя выше других, не позволял себе кричать на них. Его одинаково любили все — от генерала до солдата. Самое страшное для всех нас было услышать фразу «Я сожалею». Рядовой состав и офицеры называли его «наш Романов». Он говорил, что Жуковский — очень душевное место, любил этот город и часто приезжал сюда. Последний раз Анатолий Александрович приезжал к нам в день своего рождения, за неделю до того взрыва на площади «Минутка». Я в тот момент был командиром полка и знал, что в Москву на один день приехал генерал Романов. Часов в 18 мне позвонили и сообщили, что со мной будет говорить генерал Романов.

-Виктор Алексеевич, - услышал я знакомый голос в трубке, - можно мы к вам приедем. Очень к вам что-то тянет.

Я ответил: - Анатолий Александрович, что вы у меня спрашиваете. Приезжайте конечно!

-Я к Вам на часок приеду, - сказал Романов, - а то я завтра утром уезжаю в Чечню. Он приехал к нам вместе с женой, Ларисой, и вместо 40 минут пробыл 6 часов.

Уезжая, он сказал мне: "Если что случится, вы Ларису поддерживайте". Видимо, чувствовал что-то. Наша встреча была в воскресенье, а в пятницу произошел взрыв. С тех пор Анатолий Александрович находится в коматозном состоянии. И, к сожалению, этот процесс необратим.

- В 1988-м рассматривалось мое назначение командиром 95-й Московской дивизии. Но по состоянию здоровья меня забраковали. И Романов у меня перенимал должность начальника штаба. Вопросы, которые он задавал мне, наводили на мысль, что это офицер с большой буквы. Интуиция подсказывала, что его ждет большое будущее. За семь лет Романов прошел путь от начальника штаба до командующего внутренних войск, заместителя министра внутренних дел. А начинал свою карьеру с рядового в Жуковском. Романов сочетал в себе военную компетентность, интеллигентность, образованность и талант военачальника. Будучи командующим группировки внутренних войск на Северном Кавказе, он не был карателем, для которого главное — достижение цели любой ценой. Нет. Он не гнал людей в огонь и пламя. Он стремился к переговорам. Будучи хорошим дипломатом, старался решить все мирным путем. Хотел завершить эту гражданскую войну на Кавказе.

- Еще до встречи я был наслышан о Романове. Я призывался в воинскую часть в Жуковском. На тот момент Романов закончил службу здесь и уехал в Саратовское училище. Те, кто проходил с ним срочную службу, и, в частности, прапорщик Чекрыгин, очень тепло о нем отзывались. А у меня знакомство с ним произошло в 70-е, когда он привозил из Саратовского высшего командного училища курсантов на стажировку к нам в часть. Анатолий Александрович не захотел устраиваться в гостиницу и решил жить в общежитии, где в то время обитал и я. Мне посчастливилось жить с ним в одной комнате. К сожалению, единственная фотография, которая была у меня, утеряна. Честно говоря, я не мог представить, что общаюсь с человеком, который достигнет таких больших высот. Но уже тогда чувствовалось, что это надежный товарищ, прекрасный человек, умница. Не припомню с ним конфликтных ситуаций. Потом я, будучи начальником физической подготовки, ездил в командировку в комиссии, которую он возглавлял. Такого командира сложно найти. Нам никогда не приходилось его ждать. Он командовал своим интеллектом. Я никогда не слышал, чтобы он повысил голос. Очень тактичный. И ходят слухи, что некоторые люди, недовольные мирным процессом в Чечне, который вел Романов, решили от него избавиться. Кстати, приезжая в Жуковский, он неизменно появлялся в секретной части у старшего прапорщика Чекрыгина, с которым вместе начинал службу. На мой взгляд, генерал Романов - эталон русского офицера и патриота. Год назад я проходил диспансеризацию в госпитале внутренних войск в Балашихе, где на лечении находится Анатолий Александрович. Когда солдатик вез его в коляске, я поневоле принимал стойку смирно. И так все, кто его видит, отдают ему воинскую честь.

- С Романовым знакомство произошло в 1975 году, когда я был зачислен курсантом на первый курс. Он был курсовым офицером соседнего третьего взвода. Что характерно, с первого курса взвод, которым командовал Романов, превзошел на три порядка другие взводы и был передовым в училище по многим показателям. Мне повезло участвовать с ним в парадном расчете. Он всегда был командующим знаменного взвода. Никогда не вел себя высокомерно. Но при этом все его команды исполнялись беспрекословно. Романов - начитанный, эрудированный офицер, прекрасно знающий военную историю. Мы, будучи курсантами, пытались подражать ему. Романов очень любил фразу, произнесенную Жуковым: «Солдата не надо жалеть, солдата надо беречь». И этот принцип он пронес через всю свою службу. Особенно это отразилось при ведении боевых действий в Чечне. Он всегда старался беречь людей и предпочитал путь мирных переговоров. Но к сожалению, 6 октября 1995 года все прекратилось. Потом по выпуску мы встретились с ним в училище. Пошли разговоры об успехах. Узнав, что я командир роты в войсковой части 3455 в Жуковском, Анатолий Александрович сказал: «Ты знаешь, я был командиром седьмого взвода и ходил в караул». Этот взвод был образцово-показательным. Новая встреча произошла, когда у нас в Жуковском стали проводить МАКС в 1992 г. Романов приехал, чтобы принять участие в охранных мероприятиях. Часто вспоминаю эту теплую встречу с настоящим офицером.

Беседовал Илья Емельянов