Анфиса Чехова: Имя и грудь у меня настоящие

Для миллионов зрителей ее программы Анфиса Чехова – секс-символ нашего ТВ. Уже четыре года в эфире ТНТ грудастая брюнетка говорит о странностях любви, сделав себе на этой пикантной теме имя.

– На днях вы получили диплом. Зачем он вам?
– Мне он по большому счету не нужен. У меня и так уже достаточный опыт работы в журналистике. Скорее это подарок для моей мамы. Пусть поставит на полку и любуется.
Моей дипломной работой стал документальный фильм о взаимоотношениях полов. Защита прошла удачно, хотя на пути к ней встречались разные экзаменаторы. Одни с удовольствием общались на тему «Секса…», а другие, наоборот, говорили, что на этот раз, Анфиса, не отвертитесь, будете отвечать на конкретные вопросы. Но и они потом понимали, что гораздо проще объяснить все на примере программы, и слушали меня с интересом.
– На четвертом году жизни «Секса…» вам еще интересно делать передачу?
– Конечно, ведь тема секса неисчерпаема! Только про грудь мы рассказывали раз пятьдесят. И еще, наверное, столько же тем о бюсте остались незатронутыми. Рассказать о сексе все невозможно. На самом деле я считаю, что у нашей программы еще все впереди.
Проект дорог мне тем, что все в нем от начала до конца я придумала сама. Когда-то я вела программу о шоубизнесе, но она мне быстро наскучила. И как раз в тот момент мне позвонил гендиректор ТНТ и предложил делать новую передачу о сексе – вторую после «Про это», ставшей прорывом на нашем телевидении. Елена Ханга действительно сделала большое дело: до нее никто так открыто о сексе не говорил… Считаю, что за четыре года существования программы нам удалось пробить стену общественного непонимания. «Секс с Анфисой Чеховой» смотрит не только молодежь, но и старшее поколение. Например, моя мама. Она, кстати, моя большая поклонница.
– Мне кажется, некоторые герои ваших сюжетов не дружат с головой. Признайтесь, они рассказывают придуманные истории?
– В том-то и дело, что все герои «Секса…» – реальные люди. Никто никого не играет, все по-настоящему. Наших героев объединяет внутренняя свобода. Они как минимум не боятся произнести на экране слово «секс», будто оно матерное. Я же уверена, что это слово гораздо приличнее многих, звучащих с экрана телевизора.
– Почему в кафе, где пишутся подводки ведущей, вы всегда одна?
– Все дело в том, что, когда я прихожу в это кафе, женщины тут же уводят своих мужчин, потому что боятся конкуренции (смеется). Таков формат программы – предполагает мое одиночество в кадре. Именно я веду диалог со зрителем, и, согласитесь, было бы странно, если бы кто-то сидел рядом и все время молчал.
– Зато не пришлось бы пить аппетитные коктейли одной.
– За всю историю программы я не попробовала ни одного коктейля! Неужели кто-то и правда думает, что я употребляю на съемках программы настоящий алкоголь? Я бы спилась…
– О вас столько слухов ходит: и что грудь не своя, и что имя ненастоящее. Сильно сплетни мешают жить?
– Устала повторять: у меня все свое и, как у Чехова, «все прекрасно». Что касается легенд, к ним я отношусь спокойно, раз уж повлиять на их появление никак не могу. Считаю их издержками своей известности, статуса секс-символа.