Полночь в Париже. Иллюзии Вуди Аллена

Трудно представить более американского режиссера, чем Вуди Аллен, – американского в хорошем смысле. И несмотря на эстетику, антураж, французскую речь, «Полночь в Париже» – это совсем не французское кино, это взгляд влюбленного в Париж американца. И этот взгляд нам ближе, чем взгляд парижанина.

Молодой сценарист Гил Пендер (Оуэн Уилсон, «Шанхайский полдень») приезжает в Париж с невестой и ее родителями. Контраст между романтичным героем и его прагматичным окружением по-алленовски чересчур демонстративен – Гилу чужды мещанские радости, он пишет роман о ностальгии, о магазине старых вещей, которые для их хозяев были обыденными, но для потомков становятся символами прежних, лучших дней.

Во время ночной прогулки Гил попадает в дыру во времени и оказывается в Париже 20-х годов прошлого века, в окружении знаковых фигур – Фицджеральда, Хемингуэя, Бунюэля, Дали, Гертруды Стайн… Оправившись от шока, Гил быстро входит во вкус и начинает жить двойной жизнью, дни проводя со скучной невестой, а ночи – в окружении своих кумиров, во временах, которые представляются ему золотым веком искусства. Там он влюбляется в подругу Пикассо Адриану (Марион Котийяр, «Жизнь в розовом цвете»), которая как раз скучает в двадцатых – ей бы хотелось жить тридцать лет назад.

Стоит ли удивляться, что в одну ночь к ним подъезжает карета и везет их прямиком в компанию Тулуз-Лотрека, Гогена и Дега (которые в свою очередь считают свое поколение пустым и мечтают работать с Тицианом).

В конце концов Гил понимает, что тяга к прошлому есть не что иное, как бегство от настоящего, в котором не можешь найти себе места, и произносит большой и совершенно ненужный монолог, где Вуди Аллен, как обычно, все нам разжевал. Впрочем, зритель Аллена такой – хоть и интеллектуал, но сам жевать не любит. И очевидно, что это монолог не Гила Пендера, а самого Вуди Аллена: ведь и он, кажется, не совсем понимает, что он делает в XXI веке, и все его последние фильмы оставляют ощущение некоторой несовременности.