Референдум под дулами 80000 автоматов

Чем ближе дата проведения референдума по конституции Чечни, тем сильнее накаляются страсти. Из СМИ как по команде практически исчезли сообщения о зачистках и подрывах фугасов в Чечне. Основные претензии чеченцев к федеральной власти теперь сводятся к ошибкам при переводе текста конституции с русского на чеченский. Реальность ничто по сравнению с ее освещением. Но не все согласны с необходимостью референдума. В числе противников — пресловутый лорд Джадд, поставивший на референдум, как в рулетку, свою карьеру, Аслан Масхадов, считающий себя легитимным президентом, и лидер «Яблока» Григорий Явлинский, решающий хрестоматийную задачу о курице и яйце — что должно быть вначале: подъем самосознания чеченцев или проведение референдума.
Вот мнение генерал-полковника, депутата Государственной думы Эдуарда Воробьева:
— Я, конечно, приветствую шаги нашей власти по политическому урегулированию в Чечне, но вместе с тем считаю, что проведение референдума не является мероприятием, которое снимет все проблемы. А это обеспечение безопасности мирного населения, создание условий для возвращения беженцев, отсечение финансирования боевиков, причем не только из-за рубежа, но и из бюджета. И самое главное — референдум не отвечает на вопрос: каким образом мы должны поступить с существующими формированиями боевиков? Восемьдесят тысяч военных стоит сейчас в Чечне не потому, что федеральная власть хочет контролировать население республики, а потому, что активные действия боевиков не дают наладить нормальный вывод войск. Нужно принимать решение по этому вопросу. Если оно не будет принято, то мы обрекаем себя на длительный процесс установления законов Российской Федерации на территории Чечни в условиях проведения активной диверсионно-подрывной деятельности. В первую очередь необходимо сконцентрировать управление республикой в рамках одного органа власти. А то сегодня в Чечне действуют одновременно и глава администрации, и правительство, и военное командование.
Наведение конституционного порядка отступает перед главным вопросом — деньгами, именно они ключ к решению чеченского вопроса. В 91-м Москва упустила финансы из-под контроля, и лояльный советский генерал Дудаев превратился в диктатора. В этом смысле понятны последние перестановки в правительстве Чечни. Новый премьер Анатолий Попов и до этого контролировал финансовый поток из бюджета, возглавляя дирекцию по восстановлению Чеченской Республики. Но вряд ли Кремль сможет остановить обвальное воровство бюджетных средств. Схема работает почти десять лет. (Как будто в других регионах России происходит как-то иначе.)
Многое станет ясно после выборов, которые последуют сразу после референдума. Сможет Кремль соблюсти баланс, протащив своих людей, несильно обижая местных товарищей? Тогда будет в Чечне стабильность, зыбкая, но все лучше, чем никакая. А предвыборная кампания уже началась. Кроме Кадырова, кто-то активно начал раскрутку как минимум двух фигур: командира чеченского ОМОНа Мусы Газимагомедова и самопровозглашенного эмиссара Масхадова — Саламбека Маигова. В последние дни количеству их появлений на экранах центральных каналов позавидует иной лидер думской фракции. Так что голосовать пойдут все, даже ярые противники этих выборов.
Владлен Максимов.