А вас разыграли 1 апреля?

Известные россияне рассказали «Собеседнику», как они купились на первоапрельские розыгрыши.
Юлия Барсукова, гимнастка: Испугалась потопа
— Я затеяла стирку и села в комнате смотреть телевизор. И тут с испуганным видом залетает мой друг: «Юля, что же ты сидишь? Только посмотри, что там твоя машинка устроила». А у меня старая модель, надо сливной шланг в ванну опускать, ну, забывала я часто, так что вся вода лилась известно куда — на пол. Потому подскочила и как ошпаренная рванула к машинке. Любимый за мной. Увидев же мое вытянутое лицо, он шепнул мне на ухо: «С 1 апреля!»
Владимир Вишневский, поэт: Облава — это такой прикол
— А я приехал на выступление в один из ночных клубов. Хорошо помнил, что на дворе 1 апреля, и еще знал: в этом заведении любят пошутить. И потому, когда в зал ворвались люди в масках и с автоматами, был в полной уверенности, что это прикол. Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что попал в настоящую облаву. Некоторое время пришлось проваляться на полу, уткнувшись в него носом.
Дарья Донцова, писательница: Француз предложил Николь Кидман
— С самого раннего первоапрельского утра мне позвонил мужчина. Он представился французским режиссером и сообщил, что желает снять фильм по мотивам моих книг. Рассказал о том, что договорился со спонсорами о финансировании и нужно только мое согласие... А потом он спросил: «Вы кого видите на главную роль?» Предложила Юлию Рутберг. Режиссер помолчал и сказал: «А Николь Кидман, по-вашему, может претендовать?» От удивления даже не смогла сразу отреагировать. «А что за студия собирается снимать фильм?» — спросила. «Уорнер Бразерс», — послышалось в ответ вместе с бурным смехом. Оказалось, это приятель моего мужа Олега, а никакой не француз.
Виктор Похмелкин, депутат: С КГБ шутки плохи
— Самый большой розыгрыш в моей жизни случился несколько лет назад. Я тогда читал лекции на Высших курсах МВД по уголовному праву и криминологии. Так вот, возвратившись после них домой, не успел присесть, как раздался телефонный звонок. Звонивший представился майором КГБ и сообщил, что в моих лекциях часто звучат антигосударственные призывы, а посему меня ждут бо-о-льшие неприятности. За 15 минут его речи я попрощался со спокойной жизнью. Но потом, видимо, почуяв, что голос мой совсем сел, «майор» разоблачил себя. Им оказался мой близкий друг по аспирантуре юридического факультета МГУ.
Мария Кутырева, Мария Алферова, Михаил Яковлев.