Черный уикенд

Катастрофа на авиашоу во Львове не имеет равных по количеству жертв на подобных мероприятиях — 83 человека, из них 23 ребенка, еще 199 ранены. Не успели люди осмыслить этот кошмар, как в воскресенье пришла другая черная весть: ИЛ-86 «Пулковских авиалиний» упал, едва вылетев из Шереметьево-1. Погибли 14 человек. Корреспондент «Собеседника» Максим Бурлак побывал на месте крушения ИЛа-86.
Уцелевший хвост спас стюардесс
ИЛ-86 рухнул в одном километре от автобусной остановки. Через полтора часа мне удалось добраться до места происшествия. Сразу на подъезде к аэропорту три машины ГАИ перекрывали движение.
— Никакого транспорта — ни общественного, ни личного! — кричал во всю глотку гаишник. — Куда прешь, не видишь, запрещено!
Так он обращался практически ко всем. Легально попасть на место падения самолета было невозможно. Пришлось идти пешком, в обход по проселочной дороге, ориентируясь на ползущий в небо дым. На месте трагедии была куча машин — 6 пожарных, 4 эмчеэсовских, 7 «скорых»... Самолет рухнул всего в полукилометре от дороги. Всюду были разбросаны человеческие останки.
— Что это? — побледнел я, глянув на обгоревшую кучу, в которой показалась человеческая рука.
— Это все, что осталось от людей, — собирая куски тел, сказал мне один из эмчеэсовцев. — Только стюардессам повезло — две выжили. С одной мне даже удалось поговорить. Она вышла из этой мясорубки — и ни царапинки...
В лесу на месте падения ИЛа образовалась огромная поляна. По ней были разбросаны куски железа, черный полиэтилен, набитый доверху всем, что удалось собрать.
Люди на велосипедах, машинах, пешие пытались прорвать оцепление милиции. Милиционеры разгоняли всех.
— Ну что вам тут, цирк, что ли? — кричал молодой сержант. — Люди разбились насмерть, а вы лезете.
— Так дай посмотреть, где самолет и куда всех денете, — умоляла 50-летняя женщина. — Мы дачники. Рядом тут живем. Хотим убедиться, что дома наши не взлетят к чертовой матери.
Спустя некоторое время прибыло подкрепление. Зевак разогнали.
Я подошел поближе к тому, что еще несколько часов назад было в воздухе. Уцелела только хвостовая часть — именно там и находились выжившие стюардессы Татьяна Моисеева и Арина Виноградова. Последняя отделалась лишь легкими ушибами. Носовая же часть ИЛа была смята в лепешку.
Рядом со специалистами пытались опознать погибший экипаж их коллеги из московского представительства «Пулковских авиалиний».
Из-за катастрофы работа аэропорта в течение часа была парализована, позже взлетающие самолеты стали проходить как раз над роковой поляной, на которой еще дымились останки ИЛа. Проводив третий из них взглядом, я отправился домой. Не хотел бы я увидеть эту страшную картину из иллюминатора самолета...
ИЛ делали для не слишком опытных
— Авария произошла в 15.20 по московскому времени, — сообщил уже во время расследования происшествия «Собеседнику» зампред Межгосударственного авиационного комитета (МАК) Олег Ермолов. — Самолет начал падение на высоте 200 метров и рухнул в лесу, в 500 метрах от ограждения взлетной полосы. Причины катастрофы станут известны только после расшифровки бортовых самописцев.
Как и после каждого подобного авиапроисшествия, можно услышать лишь стандартный набор фраз о том, что самолет был технически исправен, а экипаж лайнера опытным. К тому же пилоты только что отдохнули в Сочи — два дня в ожидании очередного рейса. Да и погода стояла благоприятная. Главными версиями происшествия спецы называют отказ двигателей и неправильную реакцию на это со стороны экипажа. Однако, по другим сведениям, самолет не прошел предполетный техосмотр, а пилоты вопреки правилам не показывались врачам.
— Эта машина, пожалуй, один из самых надежных лайнеров в мире, — рассказал заслуженный летчик-испытатель ОКБ им. С. В. Ильюшина Игорь Закиров. — Он может продолжать полет даже при нескольких неработающих двигателях, да и большинство систем у него продублировано. Вероятность сбоя сведена к минимуму. Он очень хорош в управлении — его изначально делали из расчета, что за штурвалом может оказаться не слишком опытный пилот.
Максим Бурлак, Михаил Яковлев.

Магомет Толбоев: их накрыло «белое поле»
О том, что могло случиться с истребителем СУ-27 на Львовском аэродроме и можно ли было этого избежать, «Собеседнику» рассказал летчик-испытатель ЛИИ им. Громова Магомет Толбоев:
— Львовская катастрофа не может сравниться даже с Раммштайном (база ВВС США в ФРГ. — Ред.), где в августе 1988 года три истребителя, столкнувшись в воздухе, рухнули в толпу и убили 70 человек. Что, на ваш взгляд, стало причиной трагедии? Например, председатель Галицкого авиационно-технического общества Ярослав Янчек заявил нашим коллегам, что пилоты пытались продемонстрировать «подвиг Чкалова» — пролет под мостом.
— Чушь! Так называемый «подвиг Чкалова» сейчас на учениях легко повторяют даже курсанты — это обычное тренировочное упражнение, во время которого никто еще не разбивался. То, что произошло — результат отношения к авиашоу его организаторов. Они позволили летчикам делать все, что те захотят, не задумываясь о последствиях. Сплошное убийство... Решили показать свое лихачество... Уже одно то, что истребитель летел на таком маленьком расстоянии от зрителей, можно считать преступлением. Даже если бы этого кошмара и не произошло.
— Ну а допускаете ли вы, что пилотов подвела техника?
— Этого просто быть не может. Во-первых, СУ-27 — одна из самых надежных машин в мире. Я сам не раз его испытывал. Не было случая, чтобы из-за неполадок на этом самолете кто-то погиб. Правда, однажды в полете развалилось хвостовое оперение, но я смог довести истребитель до аэродрома. А во-вторых, судя по тому, что я видел по телевизору, пилоты даже не пытались исправить положение. И не от неумения — они просто не были в состоянии этого сделать.
— То есть?
— Все началось с того, что они демонстрировали в общем-то несложную фигуру — обратный боевой разворот. Суть ее в том, что пилот резко меняет направление небо—земля на земля—небо, разворачивая машину на 180 градусов. Но при этом возникает очень большая перегрузка, которая может создать, как мы говорим, эффект «белого поля» — потерю сознания. Естественно, в таком состоянии пилот не может оценивать обстановку и вообще хоть как-то влиять на ситуацию. Именно это и произошло с украинскими летчиками. Если бы не «белое поле», накрывшее их, когда самолет падал на людей, трагедии бы не произошло. Машину вполне можно было отвести в сторону, и они с этим бы справились. А вообще общеизвестно: уровень украинских летчиков оставляет желать лучшего. Им просто не стоило затевать это авиашоу.
Надежда Гужева.